Десять лет назад, 6 апреля 1994 года, самолет, на борту которого находился лидер племени хуту в Руанде Джувеналь Хабьяримана, разбился в окрестностях столицы государства Кигали. В результате авиакатастрофы погибли Хабьяримана и еще девять человек. За ужасные последствия никто не понес ответственности.

Однако в результате катастрофы началась вражда между народами, проживавшими на территории государства. Война между племенами хуту и тутси началась на следующий день после трагедии. Погибший лидер представлял интересы своего племени. Представители хуту зверски убивали членов других племен. В результате более чем 800 тысяч человек погибли. Многих зверски зарубили. Спустя

10 лет после происшествия жители Руанды, которые пережили события 1994 года, с ужасом вспоминают о них и полагают, что не существует лекарства от нанесенных ран — как душевных, так и физических.

Руандец Каманда Эммануэль, которому сейчас 49 лет, с глубоким сожалением рассказывает о том, что он был на стороне убийц в 1994 году: «Я сознался в совершении ряда преступлений и попросил о прощении. Полагаю, что именно поэтому после семи лет тюремного заключения меня выпустили на свободу. Меня освободили в прошлом году, с тех пор я посетил дома 14 семей и извинился за то, что убил их родственников. Мое участие в геноциде началось 8 апреля, когда мы лишили жизни многочисленных пациентов местного госпиталя. Я бросал гранаты и расстреливал людей в упор из винтовки. Мне нелегко общаться с их родственниками, так как у них жива память о тех, кого я безжалостно лишил жизни. Я помог одной вдове построить кухню в качестве компенсации. Совместный труд делает общение более легким для обеих сторон. За время тюремного заключения я сильно изменился — осознал, что сделал. Я понял, что в то время был всего лишь марионеткой. Сейчас я, бесспорно, предпочел бы смерть приведению в действие подобных приказов».

В свою очередь жертвы террора видят ситуацию по-своему, им сложно простить убийц. Так, 46-летняя Франсин Мукарузима рассказывает следующее: «На мою семью охотились, как на животных. Большинство близких и дорогих мне людей зверски лишили жизни. Мой муж был убит, а из 16 детей, горячо мной любимых, в живых остались лишь трое. Меня изнасиловали несколько мужчин подряд. После войны я начала часто болеть. Я проверила кровь на наличие ВИЧ. Тест оказался позитивным. А инфицированных, наверное, сотни».

Правительство Руанды вот уже десять лет сосредоточено на формировании нового общества и обеспечении жертв геноцида жильем, образованием и медицинской помощью. Однако государственные ресурсы ограничены. Руководство не может себе позволить покупать дорогостоящие медикаменты для всех женщин, которые в период геноцида стали жертвами насилия и были инфицированы ВИЧ. Государственный бюджет при всем желании не дает возможности позаботиться о жертвах геноцида. Мировая общественность обязана помочь. Даже через 10 лет после трагедии ее последствия все еще дают о себе знать. Мир удастся установить лишь в том случае, если представители обоих племен перестанут выяснять отношения и смирятся с существованием друг друга, а государство Руанда признает равноправие племен.