Комплекс зданий на берегу реки Иль в Страсбурге привлекает к себе внимание многочисленных туристов. Днем и даже ночью можно встретить возле него людей из разных стран, фотографирующихся на фоне уникального сооружения из стекла и металла, напоминающего огромный инопланетный космический корабль. Что-то есть нереальное в этом святящемся тысячами огней здании, соединенном узким закрытым переходом через Иль с домами Совета Европы. Две организации часто путают, и даже в наших уважаемых изданиях то и дело члены парламентских делегаций ПАСЕ ошибочно называются депутатами Европарламента. После одной из недавних сессий просто смешно было читать наукообразные публикации отдельных коллег, которые провели во Дворце Европы целую неделю, да так и не поняли, где они находились, с кем встречались. На самом же деле, Парламентская Ассамблея СЕ — собрание полномочных представителей из сорока пяти стран, четыре раза в год приезжающих сюда на пленарные заседания, а Европарламент — самостоятельный законодательный орган Евросоюза, причем достаточно специфический, со своим особым статусом и полномочиями, депутаты которого трудятся по постоянной основе.

Формирование Единого экономического пространства развитых европейских стран, юридически оформленное более десяти лет назад Маастрихтским договором, заставило задуматься о формировании общей для членов ЕС законодательной базы, выработке «модельных» — универсальных для всех законов. Разношерстность гражданских, налоговых, административных кодексов приводила к торможению развития производства, сельского хозяйства, торговли. Западные же европейцы мечтали о своих «Соединенных Штатах» (об этом мы подробно рассказывали в предыдущем номере «СН»). Зачастую в бывших советских республиках пытаются изобретать велосипед, слепо веруя в некую универсальную «евроинтеграцию», слабо изучают опыт этого самого Содружества, формирование его единой экономической политики. Фактически все происходило по Марксу: новый этап развития производства в Западной Европе потребовал и новых, наднациональных надстроек, на которые не пожалели средств. Впрочем, деньги на ветер здесь не бросают, и затраты на создание Европарламента, его функционирование стали серьезными капиталовложениями в будущую объединенную Европу. Сейчас выборы депутатов проводятся раз в пять лет. Представителей в наднациональный законодательный орган избирают одновременно во всех странах ЕС, и это ничем не отличается от обычных выборов: та же агитация за кандидатов в СМИ и на улицах, тот же процесс выдвижения, те же участки с опломбированными урнами. Есть, впрочем, и свои особенности. В Европарламенте 626 депутатов, объединенных по партийному принципу в девяти группах. Но каждый из них обладает правом «свободного мандата». То есть голосует по велению сердца, а не так, как хочет политическая партия. В Страсбурге любят повторять: евродепутат представляет не партию или даже группу избирателей, а весь народ. Любой гражданин ЕС может выставить свою кандидатуру на выборах не только на родине, но в какой угодно стране. И проблемы, обсуждающиеся на пленарных заседаниях и в комиссиях, касаются всего Европейского союза. Действительно, невозможно было бы существование общего рынка товаров, капитала, рабочей силы без универсальных законов, не появилась бы на свет и единая валюта — евро — без выработки общих правил игры в финансово-банковской сфере. С парламентариями сверяют свои действия руководители подконтрольной им Еврокомиссии, без их одобрения невозможно вступление в Евросоюз новых стран. Механизм действует достаточно четко, хотя иногда дает сбои, а сама деятельность наднационального парламента подвергается резкой критике со стороны руководителей государств и рядовых избирателей. То и дело приходят сюда демонстранты — докеры, фермеры, медики, протестующие против тех или иных законодательных актов, принятых на берегу Или. Не так давно разразился скандал, вызванный публикацией в газете «Берлинер Цайтунг» закрытого доклада администрации на имя председателя Европарламента Пата Кокса. Сами страсбургские аппаратчики убеждены: собрание наднациональных законодателей ложится все более тяжким бременем на плечи европейских налогоплательщиков. Дело в том, что заседания проходят и в Брюсселе, а администрация располагается в Люксембурге. Названа, например, такая цифра — 170 миллионов евро. Таковы только ежегодные командировочные расходы Европарламента. Авторы доклада призывали отказаться от «разъездной модели», что позволило бы уменьшить на 300 тысяч квадратных метров офисные площади, сократить более двух с половиной тысяч рабочих кабинетов, около пятидесяти конференц-залов.

