Главный отец Конституции мечтает вернуть своему детищу первоначальный облик. По его мнению, реформу Основного Закона затеяли не законодатели, а те, кого они обслуживают. Это значит, что покой нам будет только сниться. И сниться до тех пор, пока страну не раздерибанят окончательно и бесповоротно...
А пока наоборот: только жирному коту и повезет...
— Михаил Дмитриевич, как же вы будете спасать Конституцию? Путем отказа от внесенных изменений?
— Сейчас речь идет не столько об изменениях, внесенных в Конституцию в 2004 году, сколько о более серьезных процессах — перераспределении государственной собственности, которая близка к завершению. Осталось еще несколько сильных предприятий, таких как «Укртелеком», Одесский припортовый завод, харьковский «Турбоатом»... Украина уже вплотную подошла к приватизации земли: очень вероятно, что ее приватизацией, как и приватизацией промышленности, займется иностранный капитал. Хотя в Конституции четко указано: земля принадлежит только украинскому народу. Таким образом, в основе сегодняшнего кризиса находится борьба за власть, которая необходима финансово-промышленным группировкам (ФПГ) для того, чтобы перераспределять собственность в свою пользу.
— Это, по-вашему, очень плохо?
— Я не говорю, что это хорошо или плохо. Я просто констатирую факты. Непродуманные изменения Конституции связаны с тем, что в неурегулированном правовом поле теряется контроль со стороны общества. Могу прогнозировать, что новые изменения в Основном Законе будут проходить не после президентских выборов, а после перераспределения госсобственности. А уже новые владельцы будут ориентированны на возвращение доверия к власти, чтобы свободно распоряжаться тем, что им достанется.
— Выходит, нынешний кризис программировался заранее?
— Безусловно. Вспомните, как в 1996 году мы приняли Конституцию. И буквально на следующий же день начались нападки, чтобы внести какие-то изменения. Еще один момент: в Основном Законе указаны ссылки на 50 конституционных законов. Из них удалось принять лишь 18. А остальные? Когда появилась Конституция, почти половина законов ей не соответствовала. Но эта работа по урегулированию правого поля до сих пор не начата. Более того, у нас пачками появлялись новые законы, противоречащие и друг другу, и самой Конституции. К примеру, в Гражданском кодексе значатся две формы собственности, в Хозяйственном — три (в том числе и коллективная, не предусмотренная Конституцией). Оба кодекса по-разному регулируют одни и те же сферы деятельности. В таком правовом хаосе общество не может выступать в роли контролера. И тогда перераспределением собственности занимаются те, кто держит руку на рычагах этого «процесса».
— Кто в Верховной Раде выражает интересы этих «жирных котов»?
— Посмотрите на мегаблоки — Партию регионов, Блок Юлии Тимошенко, «Нашу Украину — Народную самооборону». Крупный капитал, сформировавшийся вокруг Кучмы, сейчас равномерно распределился по этим трем силам.
— Сообразили на троих?
— Крупный капитал пошел на политическую реформу, чтобы через ПР, БЮТ и НУНС контролировать парламент и правительство, а значит, и всю ситуацию в стране. Разницы между этими фракциями нет никакой: с одной стороны выступают нунсовцы Мартыненко, Жвания и Третьяков, с другой — бютовцы Губский, Жеваго, братья Буряки, с третьей — Клюев, Ахметов... Они создавали капиталы при Кучме. Способы у всех одинаковые. А спросите: чем, к примеру, идеология Партии регионов отличается от идеологии БЮТ? Требованием второго государственного языка? Но это не идеология, а чистая политика.
Гляну на село: девки не гуляют, мне не весело
— Если между тремя мегаблоками в Раде нет никакого различия, почему они ратуют за разные «векторы»?
— И в этом очень большая проблема для Украины. Элиты довольно много, но она растянута геополитически: часть ориентируется на Запад, часть — на Российскую Федерацию. А где те, кто может защитить интересы своего народа? Имеем то, что имеем: страну сильно лихорадит. В Раде продолжается противостояние по линии НАТО — не НАТО, то есть по геополитическим моментам. И это в то время, когда нужно решать проблемы поважнее. К примеру, наша банковская система поглощается иностранным капиталом. А мы не реагируем. Миллионы людей работают остарбайтерами, поднимая экономики чужих стран. Мы снова не реагируем. Никому нет дела до подрастающего поколения. На вопрос, сколько в Украине сирот, отвечают: около ста тысяч. Так это же дети! Их число должно быть точным, а не приблизительным. Как им получить образование? Как молодой семье получить жилье, работу? Это ключевые вопросы, которыми национальная элита не занимается. Она призывает ориентироваться то на Штаты, то на Россию. А кто же будет ориентироваться на будущее своей страны? Элите надо избавиться от космополитического статуса.
— Где же тот фундамент, на котором можно построить «элита-центр»?
— Он полуразрушен. На протяжении многовековой истории нашим фундаментом было украинское село. Но с приходом большевизма в Украине уничтожили около сорока процентов населения, в том числе и 99 процентов элиты — управленческой, творческой, научной. Любая другая нация, окажись в таких условиях, просто прекратила бы существование. А мы, несмотря на это, продолжали развиваться. И в конце XX века сумели получить статус независимого государства. За счет чего? За счет сельской кузницы кадров. Почему Сталин уничтожал крестьян? Центральная власть воспринимала украинское село как угрозу для себя. Именно в селе и был устроен искусственный голодомор. В газете «Правда» даже опубликовали «передовую» статью о «бескомпромиссной войне» с крестьянством. Поэтому наше возрождение должно начинаться с земли. Она имеет не только производственно-энергетический, но и сакральный характер. Ответственность за будущее нашей земли — это мощная консолидирующая платформа для национальной элиты.
