«Луна-парк» Андрея Блудова в киевской галерее Bottega.

Художника Андрея Блудова представлять нет особой необходимости. Вряд ли будет преувеличением сказать, что практически каждая его выставка становится событием. Причем событием ярким, незаурядным. В свое время этот умный и тонкий живописец водил нас по своему «Тайному саду», прогуливался с нами по «Розарию», читал нам «Текс­туалии», знакомил со своей «Метафизической коллекцией», заставлял вслушаться в «Голоса» растерзанных историей предков, увлекал в легкомысленное эротическое путешествие по маршруту «Дели — Париж».

Теперь он распахнул перед публикой ворота «Луна-парка». И в очередной раз подтвердил, что является не просто очень хорошим художником, но художником оригинально мыслящим. Андрею Блудову по-прежнему есть что сказать, и свои мысли на холсте он фиксирует мастерски. Его живопись остается метафоричной, насыщенной символами и аллегориями. Чувственная, сенсуальная, непосредственно воздействующая цветовой энергией, она одновременно словно приглашает к интеллектуальному диалогу.

А подумать в этом «Луна-парке» действительно есть над чем. Несмотря на праздничное название, тему выставки вряд ли можно назвать веселой. Изображенная художником «зона развлечений» своей мнимой жизнерадостностью лишь подчеркивает одиночество и опустошенность посетителей этого парада аттракционов. Среди навязанного и навязчивого веселья безликие и бездумные клоны, доппельгангеры совершают абсурдные действия, бесцельно кружатся в ожидании Годо, а может быть, и очередного местечкового мессии.

Андрей Блудов фокусирует наше внимание на пустых, ничтожных играх, не требующих от их участника ни смекалки, ни ловкости, ни фантазии, представляющих собой обычное бездумное проведение досуга. К сожалению, это становится чуть ли не всеобщей проблемой. Игры с безликими автоматами и компьютерами получают в обществе все большее распространение. А почему бы и нет? Ведь это так удобно — и время как-то легко убивается, и мозгами шевелить не надо, и душа посапывает. Вот и плодятся в мире физические существа, похожие на клонов, люди-проекции, живущие заимствованными мыслями, эмоциями и воспоминаниями. Нивелируются личности, реальная жизнь подменяется невнятными иллюзиями, подлинные духовные устремления — пошлыми стереотипами. Зачем? И так, наверное, понятно. Безликое существование кажется более безопасным. Не выделяясь, механически повторяя чужие жесты и слова, мимикрируя под общий фон, став покорной деталью социального аттракциона, жить намного спокойнее.

Итак, это всего лишь игра. Но Блудов не был бы Блудовым, если бы не ухитрился вложить в свою новую живописную серию метафизический подтекст, пусть даже скрытый и завуалированный. По популярным в обществе играм можно судить и о состоянии самого общества. Бродя по блудовскому «Луна-парку», невольно вспоминаешь о том, что игра когда-то несла в себе и глубокое философское значение. Была ритуалом, а следовательно — одним из путей духовного поиска и развития. Возможно, что проект «Луна-парк» — это еще и своеобразная ностальгия по сакральному. Тоска по утраченному времени, в котором нравственное самосовершенст­вование весило больше, чем выполнение стандартных телодвижений на бессмысленных праздниках.

Разумеется, Андрей Блудов никого не поучает. Он слишком умен, чтобы набиваться на роль «духовного учителя», «спасителя нации и человечества». Их и без него хватает. Андрей все-таки в первую очередь художник. Он просто наблюдает, размышляет и пишет талантливые картины. Этого более чем достаточно.