Пиночет обвиняется в подготовке и организации казней политических противников, убитых в Сантьяго на стадионе, превращенном в концентрационный лагерь, а также в руководстве преступлениями так называемых эскадронов смерти, ответственных за убийство 75 чилийских оппозиционеров осенью 1973 года.

Бывший чилийский диктатор — фигура противоречивая. Он не стремился к кровопролитию, но в тот момент, когда это показалось ему целесообразным, встал у руля государства и ценой меньших жертв спас страну от значительных разрушений. То, какими методами он это делал, общественное мнение осудило. Теперь это осуждение могут закрепить юридически.

Аугусто Хозе Рамон Пиночет Угарте родился в Вальпараисо 25 ноября 1915 года в семье таможенного чиновника. Предки генерала по отцовской линии происходили из Франции, по материнской — из Испании. Родители были людьми религиозными, и сам Пиночет стал примерным католиком. Он окончил среднюю школу при семинарии Сан-Рафаэль, католический институт Кийота и Школу отцов-францисканцев. В 1933 году Аугусто поступил в военное училище и через четыре года вышел оттуда в звании младшего лейтенанта.

Пиночет служил в различных гарнизонах, что не помешало ему получить высшее военное образование в Военной академии Чили. К началу 1950-х годов он успел послужить на строевых и штабных должностях, а также попробовать себя в роли преподавателя. Проявил он себя и как редактор военного журнала Cien Aguilas, а также сумел получить степень бакалавра военных наук и окончить юридический факультет Чилийского университета.

К началу 1970-х годов Пиночет стал генералом. В 1972 году президент Чили Сальвадор Альенде назначил его командующим Сухопутными войсками. И с этого момента в жизнь Пиночета навсегда вошла политика.


После Второй мировой войны социализм в мировой интеллектуальной среде превратился в моду и даже стал чем-то вроде bon ton.

В Латинской Америке левая идеология также пользовалась значительной популярностью. Аргентинский доктор Эрнесто Гевара де ла Серна на какое-то время стал одним из самых популярных людей планеты. И в свете этих либеральных веяний в Чили к власти пришло социалистическое правительство. В 1970 году президентом стал Сальвадор Альенде, набрав 36 процентов голосов и опередив кандидата от правых на 40 тысяч голосов.

Альенде был первым социалистическим лидером, который пришел к власти в результате вполне демократических выборов. Придя к власти, новый президент принялся экспериментировать с экономикой. Расходы правительства начали расти, предприятия частного сектора постепенно переходили под контроль государства. Одновременно начала расти и инфляция. Появилось понятие «дефицит». Как следствие в стране тут же возник черный рынок, на котором чилийцы были вынуждены приобретать основную массу товаров.

Цены росли быстрее, чем денежная масса. В 1972 году инфляция составила 260 процентов, увеличившись, по сравнению с предыдущим годом, в 12 раз, а в 1973-м достигла 600 процентов. Реальные доходы стали ниже, чем перед приходом Альенде к власти. Правительству пришлось сократить расходы и на зарплату, и на социальные пособия. Поначалу власти уверяли, что «дефицит и черный рынок — это следствие контрреволюционных действий реакционных групп и врагов народа», но в 1973 году правительство было вынуждено предпринять какие-то меры. Однако вместо того чтобы вернуться к системе рыночного регулирования, руководство перешло к административным мерам экономической стабилизации.

За тысячу дней правления Альенде Чили скатилось в то, что бывший чилийский президент Эдуардо Фрей Монтальва назвал «карнавалом безумия».

К августу 1973 года более миллиона чилийцев — половина трудоспособного населения страны — выступала с забастовками, требуя ухода Альенде. Транспорт и промышленность были парализованы.

Когда Альенде пришел к власти, армия, традиционно играющая значительную роль в политике большинства латиноамериканских стран, отнеслась к нему без особой симпатии. До раскола в рядах военных было далеко, но недовольство новым президентом начало потихоньку назревать.

Главнокомандующим чилийской армией при Альенде стал генерал Карлос Пратс. Но летом 1973 года под давлением Пиночета Альенде сместил Пратса с поста. Главнокомандующим стал, понятно, Пиночет. Альенде полагал, что тот пользуется у военных авторитетом, и не ошибся. Поставив под свой контроль всю чилийскую армию, Пиночет менее чем за три недели сам организовал путч.


11 сентября 1973 года вооруженные силы Чили вступили в схватку с вооруженными отрядами Альенде. Через шесть часов после начала боев Сальвадор Альенде застрелился в президентском дворце «Ла Монеда».

На футбольном стадионе Сантьяго был устроен концлагерь. Как это всегда бывает при переворотах, армия особо не церемонилась и «гребла» всех подряд. В числе попавших на стадион был и популярный чилийский певец Виктор Хара. Своих симпатий к социализму он никогда не скрывал и переворот встретил с негодованием. Вопреки легендам, появившимся потом в печати, Виктор Хара не был личным врагом генерала Пиночета. Более того, ему было предложено сотрудничество с новым режимом. Хара отказался и вскоре погиб.

К моменту завершения переворота генералы, его возглавившие, были героями, по крайней мере, для двух третей населения. Власть в Чили перешла к коллегиальному органу управления — военной хунте. Но уже в следующем году Пиночет стал единоличным лидером страны: сначала так называемым верховным главой нации, а затем — просто президентом.

