Первые случаи массового убийства евреев были отмечены уже 22 июня 1941 года. В этот день у польского костела в городе Сокаль Львовской области были расстреляны 11 евреев. Осуществила это преступление группа оуновцев, которые, согласно архивным документам, «торжественно встретили немецких оккупантов».

(Часть 4. Часть 3. Часть 2. Часть 1)

30 июня члены зондеркоманды 4а при поддержке украинских националистов расстреляли в этом городе «183 еврейских коммуниста». В конце июня — начале июля убийства евреев, совершенные при активном участии оуновцев, происходили в Каменке Струмиловой (180 человек), Топорове (180 человек), а также Немирове, Нестерове, Равве-Русской.

Типичный портрет украинского националиста, уничтожавшего евреев в годы немецкой оккупации, изобразила свидетельница Регина Крохмаль во время допроса, который состоялся 3 марта 1949 года в польском городе Валбжих. Отвечая на вопрос допрашивавшего ее польского следователя, Р. Крохмаль сообщила (сохраняется стилистика документа. — М. З.): «Гуменюка Юзефа знаю с момента его рождения в городе Устя Зеленое... Мне известно, что до 1939 года он принадлежал к гитлеровской организации (эту банду называли бандеровцами, поскольку фамилия ее руководителя Бандера)... С момента начала войны, когда войска (польские. — М. З.) отступали, Гуменюк Юзеф вместе со всей бандой разоружал войско и офицеров, жестоко издевались над ними, а тех, кто не желал себя разоружать, убивали на месте, били прикладами по голове. После прихода Красной Армии Гуменюка Юзефа в Зеленом Усте сразу же разыскивали, но не поймали, поскольку он прятался в лесу и у родителей тех лиц, которые с ним сотрудничали, аж до начала немецко-советской войны. С 1941 года, когда советские войска отступали, Гуменюк со своей бандой установил пулеметы на крышах и обстреливал войска, которые там проходили. Кого не убили на месте, того брали в плен. Я видела такой факт: Гуменюк Юзеф в Зеленом Усте топтал ногами солдата Красной Армии, солдат с плачем умолял его и просил, чтобы ему подарили жизнь, поскольку имеет жену и детей, но Гуменюк Юзеф не позволил себя уговорить и сказал, что уже долго ждал этого момента, чтобы отомстить коммунистам. Далее сказал, что коммунист, еврей и поляк не имеют права на жизнь, затем убил его ударом карабина по голове. В 1942 году Гуменюк Юзеф помогал немцам путем сбора контингента (продовольствия. — М. З.), помогал организовывать армию для немцев из украинских граждан и помогал в облавах на поляков с целью отправки их в лагеря. На протяжении всего периода помогал проводить еврейские акции, он шел от села к селу, чтобы выявлять людей, которые прятались. В начале 1943 года, это было в том самом населенном пункте, мы попросили директора Возняка, чтобы принял нас. Тогда директор Возняк дал нам убежище, сделал под полом бункер. Это продолжалось несколько недель, в один из дней [он] сказал, что за нами следят. Однажды вечером я вышла, чтобы приготовить что-то покушать. В это время я увидела, что все здание было окружено бандой, во главе которой был Гуменюк Юзеф. Тогда бросили в бункер гранату. Некоторых убило на месте, а остальные получили ранения. Только две девушки не были ранены. Будучи в кладовке, я видела, как Гуменюк лично связал директора Возняка колючей проволокой и повесил на дверях. Затем отрезал ему пальцы, а когда директор кричал, отрезал ему язык и так его оставил. Девушек, которые остались живыми, Гуменюк с бандитами, было их около 20—25 человек, изнасиловали, затем убили ударом железного прута по голове, аж мозг брызгал на потолок. Было это в том же году. Банда подожгла село Корощатин, в центре села осталось несколько уцелевших зданий. Тогда Гуменюк со своей бандой собрал всех женщин и детей, которые остались, завел их в одну сушарку, распорол перины, насыпал на них перья и поджег. Все были сожжены живьем. Незадолго до освобождения Гуменюк выслал детей (троих) семьи Блоховских в Германию, а дом, в котором жила семья Блоховских, поджег. Все, кто находился в доме, погибли» («Польща та Україна у тридцятих — сорокових роках ХХ століття. Поляки й українці між двома тоталітарними системами. 1942—1945». — Варшава — Київ, 2005, т. 4, ч. 2, с. 885—888).

Особой жестокостью в отношении еврейского населения прославились каратели из оуновского батальона «Нахтигаль» («соловушки»). Еврейское население города Львова, где продемонстрировали нечеловеческую жестокость эти «соловушки» во главе со своим командиром — будущим командующим УПА Р. Шухевичем, в июне 1941 года составляло свыше 160 тысяч человек.

Каратели из «Нахтигаля» в первый же день вступления во Львов на глазах у людей расстреляли 15 человек, 12 демонстративно повесили на балконе Львовского оперного театра, многих горожан вывезли в район расположения дрожжевого завода и там расстреляли.

