Несмотря на то что Харьков — это и «первая столица», и второй по величине город страны, и «крупный промышленный, научный, студенческий и культурный центр», политическая жизнь в нем полностью отвечает историко-географическому определению города — Слобожанщина. И вопреки романтическому азарту возрождения исторических традиций, от слова Слобожанщина все же больше веет пыльными, скучными задворками, нежели динамичным полуторамиллионным полисом, к которому пока еще относится экс-столица. Хотя каких-то 10—12 лет назад многое предрекало совсем иное.


Да, на заре независимого существования Украины политический Харьков просто искрился.

Еще бы. Первыми демократическими депутатами Верховного Совета СССР от Харькова были Виталий Коротич и Евгений Евтушенко. Помимо них в большую политику пришли Владимир Гринев, Генрих Алтунян, Евгений Кушнарев, Владимир Филенко, Юрий Гайсинский, Валерий Мещеряков... Список строителей демократии можно продолжать долго.

Только что вырвавшиеся из объятий КПСС беспартийные творцы нового общества казались чуть ли не мессиями. Ах, сколько было азарта! Какие замыслы! Что за смелые выступления и фантастические идеи! Казалось, еще чуть-чуть и жители Кувейта или Эмиратов (не говоря уже о Швейцарии вкупе с Люксембургом и Монако) толпами начнут искать мыслимые и немыслимые пути для получения украинского гражданства.

И на киевском политическом олимпе харьковчане на том этапе занимали если не ведущие, то, во всяком случае, значимые места. Так, место вице-спикера было традиционно закреплено именно за Харьковом. Тот же Владимир Гринев, потом — Олег Демин, Виктор Мусияка, Степан Гавриш. На определенном этапе кресло главы администрации Президента занял мэр Харькова Евгений Кушнарев. Именно он стоял у истоков ряда всеукраинских политических объединений — Ассоциации городов Украины, «Новой Украины», а также «партии власти» НДП. И казалось, что именно «харьковские» станут во многом определять будущее государства.

Но что-то не сложилось.

И постепенно реалии украинской политической жизни начали отодвигать Харьков на задний план. Причин много. Это и наступление на Киев «днепропетровских». Это и рост «донецких». Это и упадок харьковского экономического потенциала, традиционно формируемого на базе тяжелого машиностроения. Это и отсутствие в регионе как полезных ископаемых, так и мощных финансово-промышленных групп. К этому стоит добавить традиционную (с советских времен) нелюбовь Киева к «первой столице». А заодно вспомнить перекачку харьковских мозгов в Киев, по сути — деинтеллектуализацию города, утечку мозгов в дальние пределы...

Порой создавалось впечатление, что кто-то нарочно делает все возможное, чтобы Харьков действительно стал центром слободы.

Во всяком случае, присутствие в Верховной Раде мощной лоббистской группировки в самом Харькове не ощущалось никогда. (Особенно четко это каждый год проявляется при формировании городского бюджета.)

И немудрено, что за последние пять-шесть лет город не выдал на-гора ни одного нового политического имени. Не презентовал того, кто мог бы претендовать на звание политика общенационального масштаба. Для второго по величине города Украины (да еще с таким потенциалом) это, по меньшей мере, странно.

Нет, были, конечно, постоянно мелькающие лица вроде вечно мигрировавшего между парламентом и Кабмином Владимира Семиноженко... Угас, не вспыхнув, харьковский министр здравоохранения Виталий Москаленко. По-прежнему в правительство входит незаметный Анатолий Мялица. А госкомитет по вопросам регуляторной политики и предпринимательства возглавила Инна Богословская. Но это министры и иные чиновники, которых порой меняют пачками.

Что же касается действующих политиков со стажем, то они тоже уже давно не ассоциируются с родным городом. Ни Владимир Филенко, ни Александр Карпов, ни Виктор Мусияка. Хотя на них, кстати, в свое время возлагали определенные надежды десятки тысяч харьковчан, когда выдавали путевки во власть.

Увы, но приходится констатировать, что для большинства политиков Харьков стал просто стартовой площадкой. Трамплином, откуда можно совершить прыжок и стать «столичной штучкой». Впрочем, экс-харьковчане так и остались на вторых ролях. Первые лица страны, как известно, имеют иную прописку.

Словом, к концу минувшего — началу нынешнего тысячелетия и без того не самая активная политическая жизнь Харькова и вовсе сошла на нет, стала регулируемой, предсказуемой и полностью управляемой в ручном режиме. И главной политической силой стала партия власти и ее союзники.