Сейчас уже невозможно с достоверностью сказать, чем именно руководствовался Пиночет, принимая решение о перевороте. Но, в любом случае, это не был выбор между абстрактными целями экономического развития и конкретными жизнями. Аугусто Пиночет решил не дожидаться окончательного краха страны, к которому она неизбежно бы пришла, продолжай правительство Альенде свои экономические эксперименты в социалистическом ключе.

Главным делом Пиночета стала экономическая реформа. Для вывода Чили из кризиса он призвал на помощь молодых чилийских экономистов, впоследствии прозванных «чикагскими мальчиками», поскольку почти все они окончили кузницу либеральных кадров того времени — Чикагский университет. Серджио де Кастро, Пабло Бараона, Альваро Бардон, Герман Бюхи, Фернандо Лениц и другие, занявшие министерские посты, попытались привести экономику страны в нормальное состояние.

Финансовая стабилизация и переход к быстрому росту основывались на рецептах, ставших с тех пор стандартными. Либерализация цен, снятие ограничений на ведение бизнеса, сбалансированность бюджета, приватизация, свобода внешнеэкономических связей, построение пенсионной системы накопительного типа. При этом в стране сохранялась цензура и подавлялась свобода слова. Но, в конечном счете, благодаря применению этих мер кризис был преодолен, и страна стала развиваться. Что интересно, военные перевороты в Чили с тех пор ни разу больше не повторялись.


Пиночет не был медноголовым воякой, считавшим, что воинский устав может заменить собой Конституцию. В 1978 году в Чили появился закон о политической амнистии. В 1980 году был проведен плебисцит по Конституции. И в результате 67 процентов населения поддержали Конституцию Пиночета. Согласно внесенным в нее положениям он становился легитимным президентом страны.

К 1986 году легализованная политическая активность в Чили набирала обороты, чтобы в 1988 году обрести форму свободных выборов.

Хотя к демократии Пиночет относился с неприязнью, в конце концов, он повел себя как демократ. В 1988-м был проведен новый плебисцит по вопросу о том, должен ли генерал оставаться президентом до 1997 года. Это голосование Пиночет проиграл и согласился уйти.

Его не увенчали лаврами спасителя отечества, но и не заклеймили как преступника. Можно сказать, в стране воцарилось некое подобие национального согласия. Демократические политики приняли страну и власть из рук своего врага, генерала-кровопийцы. Чили больше не нужен был диктатор. Нужно, чтобы все было как у людей. И отголоском другой эры — эры, когда лилась кровь и жили люди, считавшие, что на свете есть вещи, за которые стоит ее проливать, — прозвучали однажды в новом демократическом Чили слова отошедшего на покой Пиночета: «В день, когда тронут первого из моих людей, правовое государство перестанет существовать. Я предупредил и повторяться не буду». По иронии судьбы первым человеком, которого тронули, оказался он сам.

Приехав в Англию на лечение осенью 1998 года, Пиночет был арестован. В СМИ развернулась кампания по преследованию ушедшего на покой генерала. Малоизвестный испанский судья, стремившийся сделать себе имя на громких делах, надеялся, что дело Пиночета потянет на новый Нюрнбергский трибунал. Но второго Нюрнберга не получилось.

Бывший чилийский лидер провел в Англии 500 дней под домашним арестом, прежде чем британское правительство решилось отпустить генерала на родину, сославшись на его пошатнувшееся здоровье. Однако на этом преследование Пиночета не закончилось. Чилийское правосудие, ощутившее международную поддержку, вынесло в 2001 году решение о помещении экс-диктатора под домашний арест.


С тех пор вокруг бывшего диктатора не утихают споры. Однако сам генерал не раз призывал сограждан «забыть прошлое и сосредоточиться на будущем».

Все высказывания по поводу бывшего диктатора можно свести к двум положениям: Пиночет — герой, честный офицер и спаситель Чили от тоталитарного кошмара; Пиночет — тиран, прямо или косвенно виновный в гибели трех с половиной тысяч коммунистов.

И оба высказывания верны.

Противники Пиночета любят напоминать о многочисленных жертвах в период правления хунты. При этом упускается из виду, что невинные жертвы были с обеих сторон гражданской войны. И не стоит сбрасывать со счетов тот факт, что за все время в Чили погибло меньше людей, чем в любом другом вооруженном конфликте на территории Латинской Америки. Комиссия Реттига (учреждена первым гражданским правительством Чили для расследования нарушений прав человека и возглавляемая бывшим министром правительства Альенде) насчитала 2279 погибших и пропавших без вести с обеих сторон, причем 1261 человек из них погиб в первые три месяца сражений.

Если взглянуть на это беспристрастным взглядом и отставить в сторону риторику, то выходит, что Пиночет все же, скорее, герой. Да, при нем погибли три тысячи человек, но благодаря этому у остальных появилась возможность более или менее нормально жить. Малой кровью Пиночет остановил большую. Экономика Чили, в 1973 году лежавшая в руинах, к рубежу 90-х была в образцовом состоянии — во всяком случае, по меркам Латинской Америки. И, как выяснилось, это заслуга именно Пиночета. Чилийские вооруженные силы оставили после своего ухода с политической сцены страну, находящуюся в куда лучшей форме, если сравнивать с тем хаосом, царившем в Чили в 1973 году.

Однако вечный вопрос, могут ли какие угодно экономические успехи оправдать политический террор, до сих пор остается открытым.