Как втянуть государство в войну? Если вы — Саддам Хусейн, вам стоит только призвать республиканскую гвардию, напасть на своего соседа, проклиная затем последствия, как он это последовательно делает уже в течение 12 лет. Но если вы — президент Штатов — эта процедура напоминает бег с барьерами. Вам следует уговорить конгресс. А также выслушать мнение генералов. Вам предстоит оценить возможности экономики, особенно в том случае, если вам кажется, что вы не выдержите всей дистанции. А сверх того, вам следует заручиться одобрением всего народа, которому кажется, что побед уже достаточно.

Вот и вся разница — один правит в условиях жесткой диктатуры; второй — в условиях реальной демократии. И это является достаточным объяснением факта, почему в ответ на усилившийся на прошлой неделе шум из Ирака, семафор Белого дома переключился с зеленого на желтый. Один высокопоставленный чиновник из администрации сказал конгрессмену, что не следует ожидать каких-нибудь резких движений до ноябрьских выборов. Другой, вообще, отодвинул вероятность до 2003 года. «Никаких решений по Ираку в ближайшем будущем не предвидится», — сказал он в интервью. А приближенные к Бушу источники утверждают, что изменение настроений в республиканском лагере претерпело изменение под нажимом Буша.

Президент, для которого избавление от Хусейна стало почти наваждением, тем не менее, не отступился. Хотя его слова звучали несколько более завуалировано, чем обычно. На вопрос об Ираке во время встречи в Овальном кабинете с королем Иордании Абдуллой II, Буш, выдержав довольно длинную паузу, сказал: «Саддам Хусейн — человек, отравляющий жизнь собственному народу, угрожающий своим соседям, разрабатывающий оружие массового поражения. И я уверяю Его величество, что мы рассматриваем все варианты использования любых средств. Я — терпеливый человек. Но я не изменил свою точку зрения со времени последнего визита короля». Перевод: «Я изменил временные рамки, но не цель. У короля Иордании своя интерпретация: «Я бы сказал, по результатам первого дня с президентом, что он понимает картину в целом».

Это была знаковая дипломатическая формулировка, сказанная ключевым союзником, недавно назвавшим нападение на Ирак «ужасной идеей». Однако король — не единственный. В то время как почти все, как в Штатах, так и за рубежом, согласны, что мир без Саддама стал бы лучше, многие хотят гарантий получения прямых ответов на вопрос о том, когда и как Штаты будут атаковать. И что произойдет по окончании стрельбы.

И это уже невозможно игнорировать. Расписание Буша было скорректировано самой экономикой, которую продолжает трясти, новым насилием в горячих точках ближневосточного кризиса, где палестинские камикадзе унесли с собой, наряду с жизнями израильтян, жизни пяти американцев, новыми вопросами с Капитолийского холма. Пауза также наступила, когда противостояние по отношению к Ираку лагерей в администрации (одни — прагматики, другие — «джихаддисты») сошлись на страницах «Нью-Йорк таймс» и «Вашингтон пост» в новом раунде непрекращающейся схватки.

Не в практике нынешней администрации проводить «кошачьи бои» по вопросам национальной безопасности. Команда Буша в состоянии давить на рычаги, находясь за кулисами, осуществлять скрытные маневры, а лишь затем явить план общественности. Здесь больше всего ценятся «рот на замке», точный расчет времени и тотальное единство. Но в иракском вопросе ни одну их этих черт не удалось удержать под контролем.

Вместо этого администрация оказалась втянутой в боевые действия сама с собой. В одном лагере — госсекретарь Колин Пауэлл и его команда в госдепартаменте, полагающие, что следует применить более агрессивное сдерживание Саддама, прежде чем обратиться к военным действиям. Названные противниками «оптимистами», эта группа полагает, что мировое мнение о США настолько негативно, что Буш не может напасть на Ирак без провокации со стороны Саддама. А для этого нужен дипломатический прессинг.

Лагерь Пауэлла обеспокоен также тем, что война с Ираком приведет к дестабилизации весь исламский мир — от Средиземноморья до Гималаев. И что Ирак после Саддама станет поводом для регионального хаоса. Для того чтобы убедиться, что «горячие головы» учитывают возможные осложнения и последствия, Пауэлл вступил в неформальный альянс со своими могущественными старыми коллегами в Пентагоне, комитете начальников штабов. Они, как и он, — генералы вьетнамской поры, полагающие, что независимо от того, плоха или хороша идея вторжения (а большинство полагает, что плоха), любая военная акция должна соответствовать старой «доктрине Пауэлла»: превосходство в натиске и силе.

В другом лагере — гражданский контингент Пентагона. «Мальчики в галстуках», которые пришли в учреждение с готовностью ко всему. Они убеждены, что теория сдерживания не работает и что американские союзники не присоединятся даже в том случае, если миссия инспекции, которую Ирак якобы изъявил готовность принять, неизбежно потерпит неудачу. В лагере Пауэлла их называют «непрактичными теологами». Эта группа, несомненно, настроена произраильски и полагают, что именно Саддам, а не израильско-палестинский конфликт представляет собой наиболее безотлагательную региональную и глобальную угрозу.

Гражданские лица в Пентагоне полагают, что Саддама можно свергнуть значительно быстрее и значительно меньшим количеством войск и потерь, чем генералы уверили Буша. Поскольку этот лагерь считает, что арсеналы оружия массового поражения Саддама представляют для Штатов такую угрозу, что Саддам все равно должен быть свергнут, это следует сделать пораньше. Этот лагерь возглавляет шеф пентагона Дональд Рамсфелд и его ревностный заместитель Пол Вулфовиц. Но наиболее дальновидные из окружения Буша согласны с тем, что за всем этим стоит вице-президент Дик Чейни, который обеспечивает лагерю доступ к «уху Буша».