Достаточно вспомнить, что в начале января 2001 года, в разгар «кассетного скандала», на митинг «в поддержку Конституции» именно в Харькове власти выгнали порядка пятидесяти тысяч человек (больше, чем по всей Украине). А акции оппозиции в лучшем случае собирали пару тысяч.


Перед выборами-2002 расклад сил и результаты волеизъявления были полностью прогнозируемыми. Никто не сомневался, что именно в харьковском регионе львиную долю урожая соберет блок «За Еду» вкупе с сателлитами. Что-то должны были откусить эсдеки, не зря один из замов губернатора Евгения Кушнарева на тот момент являлся областным лидером СДПУ(о). Традиционный кусок пирога полагался коммунистам. Что-то (с большой натяжкой) — социалистам. Все. Ни Ющенко, ни Тимошенко, ни остальные оппозиционеры в списке победителей не планировались. (При этом одним из самых загадочных моментов минувших выборов стала поддержка блоком Виктора Ющенко кандидата в мэры от блока «За Еду».)

Кстати, снижение роли Харькова в политической жизни страны хорошо было видно и по партийным спискам ряда партий, где харьковчанам были отданы далеко не самые победные позиции.

Прогнозы практически полностью подтвердились. Все мажоритарные округа остались за «Едой». Также депутатами нового созыва стали местный лидер эсдеков и его коллега от компартии. И ни одного оппозиционера — ни ющенковца, ни тимошенковца, ни социалиста.

Так что по результатам выборов (с точки зрения власть имущих) именно Харькову можно вручать почетную грамоту за победу в политсоревновании или вывешивать на Банковой на Доску почета.

Казалось, выборы закрепили ситуацию, и к выборам президента Харьков готов рапортовать о готовности поддержать «кого надо».

Но произошло непредвиденное.

Нынешний мэр Харькова Владимир Шумилкин (тот самый, которого поддержала «Наша Украина») до марта 2002 года занимал пост заместителя губернатора Евгения Кушнарева. Эту должность он совмещал с лидерством в областной организации НДП. Понятно, что власти сделали все возможное, чтобы во главе города стал именно «свой». На все сто.

Но как только новый мэр принес присягу и приступил к исполнению своих обязанностей, начались странные метаморфозы.

С учетом «специфики» харьковских выборов в городской совет прошли преимущественно «люди Шумилкина». Во всяком случае, коммунистов в новом созыве оказалось почти в два раза меньше.

Так что новому мэру с ходу удалось оформить послушное большинство, партийная направленность которого ни у кого не вызвала сомнений.

Однако наряду с фракциями НДП и «Единый Харьков» сперва была создана фракция СДПУ(о), а затем и... «Наша Украина». Появление ющенковской структуры в одном из наиболее антиющенковских городских советов было воспринято неоднозначно.

Правда, нужно добавить, что в новую фракцию ее члены были попросту рекрутированы из НДП и «ЕХ»: за поддержку на выборах нужно было заплатить.

С другой стороны, столь раннее признание потенциального победителя в президентской гонке вызвало естественное недовольство в рядах тех, кто обеспечил мэру его пост.

Хотя некоторые наблюдатели оценили столь поспешную НУ-изацию харьковского горсовета как формирование пятой колонны перед грядущими выборами.


Правда, на жизни самого города псевдопартийные игры в горсовете особо не отражаются. По большому счету Харьков (если сравнивать, скажем, со Львовом) практически деполитизирован. И с марта прошлого года состояние можно охарактеризовать по Киплингу — как «большое водяное перемирие».

Во всяком случае, на сегодня крайне сложно себе представить массовые антиправительственные или антипрезидентские выступления на бывшей площади им. Дзержинского.

Партстроительством в Харькове уже давно никого не удивишь. Например, бюджетники уже прошли несколько партпризывов по команде. Сперва «Все в НДП!», потом — «Все в СДПУ(о)!», теперь на повестке дня «набор добровольцев» в Партию регионов. Но все понимают, что речь идет исключительно о преданности в рабочее время, да на редких массовках. А в остальном особых поводов для недовольства у народонаселения нет. Во время продовольственного скандала Харьков оказался чуть ли не единственным городом в Украине, где не было ажиотажных закупок продовольствия. А в начале июля на сельскохозяйственной ярмарке сахар, макароны и мука и вовсе продавались по докризисным майским ценам.

Ну а что касается таких мелочей, как убитые дороги или темнота на улицах, то по этому поводу харьковчане отродясь на площадь не выходили. У жителей слободского края имеются проблемы и поважнее. Проблемы, к которым ни одна из политических сил никогда особого отношения не имела. Например, выживание.