Герой фильма «О бедном гусаре замолвите слово», корнет Плетнев, откровенно признавался, что, выйдя в отставку и поселившись в провинциальной глуши, начал читать от скуки. Оказалось, увлекательное занятие. Матерые уголовники, отбывая длительные сроки, читают, чтобы восполнять пробелы в образовании. Подростки-пэтэушники, в одной палате с которыми как-то пришлось месяц лежать в больнице, при каждом удобном случае воровали у меня димедрол, но часто, дабы скрасить однообразные будни терапевтического отделения, просили почитать им журнальчик. Студентам же гуманитариям сам Бог велел дружить с книгой. Пройдет совсем немного лет, и сами будущие филологи и журналисты начнут советовать другим, какую книжку надо обязательно прочитать, а на какую лучше не тратить времени. Поэтому мне и показалось любопытным выяснить, каковы же их представления о «топовой» литературе? Для этого я опросил двести студентов Института журналистики и факультетафилологии Киевского университета, предложив им вообразить, какие пять книг взяли бы они с собой, если бы им предстояла длительная изоляция, например, на необитаемом острове. Приняв количество опрошенных за 100 проц., для подведения итогов исследования я поступил, как при подсчете голосов избирателей на выборах. А именно: установил нижний «проходной» балл для книги в 5 проц., а потом названные в анкетах произведения поделил на три условные группы. Итак, что же мы готовы перечитывать регулярно?


Ровно четверть опрошенных — 25 проц. — назвали среди книг, без которых не мыслят своего существования, Библию. В этом, кажется, нет ничего удивительного: согласно Книге рекордов Гиннесса, это мировой бестселлер номер один. Вроде бы отрадно, что молодые люди готовы постоянно обращаться к Книге книг и искать в ней ответы на вечные вопросы. А с другой стороны, Библию уже все чаще встречаешь в номерах задрипанных постсоветских гостиниц. Подозреваю, что раскладывают ее там те же товарищи, которые некогда пичкали нас агитационной продукцией совсем иного сорта. Вспоминается в связи с этим один, ныне покойный, профессор, убеждавший нас, «перестроечных» первокурсников, что его слабость — ранний Маркс. Когда мы оканчивали вуз уже в независимой Украине, он с не меньшей горячностью признавался уже другим первокурсникам в любви к Библии. Впрочем, как знать, возможно, для молодых гуманитариев «библейские» вопросы и впрямь насущны. Ведь и другие их любимые произведения так или иначе толкуют проблемы духа: «Мастер и Маргарита» Булгакова (21 проц.), «Преступление и наказание» Достоевского (16 проц.), «Сад Гефсиманский» Багряного (15 проц.), «Кобзарь» Шевченко (14 проц.), «Три товарища» Ремарка (11 проц.).


Впрочем, тяга к духовности совмещается у современной молодежи со здоровой практичностью, о чем свидетельствует тот факт, что 9 проц. моих респондентов предпочли бы запастись в изоляции пособиями по изучению иностранных языков (в основном — английского, но кое-кто французского и испанского). Разве неразумно? Где же еще можно сосредоточенно позаниматься, как не в одиночестве, когда никто и ничто тебя не отвлекает и некуда спешить. Вероятно, по той же причине 8 проц. опрошенных среди книг первой необходимости назвали различные энциклопедические словари и справочники. Их, кстати, издается с каждым годом все больше. С некоторых пор дарить энциклопедию на день рождения или по другому торжественному случаю стало правилом хорошего тона. Между прочим, хороший словарь или справочник — сам по себе увлекательное чтение. К примеру, мои гости в ожидания приглашения к столу из года в год листают Книгу рекордов Гиннесса, постоянно получая оттуда различную занимательную информацию.

Потягаться со словарями способны только классики. Вровень по популярности в опросе идут Шекспир, Лев Толстой, Лондон, Хемингуэй и Маркес — каждый из этих писателей набрал по 8 проц. голосов. Всего на шаг отстали Дефо с сакраментальным «Робинзоном Крузо» (скорее всего, респонденты восприняли предложение уединиться на необитаемом острове слишком буквально) и Сэлинджер с не менее классической историей человеческого одиночества «Над пропастью во ржи». Кроме названных авторов, 6-процентный барьер в опросе преодолели сборник поэзии Василия Стуса, «Чайкай по имени Джонатан Ливингстон» Ричарда Баха и детективы Агаты Кристи.

Как видим, интересы среднестатистической читательской аудитории колеблются между обязательной вузовской учебной программой, личными вкусами и проверенными временем бестселлерами. В общем, перед нами — примерный типовой джентльменский набор ординарного студента-гуманитария.


5 проц. опрошенных книголюбов считают, что время от времени стоит перечитывать Пушкина, Гоголя, Толкиена, Моэма, Загребельного и Стивена Кинга. Здесь о совпадении программы по литературе с личными интересами речь явно не идет. Особенно это касается Толкиена и «короля ужасов» Кинга. В целом же 25 проц. из всего списка названных авторов и книг составляет поэзия от Гомера и Шекспира до Бродского и Высоцкого. Остальные 75 проц., и это закономерно, выпало на прозу — от Сервантеса до Кортасара. Причем 10 проц. из общего числа названных респондентами романов — приключенческие: Майн Рид, Фенимор Купер, Дюма, Конан Дойл. Детективов практически нет, фамилии модных Марининой и Акунина упомянуты в анкетах всего дважды. По-видимому, даже хороший детектив не предназначен для многократного чтения. Одну и ту же загадку неинтересно разгадывать дважды. Тем более — трижды. Приключения, авантюры, азарт, поиски сокровищ — совсем другое дело. Мчаться в погоню за врагом на лихом скакуне можно если не всю жизнь, то довольно долгое время.

Однако не сказано главное. Большую часть респондентов составляли девушки, чьи литературные вкусы, судя по результатам опроса, явно тяготеют к лирике. В общем списке довольно много произведений, которые принято считать «женскими»: романы Мопассана, Флобера, Жорж Санд, Шарлотты и Эмилии Бронте. Не обошлось без «Унесенных ветром» и многочисленных продолжений этой «библии феминисток». Назывались даже сборники кроссвордов, разгадывание которых — любимое занятие домохозяек и путешественниц. Кто-то вписал «Камасутру» и «Консультации по самоудовлетворению», возможно, из озорства.

Показательно, однако, что в анкетах практически не встречаются произведения современной литературы. Лишь несколько человек назвало среди книг, в обществе которых готово провести длительное время, Кундеру, Пелевина, Сорокина, Мураками с его «Охотой на овец». Из новой украинской литературы респонденты упомянули только Андруховича, Забужко и Куркова.

Мудрее же всех, по-моему, оказался неизвестный респондент, написавший: «Взял бы пять чистых блокнотов, чтобы писать свои книги». Да, постигать себя и совершенствоваться можно до бесконечности.