Вы, конечно же, помните случай, происшедший на «Каролине»? Не переживайте, об этом и я не помню. В 1837 году канадские военные силы атаковали американский корабль с этим названием, убили одного из пассажиров, подожгли судно и затем направили по течению прямо к Ниагарскому водопаду. Британское правительство тогда утверждало, что на «Каролине» находились противники режима Британии на территории Канады и действия военных были лишь самозащитой. В ответ на происшедшее, во время обмена дипломатическими нотами, госсекретарь Соединенных Штатов Даниель Вебстер заявил, что народ может оправдать подобные враждебные выпады лишь в том случае, если это жизненная необходимость, ситуация, из которой нет иного выхода. После этого официальное заявление Вебстера стало рассматриваться как один из принципов международного права.

Я вспомнил о происшествии на «Каролине», когда британские аналитики и политики в напряжении ожидали новую военную доктрину США, которая была обозначена Джорджем Бушем в начале месяца и была адресована преимущественно Западу. Комментируя ситуацию, которая сложилась после трагических событий 11 сентября, Буш сказал: «Мы должны нанести удар по нашим врагам, помешать их планам, своевременно и адекватно отреагировать на угрозы противника еще до их воплощения в жизнь». Его речь обозначила обширные и чреватые серьезными последствиями изменения в американской политике.

Случайно ли это? На первый взгляд, доктрина Буша, в которой говорится о том, что Америка не станет ждать удара от врага, а нанесет его первой, кажется пугающей. Правда, представители американской администрации заявили, что эти действия не будут вестись в военной форме. Но тем не менее кажется, что США присвоили себе право безнаказанно начинать войну. К тому же речь Буша выглядит совершенно несовместимой с очень точным «принципом Каролины» и с 51 пунктом устава ООН, который разрешает самооборону лишь в случае военных действий, направленных против народа. Однако в истории «право первого удара» часто все же оправдывалось, несмотря на закон. В начале Шестидневной войны в 1967 году Израиль, испугавшись, что Египет готовится к нападению, разгромил египетские ВВС еще до того, как пилоты успели завести двигатели. В 1981 году Израиль начал бомбить ядерный реактор в Ираке. Но исходя из того, что мы знаем о режиме Саддама Хусейна, огромное количество людей до сих пор оправдывают такие действия. В любом случае «право первого удара» может быть обосновано самой природой сегодняшних угроз. Единственный способ пошатнуть огромную мощь американских военных сил — это нестандартные методы ведения террористической войны или использование оружия массового поражения. Более того, опасность исходит преимущественно от таких террористических групп, которые не пугают никакие доктрины. Как же Америка собирается защититься от бен Ладена, если она даже не может его найти?

По этим причинам советники Вашингтона активно продвигают свою стратегию, которая предполагает активные военные действия еще до того, как произойдет что-нибудь страшное. Ирак, безусловно, стоит на очереди первым. Для администрации Буша единственный безопасный путь взаимодействия с оружием массового поражения Саддама Хусейна — это уничтожить его, ведь так или иначе оно все равно будет использовано против США или других стран. Но если «право первого удара» будет принято как доктрина, то не исключено, что им начнут злоупотреблять. И здесь возникает следующий вопрос: будет ли это право распространяться на страны, владеющие оружием массового поражения, такие, например, как Ирак? И что произойдет, если и другие государства последуют примеру США и присоединятся к этой доктрине? Возможно, именно так и будет проложен путь к всемирной анархии...