Звезда семейства Форбс взошла в 1917 году. Естественно, эта дата не имеет ничего общего с октябрьским переворотом в России. Просто в этом году дед нашего героя основал издание «Форчун» («Состояние»), которое до настоящего времени находится в верхней части списка самых популярных журналов мира.


Его первым «капиталом» были 25 центов в неделю, которые отец платил ему в детстве за то, что Стив посещал занятия хора и брал уроки игры на волынке, наряжаясь в килт и длинные гетры. В настоящее время он, 54-летний отец пятерых дочерей, совершенствует свое мастерство на «инструменте капиталиста». Так он называет «Боинг-727», принадлежащий компании «Форбс».

Нам доподлинно неизвестно, когда и где родилась идея «продвигать» Малькольма Стивенсона Форбса-младшего (так полностью звучит его имя) в президенты. Ведущая популярного шоу Джоан Риверз заявляет, что первая подбросила Форбсу идею баллотироваться. Она утверждает, будто во время прямого эфира с участием Стива, дружески толкнула его в плечо, сказав: «Вы такой умный! Вам следует идти в президенты!» Один из его друзей рассказывает, что позвонил ему однажды и сообщил: «В настоящее время в президенты баллотируются девять пессимистов. Должен же быть один оптимист — почему не ты?» По его словам, Стив (дело было накануне выборов 1996 г.) долго не раздумывал.

А может быть, ничего подобного и не было, скорее всего, идея родилась у него самого. И деньги на проведение избирательных кампаний, которых до настоящего времени было две, Стивен тратил преимущественно свои собственные. Благо, отец сумел сделать журнал не только влиятельным и популярным, но и прибыльным — статистика свидетельствует, что рекламы в «Форчун» до сих пор печатается значительно больше, чем в других аналогичных американских изданиях. Во всяком случае, когда Стивен возглавил издательство в 1990 г. после смерти отца, «Форчун» действительно был синонимом состояния. Компания «Форбз Инк.» приносила не менее миллиарда долларов в год. Немудрено, если каждый третий подписчик журнала — миллионер.

После окончания Принстонского университета Стив пришел в журнал помощником главного редактора, а через 12 лет, в 1982-м, стал его главным редактором.

Можно предположить, что политические амбиции — это наследственное. Правда, предки Стивена на высший государственный пост не замахивались: и дед, и отец предлагали (правда, также неудачно) свои кандидатуры в качестве губернаторов. Отец дважды сходил с дистанции еще на первой стадии, не получив благословения республиканской партии на губернаторство в штате Нью-Джерси, хотя и избирался в сенат штата. Стиву везло больше: на съездах республиканской партии ему доверили побороться за президентство. Однако он «сходил с дистанции» довольно быстро. Аналитики полагают, что основной причиной было отсутствие харизмы у новобранца.

Во время первой попытки американская пресса рассматривала его кандидатуру в качестве «железного» аутсайдера. И хотя в 2000 г. он был более известен широкой общественности, это клише сохранилось. В ключевых штатах — Айова, Нью-Гемпшир и, наконец, Делавере — его результаты оставляли желать лучшего. Наибольшим достижением Форбса можно считать «победу» над Джорждем Бушем (нынешним президентом). По результатам одного из опросов общественного мнения, Форбс набрал в 2,3 раза больше голосов, чем Буш.

Любопытно отметить, что 30 млн. долл. собственных средств, положенных на алтарь победы в кампании 1996 г., не слишком ему помогли: основной конкурент — Джон Маккейн, например, — не потратил и цента на кампанию в Делавере, однако обошел Форбса на пять пунктов. Справедливости ради отметим, что и Маккейну также пришлось сойти с забега. Обе кампании Форбса стоили, по разным оценкам, немного больше, чем 60 млн. долл.

