Прошедшая неделя для сотен тысяч юношей и девушек запомнилась теплой погодой, напутственными речами, последним школьным звонком и вечерним пивом (варианты: шампанским, водкой...).

Первоклашки радовались, что теперь это прозвище к ним не относится: они — второклашки, и именно с момента последнего звонка. Выпускники тоже были на взводе: чувствуя себя уже вполне взрослыми, они ждали этого формального, по их словам, момента. Но по глазам было видно: весь формализм действа был для них жизненно важным. Их поставили вровень со взрослыми, а это уже что-то значит!

Во-первых, они возомнили, что сами выбирают свое будущее, сдавая тесты и планируя поступления в определенный вуз. Понятно, от маминого борща и папиных карманных денег они пока отказываться не собираются, но голосок, тонкий и нежный, подчас вдруг претерпевает далеко не возрастные ломки. В нем, в этом голосе почти взрослого человека, уже проскакивают ультимативные нотки: либо я с тачкой, дачкой и подачкой, либо вы, уважаемые предки, — с проблемами мужающего поколения цвета индиго и запасом марихуаны в кармане. Родители, которым все по кошельку, обычно выбирают первое, хотя, спустя пару лет, нередко получают и второе.

Во-вторых, они получили точку отсчета, которая зависит теперь не от оценок в табелях и аттестатах, а от поступков, за которые придется отвечать уже самим.

И, в-третьих, выпускники почувствовали, что радость эдакого вот взросления идет плечом к плечу со страхом перед будущим, которое в нашей стране ясным и безоблачным назвать при всем желании трудно.

Что ж, пожелаем им, познавшим горечь двоек и радость двенадцатибалльной системы, удачи, которая сопутствовала нам, поколениям постарше, несмотря на все взлеты и падения сакраментального времени перемен.