Тема возможного втягивания нашего государства в Североатлантический альянс — на устах украинских политиков. Она стала важнейшей и во время нашего разговора с известным военным и политиком, занимавшим министерский и вице-премьерский посты, а ныне депутатом от Партии регионов Александром Кузьмуком.

— НАТО — одна из наиболее болезненных тем и, наверное, не потому, что мы не хотим сотрудничать. А дело в этом пиратском, с нашей точки зрения, ходе, когда о важнейшем документе мы случайно узнаем от американского сенатора. Как вы оцениваете в принципе эту ситуацию?

— Я хотел бы начать с вашей формулировки — «пиратские действия». Вы знаете, страна начинает привыкать жить в условиях беззакония. Напугал чем-то власть парламент — его обязательно надо разогнать. И страна живет семь месяцев без Верховной Рады. Этого недостаточно? Тогда надо создать определенными действиями такие условия для оправдания неспособности сегодняшней коалиции, чтобы значительная часть парламента блокировала трибуну. Этим поводом стало НАТО. Сегодня отрицательный рейтинг альянса среди населения Украины — это как раз действия власти, а не оппозиции. Нигде, ни при каких обстоятельствах, Партия регионов, фракция ПР не ставили под сомнение важность сотрудничества с НАТО. Наоборот, мы намерены расширять и развивать его с учетом национальных интересов Украины, наших международных обязательств, исторически сложившихся отношений с нашими партнерами и, в первую очередь, со стратегическим партнером — Российской Федерацией. Я хотел бы провести некоторый экскурс в историю, ведь Украина первое знакомство с НАТО начала в 1992 году, когда приняла участие в миротворческой операции в бывшей Югославии. В 1994-м (это при левом большинстве в парламенте) Украина присоединилась к программе НАТО «Партнерство во имя мира». А в 1997 году, подчеркиваю, вновь-таки при левом большинстве в парламенте, получила статус особого партнерства с НАТО, который был подписан 17 июня 1997-го в Мадриде. Так вот, логика вещей говорит о том, что Украине с таким статусом, который имеют только два государства, надо развивать и наращивать взаимодействие с альянсом, что мы последовательно и делали.

— Вы несколько раз сказали «сотрудничество», «партнерство». Но партнерство и вступление в организацию, как говорят в Одессе, — это две большие разницы...

— Абсолютно точно. Вступление в НАТО — это изменение общественно-политической формации государства. Это совсем другие взгляды, требующие абсолютно иного решения. Что я подразумеваю под этим? Действия власти мотивированы тогда, когда решение принимает народ. Это наши принципы, которым мы никогда не изменим. Теперь нельзя принимать окончательное решение. А План действий по членству — это практически тамбур того вагона, который называется НАТО.

— Это реальное начало процесса вступления.

— Абсолютно верно. Вот теперь слово за единственным источником власти — украинским народом, что и зафиксировано, кстати, в Универсале национального единства. То есть мы не требуем ничего дополнительного. И абсолютно невозможной является попытка решения этого вопроса темной ночью, огородами, без сроков, без освещения своих намерений стране. Не может премьер-министр, не обсудив на заседании правительства, не приняв соответствующего решения, которое формализовалось бы в постановление, ставить свою подпись. Не может глава Верховной Рады без обсуждения и принятия соответствующего постановления в парламенте ставить свою подпись. И уж совсем удивительно и поразительно, когда украинская общественность не информируется о важном документе властью, а случайно узнает о нем из уст сенатора Лугара. Это унизительно для нашей страны и, конечно же, такие действия являются поводом для защиты Конституции, для защиты мнения украинского народа и действий нашей политической силы по блокированию работы Верховной Рады.

— Если Партия регионов добьется референдума по НАТО, то его результаты предсказуемы. Отношение общества к альянсу абсолютно очевидно. На что в таком случае рассчитывают ваши политические оппоненты?

— Они уже неоднократно демонстрируют свое пренебрежение к общественному мнению, Конституции, закону. Я вам приведу пример: вспомните недавние события 2006 года. Оранжевое правительство не смогло убедить парламент, население Украины в целесообразности проведения совместных учений с другими странами, в том числе и представителями государств НАТО. ВР решение не поддержала, но оно, тем не менее, принимается. В итоге возмущено население страны, и оно не дает возможности проведения таких учений, что нанесло очень большой вред имиджу Украины, обозлило против Украины. Мы потеряли доверие. Посмотрите, как было при правительстве Януковича: обсудили, довели, убедили парламентариев, провели работу с населением. Мне, как вице-премьеру, было поручено организовать комфортные условия. Были подключены пограничники и милиция. В итоге учения прошли без всяких проблем. Вот вам показатель. Правительство Януковича приняло целевой план сотрудничества с НАТО на 2007 год. Это обсуждалось в присутствии представителей прессы на заседании Кабинета министров. Было утверждено соответствующее постановление, и сразу же после принятия этого решения была широко информирована общественность, что не вызвало ни одной акции недовольства. Вот конструктивный, прозрачный, открытый и честный подход! И еще раз хочу подтвердить: сложившаяся в Украине ситуация с НАТО — это работа не оппозиции, а власти. Партия регионов не может не учитывать и самого политического момента. Не секрет, что начиная с 2005 года украинское общество расколото, и этот кризис лишь углубляется. Вопрос о НАТО, тем более представленный таким образом, только усиливает этот раскол.

— А не кажется ли вам, что эта история в какой-то степени характерна для украинцев? Не пускают в дверь (как с ЕС) — залезем в окно...

