С середины апреля на Азове бушевал давно невиданный в здешних краях шторм. Почти девять дней сильный северо-восточный ветер гнал воду из лиманов, некоторые малотоннажные корабли сели на мель и завалились на борт, рыболовецкие снасти были уничтожены, а на старых домах на побережье посрывало крыши. За неделю до Пасхи погода улучшилась. Но, даже не дождавшись уменьшения волн, сотни рыбацких лодок потянулись в море: нужно было выбрать ранее поставленные сети, разобраться с уловом и поставить новые. Впереди были майские праздники, и время становилось синонимом слова «деньги».

Тактическая группа, состоявшая из большого катера морской охраны «Гриф» и малого «Калкан» вместе с представителями Мариупольской рыбинспекции вышли в четырнадцатидневный дозор. Как показывает опыт, такое единение морских пограничников с инспекторами оправданно и экономически выгодно: у каждого ведомства своя задача, но, взаимодействуя, они удачно дополняют друг друга. Морская охрана контролирует соблюдение пограничного режима, инспектора — правила лова рыбы. Чаще всего браконьеры нарушают и первое, и второе.

В Приазовье люди зависят от моря и вынуждены с ним считаться независимо от государственных границ, патриотических чувств и финансовых возможностей. Весной косяки рыб из мелководного Азовского моря идут в полупресноводный Таганрогский залив и северные лиманы метать икру. Получается парадокс: на противоположном российском берегу залива (нас разделяет самое большее 40 км) заводов меньше, экология лучше, море чище, созданы все условия для массового воспроизводства промысловых и ценных видов рыб, а она, повинуясь природному зову, с удивительным постоянством подходит к нашим берегам нагуливать «жирок». Пока госграница по Азовскому морю официально не проведена (хотя и это не панацея), браконьеры обеих стран пытаются промышлять по всей его акватории, не обращая внимания на межправительственные договоренности. В 2001 году морская охрана Украины задержала пять российских судов, в прошлом году — три. Российские пограничники (рыбинспекция входит в состав Федеральной пограничной службы РФ) также неоднократно арестовывали наших рыбаков и доставляли их в свои порты для привлечения к ответственности.

Причина частого нарушения пограничного режима и вынужденной «кооперации» пограничников с рыбинспекцией в том, что маломерным плавсредствам, к которым относятся рыболовецкие лодки и катера, разрешен выход в море на удаление от берега до двух километров. Рыбаки хитрят, регистрируя их как промысловые средства, и таким образом получают дополнительно еще три километра морского пространства. Когда-то рыбы в Азове было много и этой зоны им вполне хватало. Но ухудшение экологии и самотек в рыбном хозяйстве привел к тому, что уловы стали гораздо меньше, чем десять лет назад. Несмотря на немалый риск, рыбаки на своих утлых лодках стали все чаще отходить на 10—25 км от берега. При этом некоторые из них терпят бедствие и гибнут. В прошлом году было более 15 случаев проведения поисковых операций только в районе Мариуполя, а когда материал готовился к печати, стало известно, что один человек погиб в районе Бердянска, а поиски двух других продолжались уже третьи сутки.

В эти дни параллельно с путиной в море идет «большая зачистка». Но справедливости ради нужно отметить, что как только тактическая группа МО вышла в дозор, сработал «морской телеграф», большинство браконьеров пустыми вернулись на стоянку и, проклиная служивых, демонстративно расселись на берегу. Связь у них между собой отменная. Как и техническое оснащение: на небольшой катерок ставятся по два мощных импортных двигателя, позволяющих уйти от преследования (только не российских «погранцов», те решительно применяют оружие, и с ними шутить нельзя), имеют они и специальные навигационные приборы, с помощью которых могут в любую погоду определить местонахождение ранее выставленных и специально притопленных сетей. Даже темнота им не помеха: на берегу устанавливают специальные маячки, а кто победнее — использует свет автомобильных фар. При появлении контрольных служб браконьеры выбрасывают мешки с рыбой в море и пытаются скрыться на мелководье, чтобы позже вернуться за уловом. До 2000 года им это удавалось: старые катера морской охраны с большой осадкой не могли близко к ним приблизиться и фактически были беспомощными. Сейчас же в паре с быстроходным «Калканом» проблема решена: этот патрульный катер способен не только догнать любое браконьерское плавсредство, но и задержать без применения оружия. Разработан целый тактический маневр по обходу нарушителя и «посадке» его на свою кормовую волну — двигатель при этом заливает водой, и он останавливается.