Сейчас еще рано говорить, как ляжет карта в 2004 г. В случае с Форбсом не сработал пропагандируемый в прессе образ «окровавленного» (в смысле имеющего опыт предвыборной борьбы) кандидата в качестве более успешного. Если бы Форбс был человеком суеверным, наверняка отказался бы баллотироваться в третий раз: если первая кампания 1996 г. была относительно успешнее второй, то какой же будет третья? Но, очевидно, по настырности наш герой не отстает от своего тезки — Стивена Фоссета, который в настоящее время снова «стал на крыло», мечтая-таки осуществить кругосветку на воздушном шаре. Кстати, сравнение не слишком «хромает» — Форбс-старший — первый американец, совершивший трансамериканский одиночный перелет на воздушном шаре.

Американская пресса, истратившая на описание кампаний Форбса не один литр чернил, полагает, что его главным недостатком является скромный «джентльменский набор», с которым он выходит к избирателю, — упрощение до предела налогового законодательства и пропаганда единой ставки подоходного налога. К числу недостатков, что, безусловно, следует признать справедливым, пресса относит слабый уровень ораторского искусства Форбса. Действительно, как человек практичный, Форбс не любит «разжевывать» свои тезисы, за что ему нередко достается в прессе. И люди, настроенные с ним «на одну волну», без труда понимают все.

Альберт Гор, готовя свою президентскую кампанию, сравнивал рыночников вроде Форбса с Железным Дровосеком из сказки Баума «Волшебник страны Оз» (более известной нашим читателям по вольной интерпретации Волкова «Волшебник Изумрудного города»). «Форбс не дает рецептов, как сделать так, чтобы улучшить навыки работников или стимулировать инновации», — сказал Гор, выступая как-то на совместном мероприятии с Форбсом.

Действительно, главный редактор «Форчун» ограничивается лишь тезисом: «Люди должны развивать свои таланты, подвергаясь минимальному воздействию извне». Но, как говаривал классик, идея лишь тогда становится материальной силой, когда овладевает массами. Очевидно, ее время пока не настало...

Правда, помимо народной любви, существуют, как известно, и другие, не менее важные составляющие. Не исключено, что одним из них явилось негативное отношение Форбса к деятельности Международного валютного фонда. В одном из своих предвыборных интервью он говорил: «МВФ следует запретить. Его действия просто разрушительны — там, где пройдет МВФ, войны не надо. Мне кажется, что если бы мы послали их экспертов в Ирак, проблема Саддама быстро бы сошла на нет». Кому из влиятельных финансовых лобби (а США, как известно, является крупнейшим акционером МВФ) понравились бы подобные призывы?

Стоит упомянуть еще одно заявление несостоявшегося кандидата в президенты, которое также не совсем вписывается в «генеральную линию» американского общества. Америка не любит, когда ее подгоняют. Форбс же ратовал за стимулирование потока иммиграции в США. Он полагал, что Штаты в состоянии абсорбировать значительно больше эмигрантов, чем дозволено по закону. Он полагал, что принимать нужно побольше — это не даст возможности «застаиваться» американскому обществу и будет стимулом к более быстрому его развитию.

Однако наиболее близкой к пояснению причин неуспеха Форбса (по крайней мере, до следующих праймериз) является неопытность его в навигации в «бермудском треугольнике» республиканской партии, вершинами которого считаются сторонники либерализации, социальные консерваторы и люди «при портфелях». Но это уже из области высшей политики, постигнуть азы которой может, безусловно, каждый. Проблема лишь в том, что разным людям для этого требуется разное время. Что ж, доживем до 2004 г.


Судя по количеству скандалов, сопровождающих политические потуги Форбса, его всегда рассматривали в качестве серьезного конкурента. И, естественно, пытались «укоротить». Вспомнить хотя бы иск федеральной избирательной комиссии (аналога украинского ЦИК), обвинившего Форбса в злоупотреблении служебным положением. Примечательно хотя бы то, что федеральный избирком в 80 проц. случаев не рассматривает поступающие жалобы, ссылаясь на то, что хроническое недофинансирование не дает возможности заниматься их расследованием.

Доподлинно неизвестно, откуда пошел импульс, но, несомненно, он был достаточно сильным, чтобы заставить комиссию потратиться.

