На Харьковщине зачислили американских парламентариев в животноводческую бригаду.

В эти дни невольно вслед за классиком эстрады хочется воскликнуть далеко уже не иронические, а скорее вещие слова: как страшно жить! А ведь действительно страшно. Не знаю, как там, на парламентском Олимпе, а обычных рядовых граждан прямо оторопь берет от разгула правового нигилизма, попрания и буквы Закона и его духа. Одним мастерским выстрелом хлыста дрессировщика гарант Конституции поставил страну в позу вздыбленной, взнузданной и взмыленной на избирательных гонках лошади и, зафиксировав своим указом ее в таком напряженном положении, занял в VIP-ложе выжидательную позицию — авось что-то получится. А может быть, просто президенту стал претить имидж вальяжного пасечника и захотелось превратиться в грозного всадника с закрытым забралом. Да вот только седлышко-то уже занято. Согласно заокеанской моде там надлежит восседать воинствующей амазонке, но уж никак не Виктору Андреевичу.

Причем тут заокеанская мода, скажете? У нас, в глубинке, она страсть как вошла в силу. Вот давеча в одном сохранившемся колхозе даже резолюцию на своем собрании утвердили — без очереди принять в животноводческую бригаду всех штатовских конгрессменов. Но те, вроде, и не собирались резко менять профиль. А что, вопрошают мужики, они же нас в НАТО безо всяких проволочек затягивают. Чего ж нам не пойти навстречу? Не захотят? А кто их спрашивать будет? Ведь не интересуются же они вместе с Виктором Андреевичем и «любими друзями», хотим мы в НАТО или нет, почему же колхозники должны быть лыком шиты? Да и вообще, коль уж зашла речь о моде, то не модно сегодня как-то чего-то у кого-то спрашивать. Вот поратовать о благе народном — это да, это приветствуется, а посовещаться с тем же народом, нужны ли ему досрочные выборы или посевная в первую очередь, — не тот подход, не государственный. Однако вернемся к злополучному указу, поставившему всю страну в позу. Насколько он соответствует Основному Закону, скажет, конечно же, Конституционный суд. Но удастся ли полностью отбелить затоптанные страницы Основного Закона этой самой последней инстанции — вопрос. И на него необходимо дать незамедлительный ответ, ведь в прецеденте кроется и пока еще дремлет огромная, отнюдь не созидательная сила. Пока же в эту Страстную неделю Украиной правит лукавый. Лукавят все — президент, «нашедший» конституционные основания для разгона парламента, коалиционное большинство Верховной Рады, издающее противоречащие закону постановления и решения, политологи, старающиеся во все тяжкие обосновать конституционность действий своих симпатиков (или работодателей?). Но если с президентской и парламентской ветвями власти все понятно — стенка на стенку и нечего правду искать, то политологи, призванные вправлять мозги и власти, и мне, избирателю, должны же внятно и вразумительно высказывать свою позицию? Увы.

Чего только стоит словоблудие господина Карасева в передаче «Свобода слова», согласившегося, что, дескать, буква закона, быть может, и нарушена президентским указом, но есть же дух Конституции... Может, вслед за уважаемым политологом кинемся все выявлять дух Закона, и кто чего там учует, кому чем запахнет, на том и будем стоять? Верховенство права, все же кажется, нельзя отдавать на откуп политическим нюхачам-дегустаторам, это далеко не дегустационный зал винных погребов и похмелье может быть очень тяжким. Для всей страны.

Все и вся сегодня пеняют на недопустимость обострения ситуации. Но как-то странно, надо сказать, пеняют. Словно уподобляясь несмышленышу-пустунишке, подкидывающему поленья в огонь, «чтобы не горело ясно, чтоб совсем погасло». А роль сидящих на тлеющих угольках отводится нам с вами, ибо выборы, уважаемые сограждане, господа политики и политиканши, будут проводить за наш с вами счет — за скудные зарплаты и пенсии. Конечно же, для депутатов-бизнесменов полтора миллиарда гривен — это не деньги. Тем более не из их же кармана. А это и плохо. Может, все-таки пусть платит тот, кто заказывает музыку?

«Мне по барабану, — говорит сельский „политик“ дед Федор, — кто там у власти: синие, оранжевые, да хоть в клеточку. Только не по луценковскому революционному барабану, а вообще... Дайте спокойно работать и зарабатывать. А выборы-перевыборы... ничего не изменят. Знаю точно: если они начнутся, то баталии будут бесконечные. Ведь Тимошенко других результатов, окромя своей победы, не признает. Только ж народ все уразумел, и какой же дурень пустит этого беса в юбке к державному рулю? А вообще-то, — внезапно круто разворачивается Федор Степанович, — выборы это хорошо. Только в свое время. И чтоб честные. Надоели уже майданы, надоели оранжевые и синие. Пришли бы во власть новые люди, может, тогда бы зажили нормально...»

Дед Федор — дальтоник. Но не политический.