Американец Чак Паланик романом «Карлик» предупредил соотечественников о том, что расслабляться им не стоит.

Стабильная популярность Чака Паланика, книги которого печатают и в маргинальных сериях «контр­культуры», и в многотиражном карманном формате, в мягких обложках, вынуждает издателей бесперебойно поставлять на книжный рынок сие экстремальное чтиво. В Украине, на исторической родине предков писателя, где его по старой фамильной памяти кличут Палагнюком, автора непревзойденного «Бойцовского клуба», активно популяризирует харьковское издательство «Фолио». Факт беспрецедентный: украинский перевод нового романа Чака Паланика «Карлик» наши оперативные издатели выпустили даже раньше англоязычного оригинала книги.

Кстати, «Бойцовский клуб» вспоминается в связи с очередным потенциальным бестселлером писателя не случайно. Там, если помните, против Америки и ее граждан действовали местные террористы-любители, в «Карлике» — у нее другие, не менее опасные враги. И тут надо отдать должное чувству конъюнктуры Паланика. Во-первых, славные времена элитарного «Бойцовского клуба» минули — книга, ставшая в свое время голосом «кислотного поколения Х», вряд ли отвечает чаяниям сегодняшних юных антиглобалистов. Во-вторых, в моде нынче «восточный след», по которому идут многие авторы, бездушно эксплуатирующие память о последствиях трагедии 11 сентября. Вот и в завязке нового романа Паланика мы видим прибытие в Соединенные Штаты команды азиатских профессионалов, готовой к выполнению операции «Хаос», в результате которой оплот мировой демократии, наконец, рухнет. Внедрившись «по обмену» в приемные семьи, банда малолетних (судя по всему, китайских) агентов, приступает к реализации своего смертоносного плана.

Описано это вторжение без особых литературных изысков. Роман фактически построен как отчет об операции и представляет собой набор сухих рапортов и депеш в телеграфном стиле главного героя по прозвищу Карлик своему руководству. Чтобы читать этот «китайский дневник» уж совсем не было скучно, сводки коварного диверсанта пересыпаны многочисленными упоминаниями марок стрелкового оружия, видов отравляющих веществ и приемов боевых единоборств (их названия весьма поэтичны — Смертельный Бросок Рыси, Удар Гигантского Аиста, Одиночный Выпад Кобры, Атака Слоновьей Ноги), а также цитатами из Адольфа Гитлера, Иосифа Сталина, Фиделя Кастро и почему-то Оскара Уайльда.

В идеологии книги тоже вроде бы нет ничего оригинального: латентный терроризм и развенчание хваленой американской мечты. Мол, это вам за Хиросиму с Нагасаки, за напалм во Вьетнаме! Ну, ничем не проймешь засланного узкоглазого коротышку! Тянут ему, бывало, руку для приветствия, а он, словно испуганный зверек, лишь об одном и думает — как бы собеседнику потехничнее коленом под дых врезать, да локтем в ребра наподдать, да вдогонку еще ребром ладони по шее садануть. Потому что такая задача поставлена: найти и уничтожить, втереться в доверие и ликвидировать на корню любые проявления любви и страсти у этих жирных империалистических свиней. В приемных семьях к ним уж и так и эдак, и сказочку об американской демократии расскажут, и песенку о национальной идее споют, а злобные желтолицые детишки только о том и думают, где и как своим благодетелям в горло вцепиться. Короче, террористы — что с них возьмешь. Впрочем, и тут Чак Паланик проявляет себя отнюдь не как привычный радикал, а как раз напротив, сентиментальничает, словно почувствовав в себе кровь далеких украинских предков, мир в его книге снова и неожиданно спасает любовь. Хладнокровный ниндзя, запрограммированный на убийства, отказывается от них ради находчивой и соблазнительной девицы. И, обретя «кошку-сестру», устраивает в здании конгресса аттракцион, зарядив «адскую машину» не смертоносным ядом, а символизирующей американскую мечту «зеленью» — стодолларовыми купюрами. Благодаря чему «кирдык» Америке чудесным образом откладывается до следующего раза.