— То есть, Украина — только для украинцев?
— Национальная элита — элита не националистическая. Это элита, которая способна объединить всю страну. Отстаивая свои интересы, мы должны развивать отношения и с Западом, и с Россией. Одновекторность для нас губительна. Я сторонник того, чтобы Украина присоединилась к Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Страны ШОС готовы вложить сотни миллиардов долларов в нашу экономику, сделать Украину мощным транзитным государством. По сути, нужно возродить китайский шелковый путь, связав европейские страны с мусульманскими.
— Это, конечно, здорово. Но вокруг кого объединяться? В час лютых испытаний наши предки делали ставку на православие...
— Украина, наверное, самое большое православное государство в мире. Слава богу, православие возрождается и без усилий политиков. Я бы за точку отсчета взял бы ответственность за будущее наших детей. Надо реформировать образование, здравоохранение, экономику. И самое главное — законодательную базу, начиная с местного самоуправления. При нынешней избирательной системе райсоветы, как и Рада, превратились в закрытые клубы. А ведь это представительские органы. В них должны работать все слои населения. Но, увы, там — крупные капиталисты и те, кто их обслуживают. Это очень опасный перекос. Бизнесмены должны быть во власти, но только в тех пропорциях, в которых они отражают наше общество — около трех процентов.
Ура! Европа — это мы. После... потопа
— Чем вы объясняете тот факт, что перевыборы начались не с Киевсовета, а с сельсоветов, решения по которым принималось в кулуарном режиме?
— Обратите внимание: впервые в истории человечества остановился рост сельскохозяйственной продукции. А рост народонаселения продолжается. Борьба за землю становится более жесткой, чем раньше. При использовании современных технологий наши черноземы дают 120—170 центнеров зерновых с гектара. Это тот Клондайк, который способен повлиять на мировую программу производства сельхозпродукции. Техническим спиртом, получаемым из картофеля, можно обеспечивать автомобильные потребности не только Украины, но и, как минимум, половины Европы. Тем более что речь идет о возобновляемом источнике: картофель, в отличие от нефти, выращивают ежегодно. Идем далее. Потепление климата ведет к таянию ледников Арктики, Антарктиды, Гренландии. Поднимается уровень Мирового океана. Это значит, что свои территории приморские государства потеряют. В связи с этим украинская земля становится просто бесценной. Вот поэтому село уничтожается: его вымирание облегчает получение контроля над нашей землей со стороны транснациональных корпораций.
— Украину уничтожают из-за рубежа?
— Геополитические процессы развития мира очень мощные. В них задействованы практически все страны. Но если их элиты пытаются играть ведущие роли, то украинская — роль подчиненного. Причина кроется в субъективном факторе: на момент провозглашения независимости у нас не было подготовленной элиты, способной отстаивать государственные интересы. Это все равно, что на ринг против Виталия Кличко выставить первоклассника. Шансов на выигрыш фактически не было. Единственное, что защищает Украину — промысел Божий! В 1991 году за Украину боролось процентов пять населения. А остальные 95? Независимость была дана свыше. Очевидно, это связано с необходимостью изменения парадигмы цивилизации. Мир страдает от недостатка материальных, технических и природных ресурсов, захлебываясь в техногенных отходах. Пора переходить к развитию духовности. Страны, у которых духовность стала приоритетной, начали развиваться и экономически. Это и Япония, и Корея, и Малайзия, и Китай...
— А у нас получается как в период распада Киевской Руси: каждо да держит вотчину свою...
— Эти процессы довольно серьезные. Сейчас уже говорят о возможности введения двухпартийной системы. Стоит двум самым мощным парламентским фракциям договориться — поднять проходной барьер до 10 «голосовых» процентов, — и мы это получим. По американскому принципу, но с украинскими реалиями: БЮТ и «Регионы» поделят страну по берегам. Электорат одной силы окажется по правую сторону Днепра, электорат другой — по левую. Это крайне опасная тенденция для Украины. Хотелось бы верить, что в Верховной Раде все-таки останется четыре-пять политических сил, а Украина перейдет к парламентской республике.
— Но сегодня мы видим курс на усиление президентской власти!
— Это со стороны президента. А со стороны правительства? Премьер Тимошенко уже заявила о возможности перехода к иной форме правления. Начиная с 1991 года, мы видим дрейф от сильной президентской власти к власти парламентской.
— Ваш прогноз: кто ближе всех стоит к главному креслу страны? Тимошенко?
— Безусловно. Если бы выборы были сейчас. Но что будет через неделю, через год? Уйдет Юлия Владимировна с премьерского поста через месяц, ее шансы на победу возрастут. Если же она останется в Кабмине до конца года, с учетом роста инфляции и цен ее рейтинг «достигнет» рейтинга Виктора Андреевича. Тогда реальные шансы появятся у Виктора Федоровича. Но как говорится, прогнозы — вещь неблагодарная. Не нужно провоцировать политиков на то, чтобы они занимались одной политикой. Власти предержащие должны быть не политиками, а государственными деятелями. Политик думает о будущем на выборах. А государственный деятель — о будущем государства.