— Привычка все время лезть через черный ход действительно имеется. Как и добиваться любой ценой и унизительными методами какой-то определенной цели. Давайте посмотрим откровенно: какой интерес сегодня для НАТО представляет Украина с абсолютно нестабильной внутренней обстановкой, с нижайшим уровнем жизни? Мы на предпоследнем месте в Европе по продолжительности жизни. Страна стала абсолютно скандальной, что ни неделя — то разражается новый, громкий. Страна становится примитивной — вы отъедьте на пятнадцать километров от Киева в любое село и увидите: там такой «Евросоюз», что любого европейца он шокировал бы. Какой интерес, какие цели?! Неужели этого нельзя увидеть, понять, что сначала надо навести порядок, достичь соответствующего уровня, а потом честно и открыто идти в те структуры, которые, действительно, отвечают нашим национальным интересам? Но идти равными среди равных, а не ползком, на полусогнутых.

— Но, с другой стороны, если говорить о военной составляющей, появлении нового позиционного района в Чехии и Польше, то можем мы предположить, что баз НАТО не будет?

— Мне удивительно слышать заявления, особенно нашего министра иностранных дел господина Огрызко, что по Конституции не предусматривается развертывание баз. Если бы мы сегодня вступили в НАТО, то нас заставили бы переписать Конституцию, ведь что-то должно в нас привлекать! А если вооруженных сил у нас сегодня нет, если мы сидим практически лишь с автоматом Калашникова и национальным сознанием и больше ни с чем, то что остается? Территория. Это — уже подготовленный театр военных действий, это — человеческие ресурсы. Но надо посмотреть и с другой стороны: сегодня старая Европа выводит со своей территории не только базы, которые американцы размещают в новых членах НАТО, а переносит туда и все вредное производство. Я уже не говорю об огромном количестве мигрантов, которое, безусловно, будет рассматриваться для расселения в Украине...

— Если обращаться к событиям недели. Неожиданный блиц-визит президента к его коллеге Саркози... Практически прямо говорят, что обсуждалась неуступчивая позиция Франции по вопросу ПДЧ. Как бы вы прокомментировали это событие?

— Я просто сошлюсь на выступление госсекретаря Франции буквально за день до визита. Он четко сказал, что письмо трех — преждевременное действие. Когда общество не консолидировано и остановка нестабильна, о каком Плане действий может идти речь? Видимо, это и вызвало необходимость и желание президента решать вопросы со своим французским коллегой.

— С другой стороны, Саркози — самый проамериканский президент. Мы знаем, кто «заправляет» в НАТО и знакомы с позицией американцев, «равных среди равных». Не кажется ли вам, что там вмешиваются еще и какие-то геополитические факторы?

— Безусловно, то, о чем вы говорите, имеет под собой основание. США поддерживают Украину в ее намерениях и, конечно же, им хотелось бы, чтобы в Бухаресте любой ценой, несмотря на ситуацию в Украине (а Штаты постоянно демонстрируют свое пренебрежение к внутренним проблемам любой страны; они только свои интересы и видят), даже ломая через колено, вопрос ПДЧ решить. Но у меня есть большие сомнения в том, что европейские государства на это пойдут. В Вильнюсе, на неформальном совещании министров обороны членов НАТО, стало ясно: единства нет, а есть разочарование в ситуации в Украине. И решительных намерений пригласить нашу страну присоединиться к ПДЧ в Бухаресте нет.

— Как вы видите развитие ситуации в ближайшие недели?

— Я хочу подчеркнуть твердые намерения политической силы и фракции, к которой принадлежу, привести работу Верховной Рады в конструктивное русло. Но мы не поступимся своими принципами. Мы — ответственная политическая сила, интересы нашего народа не предадим и всегда будем их учитывать. Мы предложили компромисс встречи с председателем ВР. Там ему публично озвучены наши предложения, в том числе и по НАТО. Они абсолютно компромиссные.

— Еще одна ключевая тема недели — взаимоотношения с Россией...

— Если говорить о России как о стратегическом партнере — это значит не говорить вообще ничего. Это не просто наш исторический партнер, а значительно больше. Не учитывать интересы России (как и ей в равной мере наши) — значит зайти в тупик. Не все гладко в наших отношениях и в прошлом и в настоящем, не всегда будет и в будущем. Но основными принципами должны быть добрососедство, равенство, уважение и память о наших общих корнях. Высока роль нашего сотрудничества и в обеспечении мировой безопасности. Мы видим кризис в НАТО. Видим, как намеренно альянс вышел за рамки Евроатлантики. Я уже не удивляюсь «наивным» пояснениям США. Но для меня, как для военного человека, размещение ракет и радаров — проблема понятная. В Польше и Чехии элементы ПРО ставят, чтобы обезопасить себя от Ирана и Кореи? Почему бы тогда против северокорейских ракет не разворачивать систему ПРО в Южной Корее или в Японии? А почему тогда против иранских ракет, которые никогда не долетят даже до Европы в ближайшие двадцать — двадцать пять лет, не разместить в Турции? Если уж вы так хотите, то предложите Украине вместе с Россией использовать их возможности! А «наивные» пояснения напоминают мне ситуацию, когда краснел Колин Пауэлл, профессионал высокого класса, показывая снимки из космоса якобы хранящихся в Ираке цистерн с оружием массового поражения. Мне жалко было на него смотреть. Он понимал, что несет абсолютный бред, но вынужден был это делать. Все чаще звучат заявления о том, что на НАТО возлагаются глобальные вопросы безопасности. Но если «глобальные», то есть и другие не менее сильные игроки в мире. Это и Россия, и Китай, и Индия. Так давайте вместе строить будущую систему глобальной безопасности, может быть, на базе НАТО при включении этих государств.