В самом деле, кто в Украине не знает Черномырдина и кто из российских политиков знает Украину — от ее промышленных и научных центров до высших эшелонов власти — лучше него? Это, скорее всего, и определило выбор.

Сам Виктор Степанович так объяснил непредвиденный поворот в своей судьбе: «Президент предложил мне ехать в Украину, по-видимому, неспроста, после долгих раздумий о том, что надо менять, перестраивать отношения с Украиной. Почему он вышел именно на меня? Во-первых, потому, что ему известно, что я занимался этим вопросом, неплохо в нем разбираюсь. Во-вторых, мне хорошо знакомо состояние дел не только в экономике России, но и Украины, с руководством которой у меня давние связи. Путин так и сказал: «Вы человек, который может войти к одному и к другому президенту». Так оно и есть. Когда возникает проблема, я встречаюсь с ними. Просто так, без дела, не встречаюсь и не звоню».

Тут я добавлю, что Виктор Степанович является не только послом, но и специальным представителем президента России по развитию торгово-экономических отношений с Украиной.

В биографии Черномырдина было много важных вех, напомню лишь две, самые главные: он был министром газовой промышленности СССР и премьер-министром России. Не новичок он и в дипломатии: в 1999 году выполнял сложную роль спецпредставителя президента Бориса Ельцина по урегулированию ситуации вокруг Югославии.

И все же новое появление Черномырдина на дипломатическом поприще едва ли вызвало энтузиазм на Смоленской площади в Москве и на Михайловской — в Киеве, где находится МИД Украины. На первой — многие считали и до сих пор считают его человеком не своего круга, на второй — восприняли политического тяжеловеса с нескрываемой опаской, помня жесткую позицию, которую он занимал на переговорах по Черноморскому флоту и по другим проблемам, затрагивающим государственные интересы России.

В действительности же прибытие Черномырдина в Украину было как раз тем случаем, когда человек появляется в нужном месте в нужный момент. К этому времени, вопреки многочисленным витиеватым декларациям, в деловой сфере между Россией и Украиной сложилась патовая ситуация, а порой даже возникали торговые войны. Политик и хозяйственник, Черномырдин с присущей ему энергией взялся за то, чтобы сдвинуть дело с мертвой точки. В сущности, он стал на практике реализовывать цель, которую многократно провозглашали во внешнеполитических ведомствах двух стран. Она именовалась «экономизацией политики», хотя никто толком не знал, с какой стороны к ней подойти.

Как жесткий прагматик и реалист Черномырдин критически оценивает современный уровень торгово-экономических отношений между Россией и Украиной. По его словам, они традиционно были тесными, но, к сожалению, вдруг стали расходиться. В минувшем году торгово-экономический оборот повторил показатель 2000 года — около 12 миллиардов долларов. «Вообще же наш уровень как минимум 50 миллиардов. В этом я не ошибаюсь», — утверждает Виктор Степанович, с оптимизмом смотрящий в будущее. Кстати, первые положительные сдвиги уже налицо: на ялтинской встрече премьер-министров России и Украины отмечалось, что в январе — июне этого года объем двустороннего торгового оборота возрос на 30 процентов.

Черномырдин с его огромным хозяйственным опытом всегда считал главным стимулом экономического прогресса человеческий фактор, и приведенная цифра означает для него прежде всего создание новых рабочих мест, стабильный заработок для россиян и украинцев, благополучие их семей. Примеры деятельности всесоюзного промышленного объединения по добыче газа Тюменской области «Главтюменьгазпром», которое Виктор Степанович возглавлял в 1983—1985 годах, и созданного им крупнейшего в мире концерна «Газпром», в котором в его время работали более 300 тысяч человек, говорят о многом. Ежемесячные зарплаты рабочих и инженеров составляли до тысячи долларов. По российским масштабам цифра солидная! Кстати, среди добытчиков российского газа — десятки тысяч выходцев из Украины. Работа на сибирских просторах и сегодня остается главным источником благополучия их семей. Так сплелись человеческие судьбы и экономики двух стран.

Эта одна из причин, по которым Черномырдин является убежденным сторонником особых отношений между Россией и Украиной. «Когда мы говорим о стратегическом партнерстве с Украиной, то вкладываем в это понятие иной смысл, чем в случаях с другими странами, — говорит он. — Наверное, для Украины более подходит понятие «особые отношения». Они всеобъемлющие, охватывают все направления и, конечно, более теплые. Для меня особую роль играет человеческий фактор».

В родословной Виктора Степановича, человека по складу характера типично русского, есть украинские корни. «В казацкой станице Черный Отрог Оренбургской области, где я родился, — рассказывает он, — русские и украинцы жили вперемешку, парни и девушки, как водится, любили друг друга, затем переженились. Все настолько перемешалось, что кое-кто из Черномырдиных в украинцев превратился. У брата моего деда, к примеру, — он женился на украинке — все по украинской линии пошло. Так что украинские традиции я знаю, а язык понимаю с детства. Жена моя Валентина Федоровна — украинка. У нас два сына — Виталий и Андрей. Иногда я спрашиваю себя: мама у них украинка, а папа русский, кто же они?»

Открытого и искреннего по натуре российского посла не заподозришь в лукавстве, когда он говорит, что ни в какую другую страну, кроме Украины, не поехал бы. При этом он любит напоминать: «Все мы вышли из Киевской Руси».

Когда я спросил Виктора Степановича, как он выстраивает свои отношения в Украине на государственном уровне и с рядовыми гражданами, он на мгновение задумался и сказал: «На чисто человеческой основе».

