Сегодня занятому человеку посмотреть телевизор — большое благо. Если информационные блоки о крушениях самолетов, наводнениях, леденящих душу преступлениях можно «зафиксировать» под утренний кофе или вечерний разбор «полетов», то что-нибудь эдакое, фильмешное, на бегу смотреть негоже. Следует, по наущению медиков, расслабиться, снять с себя нервные наслоения и...

Разворачиваю как-то в одну из суббот, а именно 13 июля, удобную и подробную программу передач «Теленедели». В предвкушении удовольствия, ведь в кои-то веки появилось два часа диванного времени, пытаюсь натолкнуться глазом на анонс фильма, после просмотра которого не было бы мучительно больно за бесцельно прожитое перед экраном время. Но знакомство с программой в строгом хронологическом порядке, наоборот и со средины в оба конца не оставляет и тени сомнения: заботливые телевизионщики постарались психологически задавить зрителя фильмами «со смертельным исходом». И это, заметьте, в тихий и мирный субботний день. Итак, буду хронологически точен:

07.00 — «Игра смерти» (СТБ),
19.00 — «Смерть ей к лицу» (ICTV),
20.30 — «Семь дней до смерти» (ТНТ),
20.45 — «Смертельное завоевание» (IVK),
20.45 — «Смертельный рейс» (СТБ),
20.55 — «Смерть под парусом» (АСТ),
23.05 — «Рука смерти» (ТЕТ),
23.40 — «Смертельный десерт» (Тонис)

Как это все изволите понимать, господа руководители многочисленных каналов отечественного телеэфира? Наверное, философски намекаете, что все в этом мире тленно и быстротечно. Так что нам, смертным, после этого прикажете делать? Не все же столь психологически стойки, что способны крепким словцом и брошенной в угол программой быстро восстановить душевное равновесие. Некоторые граждане, особенно из числа временно потерявших социально-экономическую почву под ногами, очень чувствительны к этим «смертельным десертам». Безусловно, трудно спорить с аргументом, что жизненно важная необходимость СМИ в рыночных условиях — не оставить зрителя-читателя равнодушным настолько, чтобы он перестал покупать-подписывать. Но ведь во всем мера нужна, батеньки вы мои. Уж слишком рьяно уцепились мы за следование канонам социальной психологии в той ее части, где утверждается, что питать живой интерес пользователя нашей продукции могут три вещи — деньги, секс и страх. Или в обратном порядке. Вот и напустили страху столько, что пригнул он нас окончательно. А еще великий Бернард Шоу предупреждал, что быть рабом страха — самый худший вид рабства. Не его ли словами вдохновились немецкие реформаторы, когда, восстанавливая все сферы жизни разрушенной войной Германии, законодательно запретили выпускать информационно-пропагандистскую продукцию насильственного, упаднического, циничного толка. Государство не посчитало зазорным взяться за такую проблему. Впрочем, когда задача обеспечения психологического здоровья нации выпадает из обоймы наиболее важных государственных дел, добром это не заканчивается. Наверное, коллегия Госкоминформа это учла. Поскольку осудила вал насилия вкупе с порнографией на отечественных телеэкранах. И подчеркнула — пора с засорением телеэфира завязывать.

Когда зрители адресуют свои «гроздья гнева» идеологам телеиндустрии, что-де не обязательно тонус сограждан поддерживать на уровне, ниже жизненной ватерлинии, они ставят ладонь дощечкой. Не на тех, мол, нападаете. Вон к работникам отечественной киноиндустрии и обращайтесь. Что ж это они нам картин соответствующего содержания не подбрасывают. Но здесь наши упования, понятное дело, разобьются о глухую стену финансовых проблем.

Я не кинокритик. Не разбираюсь в вопросе настолько, чтобы развязывать полемику на тему создания отечественного кино. У меня нет четкой позиции, надо ли форсировать затратные эпохальные ленты или предпочесть малобюджетное «народное» кино. Но я как журналист могу полностью согласиться, что главное в создании хороших лент не количество финансов на единицу продукции, а наличие добротных сценариев, выстраданных, пропущенных через душу, а не сработанных традиционным тяп-ляпом. И понимаю: когда говорят о возрождении европейского кино, то не имеют в виду создание боевиков с реками крови.

А, в общем, рядовому зрителю это все совсем не нужно. Он имеет полное право после трудовой недели сесть перед телеэкраном и окунуться в мир страстей и переживаний, исходящих от экрана. Чего и желает постоянно. Только вот встречного движения составители телевизионного меню не проявляют.

Знаете, великие люди всегда относились мудро к теме смерти. Спокойно, без истерии, без вспучивания в человеке всяких низменно-упаднических позывов. Как, например, философ Сенека, который сказал: «Где мы будем после кончины? Там же, где покоятся нерожденные». А что еще о ней, смерти, скажешь?

Может, и нашим работникам телевидения надо с этим согласиться, и тему считать исчерпанной?