По свидетельству уцелевших горожан, «соловушки» в роли палачей еврейского населения больше напоминали мясников. Как пишет западногерманский исследователь Вилли Брокдорф (W. Brokdorf. Geheimkomandos des zweiten Weltkrieges. — Munchen, 1967, s. 126—127), ворвавшиеся в город нахтигалевцы, «взяли в зубы длинные кинжалы, засучили рукава мундиров, держа оружие на изготовку. Их вид был омерзителен, когда они бросились в город... Словно бесноватые, громко отрыгивая, с пеной на губах и вытаращенными глазами неслись украинцы по улицам Львова. Каждый, кто попадался в их руки, был казнен».

Второй свидетель, Хаим Гольдвин, вспоминал: «...Вблизи ратуши был тогда рынок. Я отошел немного в сторонку и сразу стал свидетелем страшной картины. Какая-то женщина с сыном покупала овощи. Подошли к ней нахтигалевцы и грубо толкнули.

Она обратилась к офицеру на немецком языке с просьбой о помощи. Когда она открыла сумку, показывая документы, я заметил в сумке стетоскоп и понял, что это врач. Офицер (а был им Роман Шухевич) захохотал и ударил женщину по лицу. На следующий день на улице Коперника я видел толпу людей (евреев), «соловушки» выстроили эскорт. Вдоль улицы по направлению к тюрьме вели они граждан, попутно сильно избивая их. Во дворе тюрьмы слышались выстрелы...»

Еврейские погромы во Львове «соловушки» начали 30 июня и продолжали их на протяжении первой недели июля 1941 года. Уже в первый день оккупации они начали врываться в еврейские дома и квартиры, выгонять из них жильцов и собирать их на площади Большого театра. Было собрано несколько тысяч мужчин и женщин, которым приказали мыть площадь без всяких подручных средств.

Вокруг толпы евреев стояли нахтигалевцы и оуновцы в гражданском и избивали работающих. Затем погнали толпу на Замаштынов. По обеим сторонам пути выстроились двумя рядами каратели и наносили удары по своим жертвам палками и железными ломами.

Жестокая расправа ожидала тысячи евреев на территории тюрьмы Бригидок. Очевидец П. Лисевич: «В дни 2 и 3 июля организована резня во дворе тюрьмы Бригидок. Для избиения украинцы применяли железные прутья и дубинки. От ударов трескались черепа, а стены тюрьмы со стороны двора были забрызганы кровью и остатками разлетевшегося во все стороны мозга... На улицах Солнечной, Якуба Германа, Рапопорта, Вольной, заселенных еврейским населением, врывались в помещения: били, насиловали, грабили имущество».

Газета «Вільна Україна» 13 ноября 1959 года опубликовала свидетельство очевидца преступлений «соловушек», украинца Ивана Брыля: «На улице Линде остановились три грузовика... выскочили из них гестаповцы (изъясняясь на украинском языке). Попарно стали на углах улочки с автоматами, направленными в окна домов. Другие пошли к ступенькам... Из дома, в который вошли палачи, послышались выстрелы. Из окна на крыше посыпалось стекло, полетели на дорожный булыжник оконные рамы. Позднее снова ... И снова... Убийцы выбросили тогда через окно семерых (еврейских) детей».

Возле замаштыновской тюрьмы также была устроена резня. Жертвам прямо на улице разбивали железными ломами головы с такой силой, что разлетался мозг, дороги были залиты кровью и выброшенным из черепов мозгом. Детей убивали ударами головой о стены. 2 июля бандеровская боевка ОУН подожгла синаногу Темпень. Вокруг синаноги собрали евреев, которых избивали до смерти, некоторых еще живыми бросали в огонь.

5 июля бандеровцы собрали около двух тысяч евреев на теннисных кортах в районе улицы Пельчинской, держали их трое суток без воды и пищи, постоянно избивая. На протяжении недели «соловушками» и местными боевками ОУН-б было убито свыше пяти тысяч евреев и представителей польской интеллигенции.

По подсчетам украинского исследователя В. Чередниченко, на протяжении июля от рук украинских полицаев во Львове погибли семь тысяч граждан еврейской национальности. В числе зверски замученных «соловушками» львовян — более 70 ученых с мировым именем. Среди них член многих академий мира Казимир Бартель, выдающийся писатель Тадеуш Бой-Желенский, академик Соловей, профессор Ян Грек, ректор университета Владимир Серадский, академик Антоний Цещинский, профессор Тадеуш Туровский...

Всего же за период оккупации в столице Галиции «сверхчеловеками» уничтожено более 140 тысяч евреев. Всего немецкими оккупантами и оуновцами умерщвлено и зарыто в районе Вулецких холмов, в других местах свыше 200 тысяч мирных жителей.

Оставшихся в живых львовских евреев впоследствии поместят в гетто и Яновский концлагерь. Затем приступят к их планомерной ликвидации. Дольше всех в Западной Украине под немецко-оуновской опекой будут находиться евреи — узники Яновского лагеря.

(Продолжение следует)