— Иван Степанович, Президент Украины выступил со своим обращением к нации. Как бы вы могли прокомментировать это выступление?

— Честно говоря, когда я слушал его, у меня возникли сомнения в том, что Президент действительно заинтересован в проведении политической реформы. Если бы это было так, то он внес бы свой законопроект не в пятницу, а намного раньше. Я хорошо знаю Леонида Даниловича, поэтому могу утверждать: никаких реформ по распределению ветвей власти не будет. Не могу понять одного: Президент, кроме того что он гарант Конституции, еще и субъект законодательной инициативы, чьи законопроекты по регламенту рассматриваются как первоочередные. Так о чем думал глава государства, когда заявил почти год назад, 24 августа, что он хочет политической реформы? И мы все ждали от него этого законопроекта. Лично я еще пока не видел этого документа: депутатам его не раздавали и, думаю, не раздадут. Президент же должен читать Конституцию, а там в переходных положениях записано, каким образом вносятся изменения в Основной Закон. В президентском обращении я услышал, что нас ждет не политическая реформа, а конституционная, и что она в Украине продолжается уже год, а в мире — триста лет. Для меня это загадка: Президент что, не понимает, что нужно было сразу, как только он объявил курс на реформу, посадить людей, которые бы изложили его соображения на бумаге, и направить это в установленном законом порядке в Верховную Раду? Вместе того чтобы получить проект закона о политической, конституционной или еще какой-нибудь реформе, я постоянно слышу комментарии Президента или его обращения. Для меня это, с одной стороны, интересно, а с другой — печально: от кого же тогда ждать исполнения действующего законодательства и Конституции? Все это мне напоминает слова из известной песни Анны Герман: «Дурманом сладким веяло, когда цвели сады...»

— Ключевой момент в речи Президента — передача вопроса о сведении выборов в один год на рассмотрение парламента. Это можно расценивать как серьезный компромисс с его стороны...

— Президент такие вещи случайно не говорит. Он доволен своей деятельностью: все-таки в парламенте удалось создать то простое большинство, которое может принимать постановления и законы. Не исключаю, что Президент даст своему большинству команду не голосовать за законопроект, наработанный в парламенте, а поддержать президентский вариант, который предусматривает все выборы в один год, например в 2007 году. На это недавно намекал Кравчук. Леонид Макарович — опытный политик и человек, который слов на ветер не бросает. Так вот он заявил: почему мы все говорим о 2007 годе? Почему не о 2009-м? Давайте пролонгируем полномочия до 2009! Если будет внесен законопроект, продлевающий полномочия народных депутатов до 2009 года, поверьте, будет 416 голосов. С учетом отсутствующих... Но, думаю, народ этого не выдержит: дойдет до того, что он погонит своих «избранников» в шею.

— А вы лично поддерживаете норму о сведении выборов в один год?

— Я не отбрасываю такой идеи, потому что она родилась не вчера и не позавчера. Такой опыт есть. Но я помню, когда депутатов избирали на пять лет, а местные органы — на два с половиной года. Потом мы решили, что всех нужно избирать на одинаковый срок. Позже подумали, что нельзя проводить выборы в один год, потому что страна будет жить одними выборами, а кто тогда будет ею управлять? Я думаю, что наши люди устали не от того, что проходят выборы, а от того, как именно они проходят.

— Так что, по-вашему, нет смысла рассматривать этот вопрос в Верховной Раде?

— Есть смысл, и серьезный. Но если проанализировать выступление Президента, напрашивается вывод: головы районных и областных советов, главы администраций будут избираться. Так где же тогда будет ответственная власть? Только в Киеве?

— Иван Степанович, вице-спикер Верховной Рады Александр Зинченко заявил о своем выходе из руководства СДПУ(о). Вы могли бы как-то прокомментировать его решение?

— Я знаю Александра Зинченко как народного депутата, политика с самой лучшей стороны. За время нашего сотрудничества мы с ним никогда не оказывались по разные стороны баррикад. С ним очень приятно работать: он человек опытный, взвешенный. И когда я услышал первое заявление Александра Алексеевича о том, что внутри политбюро СДПУ(о) не все в порядке, то посмотрел на это достаточно спокойно. Я не знаю такого политбюро, в котором бы все было в порядке. Поэтому я подумал, что происходят вполне нормальные вещи. А вот второе заявление, которое сделал Зинченко, меня удивило. Особенно во второй части. Тут уже морально-этические аспекты, и я, пока не поговорю с Зинченко и не пойму для себя внутренние причины его заявления, то комментировать ничего не буду. Уверен, Зинченко не останется не у дел: для него открыты все двери. Такой политик, как он, способен на многое...

— В четверг депутаты не захотели внести изменения в регламент в той части, которая касается проведения голосований. Оппозиция настаивала на том, чтобы проводить их каждый день, однако фракции большинства своих коллег не поддержали. Что, депутаты не хотят приходить на работу каждый день?

— Есть основания думать именно так. Когда-то мы голосовали каждый день. Я не был председателем Верховной Рады, когда вносились изменения по поводу одного дня для голосования. Но я поддержал эту норму, исходя из ситуации, которая была тогда. Напомню, что в тот момент было пропрезидентское большинство, которое взяло на себя законодательно сопровождать курс Президента, с которым он победил на выборах осенью 1999 года. И была оппозиция к этому большинству — коммунисты, социалисты и прогрессивные социалисты. То есть ярко выраженные левые силы. И стало понятно: с одной стороны, левые будут делать все вопреки большинству, а большинство, в свою очередь, будет реже посещать парламент, чем оппозиция. И тогда, как выход, чтобы обеспечить дееспособность Верховной Рады, было предложено сделать один день для голосований. Сегодня же ситуация изменилась. Большинство, хоть и пропрезидентское, но гораздо меньшее по численности, чем тогда, а оппозиция более разновекторная. И если эта оппозиция голосует за то, чтобы сделать больше дней для голосования, это значит, что она хочет работать более продуктивно. Поэтому на этот раз я поддержал это предложение.

— Вы чуть ли не единственный политик, который в свое время заступился за киевского мэра Александра Омельченко, когда встал вопрос о его «возрастном несоответствии». Как вы считаете, насколько законно и этично было поднимать этот вопрос?

— Понятия «законно» и «этично» нужно развести. Во-первых, законно ли? Я бы не сказал, что нормы действующего законодательства прямо регламентируют возрастной ценз. Потому что на государственного служащего эта норма распространяется, а на городского голову — нет. Поэтому законно или незаконно такое решение, нельзя сказать однозначно. Ну а с точки зрения этики... Если бы Президент был хоть на один день младше Омельченко, то он мог бы об этом говорить. А так — решайте сами, этично это или неэтично...