Большинство из утечек последних недель о «секретных» планах вторжения были намеренными, и в зависимости от того, что попадало на полосы, ускоряло или замедляло поступь войны, или имело целью «подколоть» противника. И даже если утечка имела целью возбудить противодействие общественного мнения, конечный эффект был противоположным, убеждавшим общественность в неизбежности войны.

Однако, похоже, что была и другая цель — озвучить вопросы, на которые трудно найти ответ. У различных подразделений Пентагона нет еще единого мнения о времени нанесения удара. У командования военно-воздушными силами нет уверенности, что они смогут обеспечить несколько месяцев «челночных рейсов» через полземли, в особенности, если не смогут рассчитывать на базирование где-то поблизости Ирака. Моряки опасаются, что для поддержки наступления им придется оголить другие участки патрулирования. (Рамсфелд вверг командование ВМС в шок, убрав палубную авиацию, и пользуется кораблями в качестве базы для переброски спецподразделений в Афганистан.) Сухопутные же войска беспокоятся больше всех. Подразделения уже рассредоточены по всему миру с целью участвовать в миссии с «открытой датой». И по крайней мере две дивизии должны будут остаться для того, чтобы по окончании стрельбы помочь с восстановлением страны (Ирака).

Такого рода сомнения отчасти поясняют, почему «партия войны» надеется на стратегию молниеносного удара, или, скажем, организацию переворота иракской оппозицией, который в свою очередь потребует ввода сотен тысяч солдат и танков. Однако почти никто из людей в форме не считает, что такая схема сработает. Один из штабистов сказал: «Никто в комитете начальников штабов не против, чтобы Саддам ушел прямо завтра. Однако не зависимо от того, как относиться к планам молниеносной войны, необходим резервный план. А этот план уже предусматривает сухопутную операцию. Это потребует больше времени, больше финансовых затрат, большей мощи и не будет «сюрпризом». Далее он сказал: «В этом случае речь уже будет идти не о том, как быстро мы сможем изолировать Багдад, а о том, что делать с тем, что заварили».

Удивительно, но ни Буш, ни его советник по национальной безопасности Кондолиза Райс, похоже, не в состоянии прекратить эти публичные «военные маневры». Возможно, это происходит потому, что утечки — дело рук служащих среднего и низкого уровней, которые, по определению помощника Буша, «чувствуют себя вне игры». Хотя, возможно, Белый дом попросту недооценил глубину оппозиции своим иракским планам. Если это не так, тогда Буш и Райс полагают, что поток военных планов испугает Саддама, который «заляжет на дно». «Возможно, они полагаются на важность самого сигнала», — заявил дипломат, попросивший не называть его.

Возможно, однако, такие сигналы пугают людей, не разделяющих одержимости Буша и в Штатах, и за рубежом. Частично это поясняет, почему не стихают дебаты, хотя президент продолжает заявлять, что не определился с планами по Ираку. Демократ от штата Делавер Джозеф Байден провел двухдневные слушания в сенатском комитете по международным делам с целью определить степень опасности исходящей из Ирака угрозы и составить представление о том, каким должен быть характер ответа на нее. Байден в этом вопросе — «умеренный ястреб». Он сигнализировал Бушу, что поддержит его акцию в отношении Ирака, если сложатся подходящие условия. Сенатор хочет быть уверен, что Буш не поступит так же, как его отец, и прежде, чем самолеты начнут «утюжить» Ирак, получит формальное одобрение конгресса.

Демократы надеются, что дебаты как минимум сместят график нападения, и если конгресс даст «добро» на применение морских пехотинцев, то обеспечит поддержку общественности. Но слушания Байдена сослужили службу и межпартийным контактам: они дали возможность определить позицию одного республиканца в Вашингтоне, в возможностях которого остановить грузовой внешнеполитический состав. Голос сенатора Ричарда Лугара, за плечами которого пять сенатских сроков — весьма весом в международных делах. Его позиция дорогого стоит. В течение длительного времени он был сторонником смещения Саддама, но, судя по вопросам, которые он задавал на прошлой неделе, он сейчас, как некогда отец Буша, опасается, что свержение Саддама приведет к еще большей нестабильности в регионе.

Сомнения Лугара, даже если он их позднее отзовет, означает, что другие ключевые республиканцы еще не готовы ударить в барабаны войны. «Произошло изменение температуры в партийной среде. И Буш это чувствует», — сказал один из давних советников президента Буша по внешнеполитическим вопросам.

Тем временем процесс планирования продолжается. Ожидается, что босс центрального командования вооруженных сил США Томми Фрэнкс, более 12 раз встречавшийся с президентом в этом году, прибудет на этой неделе в Вашингтон. По сообщеням источника из министерства обороны, ни один из просочившихся в прессу планов не похож на то, что, очевидно, представят Бушу.

Тем временем Джек Рид, сенатор-демократ от Род-Айленда, выпускник Вест-Пойнта, имеющий за плечами 14 лет активной службы, полагает, что напряженность, существующая между двумя ранее упомянутыми лагерями, не идет на спад. Скорее наоборот. По его мнению, Буш зажат между теми, кто любой ценой готов обрушиться на Ирак и теми, кого цена интересует. И Бушу ничего не остается, как сбавить обороты и начать собирать коалицию против Саддама. В первую очередь — в своей администрации.