А потом объяснил: «Я был связан с Украиной, когда еще работал министром, здесь у меня располагались крупнейшие ведомственные предприятия, научные институты. Часто приезжал сюда, решал на месте проблемы, знал очень многих хозяйственников. После того, как мы стали разными государствами, и я работал в российском правительстве, руководители областей и хозяйственники продолжали прилетать ко мне из Украины в Москву. Кое-кому я оказывал помощь, понимая, что технологические связи сохранились и производство должно работать. Украинцы приезжали не просто потому, что хотели получить помощь для себя, они ведь работали и на Россию.

И сейчас люди приезжают ко мне в Киев со всей Украины — и на государственном уровне, и просто так, без всяких формальностей. Никаких проблем в отношениях и контактах у меня не возникает. Особенно легко я чувствую себя в рабочих коллективах. Ведь я сам из рабочих. Нужно прежде всего самому быть человеком, тогда и к тебе будут по-человечески относиться».

Российский посол предпочитает не встревать в словесные перепалки с оппонентами, а укреплять дружескую атмосферу, в которой многие острые вопросы снимаются. Даже находясь в неформальной обстановке, дипломат продолжает работать.

Незабываемые впечатления оставила встреча с любимым писателем Черномырдина Николаем Васильевичем Гоголем (кстати, Виктор Степанович — спонсор великолепного издания его сочинений). Состоялась она на Сорочинской ярмарке, так вдохновенно описанной классиком, а ныне возрожденной. В роли Гоголя выступал актер полтавского театра. Один к одному похожий на него и к тому же талантливый!

Побывал Черномырдин и на знаменитом острове Хортица, где запорожцы, прежде чем принять его в свое войско, подвергли проверке казацкий характер российского дипломата. Он и глазом не моргнул, когда одним взмахом кнута было срезано яблоко на его голове. А затем послу поднесли на сабле чарку горилки, которую он без проблем, в один прием опорожнил до дна.

Последнее испытание для него явно оказалось не самым сложным — какой же русский или украинец откажется от чарки-другой крепкого напитка? Виктор Степанович, афоризмы которого давно стали частью российского фольклора, выразился по этому поводу так: «Лучшей водки хуже нет». И на всякий случай для людей не слишком понятливых разъяснил: «Чем лучше водка, тем больше хочется выпить. Плохую водку пить не будешь. Чем лучше водка, тем хуже для нас. А выпить я могу, и очень интересно. В Украине такое разнообразие, такое количество водки, что глаза разбегаются. Но горилка «з перцем» — это что-то!»

Видать, на Хортице российского посла, отпраздновавшего в этом году в Украине свое 65-летие, угощали именно ею.

— Американский журнал «Корреспондент», издающийся в Киеве, назвал вас самым влиятельным иностранцем в Украине. Чем определяется ваше влияние?

— Мне трудно ответить на этот вопрос. Возможно, вам лучше обратиться за объяснениями к «Корреспонденту». Но, думаю, тем, что за моей спиной — Россия.

— Изменилось ли ваше отношение к Украине и украинцам с тех пор, как вы работаете здесь представителем российского государства?

— Я никогда не относился к Украине как к чужой стране. Если мое отношение к ней и к украинцам и изменилось, то лишь в лучшую сторону.

— Каково ваше отношение к Президенту Украины Леониду Кучме?

— Мы давно с ним близки. Жизнь нас не развела, а, напротив, еще больше сблизила.

— Какова ваша позиция по крымской проблеме?

— Крым пытались сделать яблоком раздора в отношениях между Россией и Украиной. Сейчас об этом можно только рассуждать, но если бы в ту пору, когда подписывались Беловежские соглашения, Ельцин сказал, что Крым будет российским, Кравчук бы их подписал не глядя. Но поезд ушел.

— В чем, по-вашему, состоит искусство дипломата?

— Наверное, в том, чтобы крепко любить свою страну. И не только любить, но и знать ее. Только тогда, мне кажется, можно профессионально защищать интересы своего государства.

— У вас есть оппоненты?

— Конечно, есть, но враждебности, злобы я не чувствую.

— Чем вы занимались, когда начался августовский путч 1991 года?

— Работал в министерстве и сначала даже не знал о нем. Правда, догадался: происходит что-то неладное, когда по телевизору постоянно показывали «Лебединое озеро».

— Какое у вас имущество?

— Есть дом. Уникальные коллекции охотничьего оружия и старых машин. Из новых — BMW.

— Каковы ваши доходы?

— Я уже не раз отвечал на этот вопрос. Пять миллиардов, три, два, которые иногда мелькают в газетах, — это все глупости. Я — госчиновник. Что мне положено, то и имею. Я — состоятельный, но не супербогатый человек.

— Какова ваша концепция газотранспортного консорциума?

— Он создается двумя государствами — Россией и Украиной. Россия производит газ и является собственником того, что производит. А Украина — собственник своей системы. Консорциум создается по ее использованию. Россия, как производитель газа, должна быть уверена в том, что украинская газотранспортная система будет работать надежно. Завтра и в обозримом будущем. Для этого мы и создаем консорциум.

Но при этом мы говорим: пусть и потребители, к которым этот газ идет, тоже участвуют в работе консорциума. Как инвесторы, как собственники, если согласятся, в какой-то доле. Германия уже поставила свою подпись. Готовы поставить ее и другие крупные потребители — Италия, Франция, восточноевропейские государства. Ради бога, пусть будут участниками! Для них тоже важно, надежна ли эта система, не пострадают ли они от того, что она вдруг даст сбой или будет отставать технически? Это ведь живой организм. Строилась эта система давно, является одной из старейших, ее надо постоянно поддерживать и обновлять. Самой Украине этого не поднять. Да ей и не нужно столько. А никаких других особенностей нет.