Приводились в берлинской газете и такие факты: только на транспортировку документов ежемесячно отряжают полтора десятка грузовиков. Но вопросы экономии отступают на второй план, когда речь идет о большой политике. Принимать на своей территории Европарламент престижно для Франции, да и бельгийцы, и люксембуржцы не хотят отказываться от роли своеобразных столиц континента. Выступать перед депутатами считают престижным делом даже самые известные лидеры. Но, правда, не всегда их встречают в зале аплодисментами и цветами. Того же испанского премьера Хосе Мария Аснара весной нынешнего года ожидали многочисленные антивоенные плакаты и выкрики. К слову, с его выступлением связан конфуз, расписанный в деталях ведущими изданиями Европы. Аснар, закончив нелегкое выступление перед депутатами, бросил реплику, изобиловавшую крепкими выражениями, сидевшему рядом с ним соотечественнику. Микрофон не успели выключить — разразился скандал. А чего стоят недавние разборки с премьер-министром Италии Сильвио Берлускони, вступившим прямо в зале пленарных заседаний в нелицеприятную полемику с одним из немецких депутатов. Берлускони так достали, что он обрушился на парламентария, сравнив его с охранником нацистского концлагеря. И что тут началось! Взаимные заявления немцев и итальянцев, реплики канцлера Шредера в защиту «своего», отставки высоких чиновников в Риме. Воистину, Европарламент не только законодательный храм, но и место самых громких европейских скандалов, о которых даже экскурсоводы рассказывают туристам. Шесть лет продолжалась тяжба депутатского большинства с лидером французских правых радикалов и тогда еще членом Европарламента Жан-Мари Ле Пеном. В ходе своей избирательной кампании в уже далеком 1997 году он посмел поколотить политического оппонента, причем женщину. Пошли апелляции в суды, вопрос рассматривали в комитетах и на пленарных заседаниях. В итоге, в нынешнем году Ле Пена с позором выгнали из Европарламента, лишив мандата, иммунитета и права участвовать в общеевропейских политических органах.

Мне часто приходится наблюдать за пленарными заседаниями Европарламента. Проходят они в основном скучно. В зале, как правило, присутствуют всего несколько десятков человек, хотя доклады выступающих всегда отличаются профессионализмом и хорошей подготовкой. Эта обыденность в сочетании со стремлением объяснить избирателям континента необходимость своего существования и приводит, кажется, к розыгрышу скандальных тем, привлечению внимания общественности и прессы. Несколько лет назад группа евродепутатов вынесла в зал заседания обсуждение проблемы шпионажа США и Великобритании против государств — членов ЕС. Всплыли подробности создания электронно-спутниковой суперсети «Эшелон», с помощью которой спецслужбы прослушивают даже частные разговоры граждан. Приводились убийственные факты, например, как шпионским ведомствам двух стран удалось сорвать выгодный контракт на поставку Францией аэробусов в Саудовскую Аравию на сумму около сорока миллиардов долларов. Принимались громогласные резолюции и требования к прокурорам разобраться. Но — в этом особенность Европарламента и сходство его с ПАСЕ — решения являются лишь рекомендательными, а не обязательными для исполнения в шестнадцати странах ЕС. Скандал взбудоражил на какое-то время прессу, однако быстро исчез с первых страниц газет. И тогда последовали новые: борьба с одноразовыми картриджами для принтеров, компьютерным спамом, женской силиконовой грудью, рекламой табака, введение паспортов для кошек и собак... Длинный перечень подобных тем можно продолжать. Иногда евродепутаты вообще пытаются вторгаться в сферы, явно далекие от их деятельности, но приносящие некоторым политические дивиденды. Не обошли стороной и Чечню, приняв соответствующую резолюцию. Государственная дума РФ оценила документ следующим образом: «Составлен в антироссийском духе и крайне политизированный».

Эпатаж и скандалы — лишь внешняя сторона, попытка поднять рейтинг евродепутатов и наднационального законодательного собрания в целом, особенно накануне очередных выборов. Достижения Европарламента в законотворчестве неоспоримы и признаны во всем мире. И авторитет тоже неоспорим. Не случайно совсем недавно в интервью журналистам в Страсбурге председатель комитета по международным делам Госдумы России Дмитрий Рогозин сказал: «Несмотря ни на что, необходимо расширять сотрудничество с Европарламентом, накопившим колоссальный опыт». Он более интересен, чем ПАСЕ, заметил Рогозин. Кажется, поняли это и в других странах СНГ. То и дело приезжают в Страсбург руководители парламентов и ведущие политики из бывших союзных республик, стараются понравиться, завести необходимые рабочие контакты, получить различные документы. Буквально недавно побывали здесь наши известные политики, депутаты Верховной Рады Валерий Пустовойтенко и Борис Тарасюк. Хотелось, чтобы позаимствовали лучшее. И поняли, донесли до коллег, например, такую важную вещь: невзирая на некоторое сходство с ПАСЕ и даже с Межпарламентской ассамблеей СНГ, Европарламент более конструктивен и правомочен. И не только потому, что может распустить «правительство ЕС» — Еврокомиссию. Здесь работают настоящие профессионалы — избранники народа, пробившиеся через жесткую систему мажоритарных выборов. Никому в голову не приходит предлагать пропорциональную систему — ее большинство европейцев напрочь отвергают, считая, что, голосуя за партийные списки, покупают кота в мешке. В Европарламенте четко знают — кто авторы тех или иных модельных законопроектов, предлагаемых Содружеству, здесь туфта и лоббирование чьих-то финансовых интересов не проходят. В комитетах и комиссиях внимательно изучают законодательный опыт национальных парламентов, кропотливо выписывают юридические нормы, предлагаемые всем государствам — членам ЕС. А эпатаж и периодически вспыхивающие скандалы — это лишь попытка напомнить о своем существовании рядовым избирателям.

Так что идеи «экономизаторов» сократить расходы на дорогих европейских законодателей, несомненно, канут в Лету. И все так же раз в месяц будут собираться на неделю в шикарных апартаментах на берегу Или, а потом продолжать пленарные заседания уже в Брюсселе члены Европарламента, по-своему уникальной организации, пытающегося объединить иногда несопоставимые интересы разных народов, всевозможных политических партий и групп.