Акватория залива большая, а народ наш пока не особо законопослушен. Во время любой проверки можно обнаружить тех, кто вышел в море без уведомления пограничников, на лодке не написал регистрационные номера, не имел при себе документы, подтверждающие личность и дающие право на лов рыбы. За такие нарушения составляется протокол об административной ответственности и предписывается уплатить 51гривню штрафа.


Труд профессионального рыбака заслуживает особого уважения, потому что море легко не отдает свои богатства. На рассвете, в четыре-пять часов утра, облачившись в специальные резиновые комбинезоны или ОЗК (общевойсковые защитные костюмы), рыбаки на целый день отправляются в море. Несмотря на разницу в возрасте, все они очень похожи: задубевшие на ветру и солнце красные лица, черные, изрезанные и исколотые руки. Тот же почитаемый гурманами азовский судак — это большая рыбина с крепкими острыми зубами и плавником, больше напоминающим ряд гвоздей «семидесяток». Случайное его касание, усугубленное неминуемым попаданием ила, вызывает заражение. Большинство рыбаков плохо спит по ночам, потому что руки у них болят от усталости и ежедневно обновляющихся ран.

Удочками здесь ловят только с берега и исключительно любители. Профессионалы же ставит в среднем по пять сетей, длиной по 500 м. Азовское море мелководное (до 15 м) и очень мутное, особенно Таганрогский залив (глубиной 5—8 м), поэтому через два-три дня сети нужно обязательно выбирать, иначе их забивает, как здесь говорят, «муляка», и эту сплошную стену из капрона и ила рыба хорошо видит и обходит стороной.

Классические браконьеры для рыбацких артелей — серьезные конкуренты: мало того что промысловой рыбы стало меньше, так они еще безбожно выгребают оставшееся, истребляют ценные виды, сводя на нет ее воспроизводство. В 2002 году только Мариупольская рыбинспекция завела 2470 административных материалов (56 уголовно-перспективных дел за нанесение крупного ущерба), привлекла к различного рода ответственности 1500 рыбаков, изъяла 11 500 сетей. В путину десятки штатных и нештатных рыбинспекторов занимаются тотальным тралением вод залива в целях вылова браконьерских снастей.

Но в последнее время отличить стопроцентного браконьера от «рыбака в законе» стало все сложнее. Почти все они стараются перейти под крышу больших и малых предприятий различных форм собственности. Официально получают лицензию, платят налоги. Но делятся с государством не по-честному. Немалая часть улова, минуя официальные учеты, напрямую поступает на рынки и в магазины. Выявить незаконную деятельность таких рыбаков непросто: они предъявляют лицензию или еще какой-нибудь документ, свидетельствующий, допустим, о научно-исследовательском характере деятельности, с указанием лишь общего количества конкретных видов рыб, которое имеет право выловить все хозяйство, например, в количестве двух десятков человек. А в проверяемой лодке, как правило, находится два-три рыбака с небольшим (400—500 кг) уловом, а где остальные — неизвестно. В каждом таком случае без тщательного разбирательства не выяснишь, сколько раз они выходили в море, куда и в каком количестве сдавали продукцию.

Хотя рыбинспекция и пытается строго следить за привозимым на берег уловом. Особенно за осетровыми. Прошлогодняя осенняя путина длилась всего неделю. По закону на 100 кг судака допускается прилов одного осетра. Если этот показатель превышается, лов приостанавливают, все сети вынимают, выставляют дополнительных контролеров на все рыбоперерабатывающие предприятия. Самый большой штраф в Украине — за вылов занесенных в Красную книгу осетровых: белуги — 2 тыс. грн., осетра — 510 грн., причем независимо от их размеров. Ущерб за одного судака оценивается дешевле — 51 грн., за тарань — 10 грн. 20 коп.


