Основные темы сессионной недели, которую парламент провел на удивление спокойно, ни разу не заблокировав свою работу, комментируют представители разных фракций — Андрей Парубий (НУНС) и Николай Рудченко (БЛ).

1. Глядя на консенсус, которого удалось достичь депутатам по поводу ликвидации совместительства, можно ли сказать, что парламент, наконец, научился договариваться?

2. Какие вопросы все-таки могут его расколоть?

3. Что вы можете сказать по поводу программы приватизации, предложенной правительством, и вообще о ситуации с Фондом государственного имущества?

4. Почему до сих пор не были приняты обещанные изменения к бюджету на 2008 год?

5. Что вам больше всего запомнилось из пятничных выступлений главы НБУ Владимира Стельмаха и главы правления НБУ Петра Порошенко?

Андрей ПАРУБИЙ:«Происходит игра нервов на грани...»

1. Я думаю, что это был очень хороший прецедент, и он произошел не ситуативно, а найдет свое продолжение в других голосованиях. Потому как все уже научены определенным опытом. В свое время каждый пытался показать свою силу и мощь, а в определенный момент все поняли, что необходимо договариваться. И голосование по совместителям — это очень положительный сигнал для работы этого парламента. Он демонстрирует, что этот парламент способен работать в конструктивном русле и дальше. Лично я чрезвычайно рад, что на протяжении буквально нескольких минут депутаты смогли договориться и проголосовать практически всем залом. Если лидеры фракций до того, обсуждая повестку дня, не смогли найти четкого решения проблемы, то депутаты в зале на протяжении нескольких минут договорились и солидарно проголосовали. И думаю, что в дальнейшем мы будем неоднократно видеть такие прецеденты — по вопросам, касающимся соблюдения законности, Конституции — зал постепенно будет переходить к конструктивным и оптимальным решениям.

2. Считаю, что наибольшая опасность для работы этого парламента заключается в конституционных процессах. Идея, которая выдвигалась, — о конституционной комиссии без предварительного внесения какого-либо проекта Конституции, а затем голосование... Эта идея банально предусматривает досрочные выборы и, соответственно, прекращение работы парламента. К тому же и сам формат изменений, которые предлагаются, является настолько рискованным, что может привести не только к кризису парламентаризма, но и к кризису государственности в целом. Считаю, что те процессы, по которым проходили договоренности между БЮТ и ПР относительно проекта Конституции, который я имел возможность видеть, — и есть наибольшая опасность. Именно этот вопрос может вызвать противоречия и остановить работу, в конце концов, приведя к полному деструктиву и нежеланию смотреть в будущее.

3. Уверен, что вопрос ФГИ будет решен. На сегодняшний день есть только один нюанс: мы считаем, что предложение БЮТ относительно Портнова является некорректным. Его высказывания в адрес главы государства — непозволительны. Это выходит за рамки депутатской этики и этики внутри коалиции, потому что у нас в коалиционном соглашении есть специальный раздел, предусматривающий формат определенного отношения к людям, нарушающим этические нормы. У нас во фракции тоже есть люди, которые критикуют Юлию Тимошенко, но мы не выдвигаем их на руководящие должности, более того, осуждаем эти действия. А когда в БЮТ выдвигают людей, наиболее жестко бьющих по президенту, который помимо того, что является главой государства, но еще и почетный председатель нашей партии, то это в определенной степени может послужить поощрением подобных тенденций и подобных настроений внутри фракции. Мы считаем, что БЮТ должен заменить кандидатуру. И мы готовы проголосовать за отставку Семенюк. В этом была изначальная позиция фракции. А спекуляции о том, что фракция этого не хочет — неправда. Мы готовы голосовать, в любой момент готовы поддержать кандидатуру от БЮТ. Только этой кандидатурой не должен и не может быть Портнов. Что касается программы приватизации, то ее нерассмотрение на минувшей неделе в большей степени обусловлено позицией оппозиции. Их попытки блокирования трибуны, шантаж приводят к такой ситуации, что и мы не хотим допустить блокирования трибуны. Они понимают, что, войдя в блокирование, нужно из него каким-то образом потом выходить. Происходит игра нервов на грани — мы настаиваем, оппозиция угрожает, стараемся найти выходы из ситуации, которые не привели бы к блокированию, пытаемся найти точки соприкосновения, порой каким-то образом оттянуть рассмотрение того или иного вопроса, пока эмоции утихнут. Поэтому думаю, что программа приватизации будет принята — это принципиальная позиция и президента Украины, и правительства. Надеюсь, что она будет принята уже на следующем пленарном заседании.

4. Думаю, что по этому вопросу абсолютно возможно достичь согласования, договориться и принять изменения к бюджету в зале широким голосованием, не только в рамках коалиции. Считаю, что если не будет торпедирования, и изменения к бюджету не нужно будет принимать на протяжение часа-двух, а будет полноценное обсуждение и прохождение по всем комитетам, как предполагает регламент, по вопросу бюджета мы тоже способны выйти на полноценное решение.