Согласно иску, поданному в федеральный нью-йоркский суд, Форбс-издатель получал незаконные денежные «вливания» от журнала «Форчун», в котором раз в две недели печатал в колонке редактора свои статьи. Обвинения строились со ссылкой на норму законодательства, запрещающую корпоративное финансирование кандидатов, которое производится в координации с самим кандидатом. Не залезая в дебри американского законодательства (дай Бог с отечественным разобраться), укажем, что нашему герою насчитали 94 тыс. 900 долл. незаконного финансирования. История эта, правда, так ничем и не закончилась: Форбс на мировую не пошел. Мобилизовав небольшую армию адвокатов, он сумел-таки отстоять свое право на свободу слова. Однако скандал, помимо финансовых издержек, иных «дивидендов» не принес — рейтинг остался прежним.

Шлейф второго скандала протянулся еще от первой президентской кампании Форбса. Местные «акулы пера» раскопали, что отец Стивена Малькольм был гомосексуалистом. И взялись наследнику империи «шить политику». Мол, как соотносятся нездоровые наклонности вашего отца, которого английский журнал «Экономист» называет самым богатым американским геем, и ваши осуждающие публичные оценки гомосексуализма? Не лицемерите ли вы? Не исключено, что реакцию Стивена наверняка вставят в пособие по тренингу будущих политиков. Выступая в прямом эфире одного ток-шоу, Форбс ответствовал: «Мой отец не выдвигает свою кандидатуру в президенты».

Случалось, что Стив Форбс сам мог оказаться инициатором судебных исков. Трудно обвинять его в том, что этому не обеспечивали «должную раскрутку» — ведь нечто подобное стоило одному из лидеров Америки, Ричарду Никсону, места в Белом доме.

Случилось это 25 ноября 1995 г. В нью-йоркской штаб-квартире Стива Форбса побывали непрошеные гости. Доподлинно неизвестно, как им удалось проникнуть в помещение, однако факт остается фактом: ни одного жесткого диска на компьютерах офиса незваные гости не оставили без внимания. Но, говорят, ничего не пропало. До настоящего времени остается маленькой тайной Форбса, почему этот инцидент не стал пищей для очередного «уотергейта». И хотя работники штаба пытались придать «проникновению со взломом» политический оттенок, все закончилось без шумихи. «Это были какие-то любители», — прокомментировала полиция.

Еще более покрыт тайной другой скандал, точнее попытка его устроить. Он связан с гибелью советника Белого дома и личного друга Билла Клинтона — Винсента Фостера. Его тело было обнаружено 20 июля 1993 г. в одном из парков американской столицы. Официальная версия — самоубийство. Не углубляясь в детали, скажем, что эта версия подвергалась и подвергается до настоящего времени глубокому сомнению в определенных кругах.

А поводом «привязать» Форбса к этой истории послужило неожиданная отставка одного из спецрепортеров журнала «Форчун», подготовившего по горячим следам огромную статью, в которой, якобы, было все: и израильская разведка, и счета в швейцарском банке, и, конечно, ЦРУ. В Интернете можно обнаружить материалы, указывающие, что статья так и не увидела свет в «Форчун», поскольку явно связывала таинственные обстоятельства гибели с Каспаром Уанбергером — президентом компании «Форбс Инк.» — личным другом Стивена. Более того, это значительно усложнило бы нашему герою возможность реализации первой попытки участия в президентской гонке. Именно непоявление статьи дало повод поговорить о причастности Стива к укрывательству. История умалчивает: то ли у Форбса оказались сильные покровители, то ли «доброжелатели» слабоваты, но тема также продолжения не получила. Не исключено, что, равно как и другие уже упоминавшиеся скандалы, этот актуализируется поближе к очередной избирательной кампании в Белый дом. Ведь никто не сомневается — Форбс снова выйдет на дистанцию. «Ближе к 50 гормоны мужской половины Форбсов претерпевают изменения. Отец, например, в этом возрасте освоил мотоцикл. Мне же нравится участвовать в президентских гонках», — не устает повторять Стив Форбс.