Когда-то в Азове было много белуги. Такой себе рыбки, размером более четырех метров и весом до тонны. Жила себе до 100 лет. Но интенсивный метод лова и промышленное загрязнение берегов привели к тому, что она, как и большая часть ее осетровых собратьев, стала большой редкостью и попала в Красную книгу.

При советской власти на Азове добывали сотни тонн рыбы, включая осетра, судака, пеленгаса, тарани, леща. Сейчас крупной рыбы стало в десятки раз меньше. Преобладает в основном мелочь — бычок, тюлька, хамса.

Соответственно, мельчает и наш рыбак. В прошлом году только Донецкий погранотряд, контролирующий Таганрогский залив, зарегистрировал 3230 маломерных плавательных средств. Но примерно половина рыбаков со временем отказывается от рыбной ловли — устают бороться с многочисленными проверяющими службами и платить «откупные» всем подряд. Остаются лишь потомственные рыбаки и те, кто не может выехать из этих мест и найти другую работу.

Сейчас в пределах Мариупольского района действуют 25 рыбодобывающих организаций. Их бизнес складывается по-разному. Некогда процветавший на Белосарайской косе колхоз «Россия», как и многие другие, пришел в полный упадок, цеха разрушены и заброшены, имущество поделено, количество людей, объединившихся в небольшие рыбные хозяйства и агроцеха, сократилось почти в три раза. И те не уверены в своем светлом будущем.

Когда неспособность вести хозяйство объясняется отсутствием соответствующего образования или чисто финансовыми причинами, это не страшно — завтра на место таких людей придут другие, более достойные и удачливые. Хуже другое: сейчас неопределенность испытывают предприниматели средней руки, те, кто знает, как организовать дело. Общее мнение высказал заместитель директора частного предприятия «Мирфос» Геннадий Шевченко: «Я не временщик, рыбный промысел мне знаком с детства, и я хочу заниматься им серьезно. За три года мы уже стали на ноги, текучка кадров минимальная. Но чтобы успешно выживать в условиях конкуренции с более сильными предприятиями, нужно не только продавать, а и перерабатывать самим — коптить, солить, консервировать. И хочется разворачиваться дальше, да смущает то, что законы у нас переписываются и меняются чуть ли не ежедневно, как тут не прогадать? Опять же, в прошлом году на всевозможные налоги у нас ушло 40 процентов заработанного. При таких расходах сложно откладывать средства для развития производства».

Украинские и российские дипломаты, последние лет семь мучающиеся над проведением государственной границы по недавно еще внутреннему Азовскому морю, достойны того, чтобы перед ними снять шапку. Потому что это вам не огород размежевать, его строго «от сих до сих» не поделишь, та же рыба нас просто не поймет. Это море в равной степени кормит как Россию, так и Украину. И пока дипломаты спорят, отстаивая интересы своих держав, в обеих странах должны понять, что заботиться об Азове нужно всем вместе и уже сейчас, независимо от результатов переговоров. Начинать же решать проблему необходимо с берега: чистить ерики и лиманы, не сбрасывать производственные отходы в воду, запретить неконтролируемое массовое заселение и загрязнение курортного побережья, ограничить грузопотоки через мелководные участки, прекратить единственную в мире открытую перегрузку серы и так далее — у экологов есть целая программа реабилитации. Море — живой организм, ему нужно дать отдохнуть, оно само очистится и восстановит свои ресурсы. После Второй мировой войны такой карантин длился 15 лет. Ученые говорят, что сейчас нужно выждать в щадящем режиме хотя бы лет пять.

А понимание «общего водоема» в принципе есть на обоих берегах. Российская Федерация в прошлом году выпустила 660 тонн подросшей до двухсот граммов молоди белуги, Украина запустила 1600 тысяч молоди осетровых. Только через десять лет они принесут свое первое потомство. Если доживут.

Полностью посмотреть разворот можно скачав файл в формате Adobe Acrobat PDF и открыв его с помощью программы Adobe Acrobat Reader