Брандо никогда не желал вести себя так, как подобает знаменитости. Он пренебрегал условностями и не стремился выглядеть лучше, чем есть на самом деле. Напротив, усерд—ствовал в том, чтобы его «полюбили черненьким».

Иногда казалось, что он эксплуатирует свою славу во имя высших целей — справедливости и покаяния. На церемонию вручения «Оскаров», где ему полагалась статуэтка за роль Вито Корлеоне в «Крестном отце» Френсиса Форда Копполы, вместо Брандо явилась девушка племени сиу по имени Сачин-Маленькое Перо и по бумажке прочитала послание, в котором актер отказывался от награды в знак протеста против притеснения коренного населения Америки. Годы спустя обнаружилось, что в традиционном костюме индианки выступила малоизвестная актриса Мария Круз, выигравшая в 1970 году конкурс Miss Americane Vampire.

Бунтарь без идеала — право первородства в этом киноамплуа принадлежит не Джеймсу Дину, но Марлону Брандо. В «Дикаре» (1953) Ласло Бенедека, прадеде байкерских фильмов, есть примечательный диалог. На вопрос девушки: «Против чего ты бунтуешь?» Джонни, герой Брандо, отвечает: «А что у тебя есть?»

Марлон Брандо родился 3 апреля 1924 года в Омахе, штат Небраска. Начало его взрослой жизни ознаменовалось изгнанием из военного училища, а продолжилось земляными работами. Отец, Марлон Брандо-старший, торговец жареными цыплятами, сраженный отсутствием амбиций у сына, предложил оплатить ему учебу на любом избранном поприще — Марлон выбрал актерство (его мать, Дороти, работала в местной театральной труппе).

Приехав в Нью-Йорк, он поступил на актерские курсы Стеллы Адлер, откуда была прямая дорога в Actors Studio Ли Страсберга, где юный актер довел до совершенства технику владения «методом» — так называют в США систему Станиславского. Профессиональный дебют Марлона Брандо состоялся в 1943 году, а уже в 1946-м он был назван театральными критиками Нью-Йорка «самым многообещающим актером Бродвея». А еще год спустя к нему пришел первый громоподобный успех — в роли брутального и порывистого, соблазнительного и отвратного, немногословного и готового в любой миг извергнуть свою едва сдерживаемую ярость Стэнли Ковальского в «Трамвае «Желание» Теннесси Уильямса. Брандо сыграл человек не из мрамора, не из железа — из плоти и крови. С ним на бродвейскую сцену вырвались сексуальность, правдивость, неприятие фальши, импульсивность и естественность.

Голливуд быстро разглядел в нем мегазвезду, но первые попытки сделать Брандо приманкой для своих пустых затей оказались зряшными: кажется, повинуясь глубокому инстинкту, актер отказывался вписываться в истеблишмент. Но он пришел в театр и кино как живой человек, потому ничто человеческое ему было не чуждо. Уже потом он скажет: «Единственная причина, по которой я здесь, в Голливуде, это отсутствие храбрости — не могу отказаться от денег».

В 1950 году он, наконец, согласился участвовать в картине независимого продюсера Стэнли Крэймера «Мужчины». Следуя заветам Станиславского, Брандо месяц провел в военном госпитале, наблюдая за больными, страдающими параличом нижних конечностей. Одной из причин, повлиявших на решение Брандо выйти на съемочную площадку, была очевидная коммерческая непривлекательность проекта: камерная психологическая драма, замкнутое пространство, минимум действия. Публика, чье ожидание кинодебюта Брандо было разогрето театральными рецензиями, увидела его героя неподвижным и спеленутым. Но не могла не оценить принесенный актером в картину заряд витальности.

В следующий свой фильм Брандо, поднявшись в полный рост и распрямив плечи, уже войдет походкой победителя: за роль Стэнли Ковальского в «Трамвае «Желание» режиссера Элиа Казана актер впервые будет номинирован на «Оскар», но уступит награду Хэмфри Богарту в «Африканской королеве». Награда киноакадемии достанется Брандо спустя три года — за работу в фильме того же Казана «В порту». «Иногда лучшая режиссура состоит в умении читать актерское лицо. Несколько слов, жест, поворот головы, улыбка — случается чудо. Марлон это умеет как никто другой», — говорил Казан.

Другие режиссеры «вычитали» в Брандо Марка Антония («Цезарь» Джозефа Манкевича, 1953) или Наполеона («Дезире» Генри Костера, 1954), а Ласло Бенедек разглядел в нем «бунтаря без идеала»: эмблематичный кадр из «Дикаря», где Марлон Брандо восседает на мотоцикле «Триумф», стал иконой синефилов, одним из самых тиражируемых образов массовой культуры. Предвестник «Беспечного ездока», «Ангелов ада» и множества других вполне конвертируемых байк-фильмов, «Дикарь» в каком-то смысле, пусть и наивно, предрек место и судьбу Брандо в истории кино: глыба на обочине.

В начале 1960-х Брандо испытал себя в режиссуре, поставив фильм «Одноглазые валеты» — с виду вестерн, а на самом деле ревизия жанра, пробный камешек, которыми через некоторое время Серджо Леоне вымостит свою долларовую трилогию. Но именно с этой картины имя Брандо стало синонимом многократного перерасхода бюджета, срыва съемочного графика и — в итоге — невозможности вернуть вложенные средства. Следом за «Одноглазыми валетами» он чуть не отправил на дно студию MGM: «Мятеж на «Баунти» (1962) Льюиса Майлстоуна впервые сделал актера объектом насмешек, пугалом продюсеров, ночным кошмаром маркетологов. Добровольное изгнание, жизнь на богом забытом, хотя и собственном, купленном в 1966 году острове в Тихом океане, в Полинезии, — так собирался Брандо доживать отпущенный ему век.

Но впереди были 70-е, на которые пришелся расцвет его гения. За один год — два великих фильма: «Крестный отец» и «Последнее танго в Париже» — это 1972-й. Затем за один год беспрецедентный гонорар за микроскопическую роль в «Супермене» и «Апокалипсис сегодня» — это 1978-й. Брандо отказывался учить текст роли, набрал чудовищный вес — Копполе пришлось снимать его исключительно крупным планом. Оно и к лучшему: никто уже не скажет, что не заметил, какая это глыбища — Марлон Брандо