5. Если честно, для меня более ярким было выступление главы Совета НБУ Петра Порошенко. Считаю, что он смог четко и понятно объяснить свою позицию, потому что его позиция исходит из тех норм законодательства, которые регулируют деятельность Национального банка. На самом деле, мне очень жаль, что в той сфере, которая была таким себе «островом стабильности» в политической стихии Украины — Национальном банке — произошло потрясение, причем в такое непростое для страны в экономическом плане время. Очень жаль, что и там произошли определенные противоречия и недоразумения. Я очень надеюсь, что на протяжении нескольких дней, которые предусмотрены законодательством, ситуация войдет в норму, и мы будем видеть стабильность в деятельности НБУ. Мне кажется, что позиция Порошенко является более понятной, она опирается на закон, и думаю, что эта позиция будет доминантной в принятии решений НБУ.

Николай РУДЧЕНКО:«У нас в казне нет ни копейки»

1. Хотел бы подчеркнуть, что, наверное, уже не только рядовым гражданам, но и депутатам надоело нарушать Конституцию. А совместительство является прямым нарушением требований Конституции, ведь депутат не имеет права совмещать должность в исполнительной власти с парламентской работой. Он может только преподавать в высших учебных заведениях и заниматься научной деятельностью. Поэтому этот вопрос был уже назревшим, и голосование в 400 голосов действительно продемонстрировало взаимопонимание в сессионном зале в вопросе выполнения Конституции — ни больше ни меньше.

2. Думаю, что сессионный зал сейчас цементируют проблемы, которые мы имеем в экономике — инфляция, рост цен. Раньше цены поднимались до таких планок за десятилетия. А сейчас буквально за пять месяцев стоимость продуктов питания и нефтепродуктов поднялась вдвое. К тому же есть и проблема доллара, который обвалился. Мы ведь знаем, что многие наши пенсионеры откладывают небольшие суммы в этой валюте. Поэтому сегодня парламентариям ничего не остается, кроме как консолидироваться и навести порядок в экономике. Думаю, постепенно будет вырисовываться нормальная работа парламента, не глядя на политические окраски разных депутатов.

3. Хотел бы вернуться на полтора года назад, когда продали «Криворожсталь». Что мы видим сейчас? Нет ни миллионов, ни каких бы то ни было других результатов этой продажи. Поэтому в первую очередь нужно принять государственную программу приватизации, расписать, куда конкретно эти средства пойдут — их нужно пустить не на проедание, а в производство. По сути, сегодня мы удивляемся, почему продукты питания дорожают? А потому, что нет валового производства — нужно поддержать село так, как его поддерживают за границей, — и не будем мы тогда иметь скачков цен. А то, что приватизация была есть и будет — это известно. Но ее надо проводить не ради приватизации, а ради того, чтобы иметь эффективного собственника на том или ином предприятии. И нужно проводить приватизацию не тех предприятий, которые дают поступления в бюджет, а тех, которые сегодня стоят, обанкротившихся. Приватизировать такие предприятия, как «Укртелеком» и Одесский припортовый завод, я думаю, не выход. Это свидетельствует, что у власти уже просто нет другого варианта. Если продадим такие стратегические объекты, то что же мы будем дальше продавать: коммунальные бани, парикмахерские? Что тогда останется нашим потомкам?! Поэтому, считаю, не следует спешить с приватизацией.

4. То, что не вносятся изменения в государственный бюджет, свидетельствует: у нас в казне нет ни копейки для выплаты тех обязательств, которые брало на себя так называемое большинство. Да, шесть миллиардов выплатили, но их получили тысячи людей. Но мы знаем, что существует более двадцати миллионов вкладчиков. Бюджет трещит по швам, и его, в первую очередь, пытаются пополнить от продажи стратегических объектов. То есть, таким образом подтверждается: в бюджете сегодня ноль средств. Хотя на некоторых счетах средства есть, и Верховная Рада может изменить смету для того, чтобы поддержать работу медицинских, образовательных учреждений и т. п. Мы знаем, что сегодня и с пенсионным обеспечением у нас не все в порядке. Буквально уже на десять и двадцать дней затормаживается выплата пенсий. Повторю: у нас существуют серьезные проблемы с бюджетом, и именно поэтому изменения не вносятся. Впервые за всю историю независимого государства Украина практически полгода у нас нет бюджета. Поэтому мы и приняли его временно, а 1 марта правительство должно было внести на рассмотрение проект изменений. А то, что оно этого не сделало, свидетельствует: правительство не способно на сегодняшний день составить нормальный бюджет, чтобы нормально закончить хозяйственный год.

5. Думаю, Национальный банк тоже внес свою лепту в то, чтобы подрезать экономику. Мы же знаем, что сегодня металлургия обеспечивает до 40 проц. поступлений в бюджет. И если понизили курс доллара до 4,85 официально, а практически — до 4,5 гривен за доллар (а торгуем ведь с иностранными государствами не в национальной валюте, а в основном в долларах), предприятия потеряли поступления. Соответственно, поступлений лишился и бюджет, а работники этих предприятий — заработной платы. Таким образом, через понижение курса доллара можно довести до банкротства любое предприятие, которое ориентируется на экспорт. Я надеюсь, что хоть и с опозданием, но НБУ понял, что посреди года этого делать нельзя.