Наталья Евгеньевна Романова-Дальская, супруга коронованного в 1996 году «императора» Николая III, объявившего себя сыном чудесно спасшегося царевича Алексея, живет в небольшой двухкомнатной квартире на Мичуринском проспекте — ее резиденцию, находившуюся в центре Москвы, просто-напросто сожгли.

— Наталья Евгеньевна, всех волнует вопрос о научно подтвержденном генетическом соответствии чудесно спасшихся потомков семьи Романовых. Предпринимал ли Николай Алексеевич какие-нибудь попытки для доказательства собственного родства с царской династией?

— Лаборатория на Пятницкой улице, где делали генетический анализ Николая Алексеевича в 1994 году, исчезла вместе с результатами экспертизы, которые обещали переправить в Лондон. Мы повторили этот эксперимент в декабре 2000 года. Из Великобритании приехали специальные посланцы от королевского дома и взяли кровь на генетический анализ. Это было буквально за полгода до смерти Николая Алексеевича. Экспертиза подтвердила его родство с Николаем II, королевой Викторией и герцогом Эдинбургским. Бумага эта есть, ее копию мне должны на днях предоставить. Мы намеревались посетить с официальным визитом по приглашению столетней королевы-матери Великобританию в 2001 году. Но скоропостижная болезнь и смерть Николая Алексеевича помешали этому. Старушка не дождалась своего внучатого племянника и тихо угасла. Я считаю, что ей была дарована столь долгая жизнь, чтобы выполнить некую миссию, связанную с исторической справедливостью.

— А какие-нибудь спецслужбы не пытались проверить на подлинность Николая Алексеевича?

— Николай Алексеевич обращался к Владимиру Соловьеву, следователю Генеральной прокуратуры, который вел «царское дело» в 1996 году. А тот не принял документы, ничего не захотел делать. Значит, указание такое было. Приходилось преодолевать не только глухое недоверие, но и прямое сопротивление. Только разного рода покушений на нас было совершено тринадцать. И ядами нас травили, и автокатастрофы устраивали. Какие тут экспертизы! Дай Бог выжить... Мой муж, Николай Романов-Дальский раскрылся, по завещанию отца, как раз после пятидесяти лет, в 1993 году. И только потому, что в Россию тащили Марию Владимировну из Испании с ее толстым сыном. Они никакого отношения к русскому престолу не имеют. Из-за того, что за ними идут чужаки и иностранные спецслужбы, Николай Алексеевич вынужден был стать им поперек дороги. Кстати, когда я выходила замуж за Николая Дальского, я не знала, кто он и откуда. А я — из рода Мусиных-Пушкиных. До нашего брака он уже состоял в браке, но детей у него не было. Он уже хотел искать себе пару за рубежом. Тут меня ему и сосватали.

— Общественность пытались привлечь или зарубежные правящие династии?

— Были патриоты, которые пытались помочь, и были, кто мешал. Одного офицера, который стал на нашу сторону, просто убили в 1994 году, но прошу его фамилию не публиковать. Из нашего окружения за восемь лет умерли десять человек. Например, был запланирован наш визит в Санкт-Петербург в 1998 году, в подготовке приняли участие заместители губернатора Анатолий Пониделко, Владимир Малышев и другие высокие чины. Нам сказали, что без соизволения Бориса Ельцина и губернатора такие официальные визиты не готовятся. За два часа до отъезда в Петербург нас отравили так, что мы едва остались живы. Сделали это внедренные к нам люди. Визит оказался сорванным.

— У царевича Алексея было двое детей: Николай и ...?

— Осталась жива старшая сестра Юлия Алексеевна. Она живет в Саратове и давно на пенсии. У нее есть сын Алексей Михайлович.

— А Юлия Алексеевна не претендует на какую-нибудь роль? Она, может быть, не знала о своем происхождении?

— Она никогда не объявляла, что она внучка Николая II. И вообще, она человек стойких коммунистических взглядов. Партбилет она недавно сдала. Вот такой нонсенс. И отец, царевич Алексей, и ее брат Николай, все ей сообщили. Но она отказывалась: «Здесь все бесполезно. Тут такая машина, что сомнет, сотрет и уничтожит». Внуков у нее, к сожалению, нет. Единственному сыну Лешеньке под сорок лет. Он точная копия Николая II. А мой покойный супруг Николай Алексеевич очень был похож на царицу, свою бабушку Александру Федоровну, просто как две капли воды.

— Скажите, спецслужбы иностранных государств проявляли к вам интерес?

— Постоянно. Спрашивали, как мы будем золото забирать. Мы отвечали, что не собираемся делать обрушение мировой экономики, претендуем только на проценты от наших капиталов. В частности, многократно объявлялись посланцы швейцарских банков. Я и документы, и имена могла бы сообщить, но нашу резиденцию в особняке на Пятницкой улице, дом 7, сожгли буквально через месяц после смерти Николая Алексеевича. Это было 12 сентября 2001 года, как раз в дни кошмара в Америке. Был явный поджог, причем в трех местах. Следствие до сих пор не закончено. Обнаружили следы огнеопасных веществ. Все документы и все архивы сгорели. Даже внутри сейфа документы испортились. Осталось одно пепелище. Поджог, по моему убеждению, сделали, чтобы замести следы того, что Николаю Алексеевичу помогли уйти из жизни. Уж очень быстро и странно развивалась его болезнь.

— Как вы относитесь к слухам о спасенной чудесным образом великой княжне Анастасии?

— Мне бы очень хотелось, чтобы это было правдой. Это же родня. Но есть маленький нюанс. Не она является наследницей всех богатств. После вступления на престол по законам Российской империи наследницей является супруга государя. Это тяжкое бремя легло сейчас на мои плечи. 27 апреля я выступала в Государственной думе перед депутатами. И указывала им, что де-факто мы живем в Российской империи, де-юре — в Российской Федерации. Следует провести ряд юридических процедур, чтобы утвердить наше государство, придать ему статус, державность. Тогда можно будет говорить об авуарах России за рубежом. Откликом на мое выступление явилось то, что тут же стали писать о спасении великой княжны Анастасии...