Несложно догадаться, что речь идет об очередной порции расшифровок беглого майора Мельниченко, у которого, надо полагать, имеются записи на все случаи жизни. На этот раз жизнь от него потребовала найти записи по нелегальной торговле оружием с Ираком, которое осуществляла Украина в обход санкций ООН.

Согласно опубликованной в минувшее воскресенье в «Нью-Йорк таймс» информации, США готовят военное вторжение в Ирак. Оно, как следует из материалов газеты, должно начаться в следующем году. Задержка, по мнению аналитиков, объясняется желанием администрации создать «подходящие военные, экономические и дипломатические условия». Не исключено, что одним из звеньев создания подходящих условий должно стать, по планам Белого дома, нарушение Ираком санкций Совета Безопасности. А доказательной базой должна послужить экспертиза компании «Бек Тек» (штат Виргиния), подтверждающая, что предоставленный фрагмент записи беседы, якобы имевшей место между Президентом и ныне покойным главой «Укрспецэкспорта» Валерием Малевым в кабинете Леонида Кучмы 10 июля 2000 года, — «представляет собой целостный фрагмент, не подвергавшийся изменениям». Напомним читателям, что в распоряжение главы «Бек Тек» Брюса Кенига был предоставлен цифровой диктофон Toshiba DMR-SX1, серийный номер 112 622, который, как утверждает Мельниченко, был установлен в главном кабинете страны. Нам неизвестно, распространяется ли «Нью-Йорк таймс» в Виргинии, но в номере от 26 февраля 2001 года, со слов Мельниченко, утверждается, что майор вел свой «электронный дневник» еще с 1998 года. Как авторитетный эксперт, г-н Кениг не может не знать, что упомянутый аппарат был презентован только 1 апреля 1999 года. Иными словами, большая часть полученного Минюстом США «архива» писалась на не существовавшем в природе аппарате. К слову сказать, по мере того как в мировой прессе появлялись материалы, посвященные «кассетному скандалу», стали все рельефнее проступать другие «белые нитки».


Мы намеренно уходим от главной темы скандала — изчезновения украинского журналиста Георгия Гонгадзе, надеясь, что точку в этом деле должно поставить официальное следствие. В скобках заметим, что неуверенное, порой противоречивое поведение украинских должностных лиц, по нашему мнению, стало ядром, на которое, как снежный ком, стали налипать сначала подозрения, а потом и обвинения. Причем факты — основа любого, в том числе и независимого расследования, — стали все чаще подменяться версиями, которые, в соответствии с закономерностями пропаганды, овладевали массами, пропорционально своей нелепости.

У нас нет ответа на вопрос, что во всей цепочке событий после 16 сентября 2000 года — даты исчезновения Гонгадзе — было причиной, а что — следствием. Однако, судя по тому, как развивается ситуация сейчас, организаторы «кассетного скандала» меньше всего заботились о судьбах конкретных людей — его фигурантов.

К сожалению, эта мысль оказалась почему-то за рамками всех трех фильмов, широко разрекламированных в мировой прессе. В них речь идет, в основном, о геополитике.


Автором одного из последних фильмов Killing the story, название которого на русский можно было бы перевести как «Угробить сюжет», является известный журналист Британской радиовещательной корпорации Том Мангольд. Он — автор четырех бестселлеров: истории убийства русского царя Николая II, хроники войны во Вьетнаме, биографии одного из агентов ЦРУ и исследования по проблеме биологического оружия.

Фильма Killing the story, показанного в Лондоне 24 марта в рамках кинофестиваля, проводимого правозащитниками из «Хьюман Райтс Уотч», я не видел, поэтому не могу судить о его достоинствах и недостатках. Зато прочитал одноименную статью Тома Мангольда, вышедшую 30 марта 2002 года в австралийской газете «Эйдж». По мере ее прочтения становилось ясно, почему неоднократно отмеченный наградами журналист разместил ее не в европейских и даже не в американских СМИ. Такой «триллер» значительно легче «продать» австралийским аборигенам, нежели склонным к анализу европейцам или американцам. Судите сами. Начинается статья интригующе — с представления майора Мельниченко, за которым в Америке давно охотится группа наемных убийц из Украины, потому что «там его голову оценили в шесть миллионов долларов. Причем, как следует из текста Мангольда, американские спецслужбы в курсе этой охоты. (При этом позволяют Мангольду встретиться с Мельниченко не где-нибудь на конспиративной квартире «рыцарей плаща и кинжала», а в «логове русской мафии» — в кафе на Брайтон-Бич — «Маленькой России».) Как пишет Мангольд, Мельниченко «панически боится этих наемников, буравя глазами каждого нового посетителя кафе».

Не менее любопытным (и беспроигрышным в глазах австралийского обывателя) должен выглядеть следующий пассаж. «Когда в Украине узнали, что у меня есть записи, касающиеся продажи «Кольчуги» (пассивной радарной системы дальнего обнаружения летящих целей. — Авт.), прибыл эмиссар из Киева. Я и мой телохранитель встретились с этим человеком в одном из вашингтонских кафе. Мне было предложено шесть миллионов долларов за то, чтобы запись разговора об Ираке не была обнародована и 15 миллионов за то, чтобы я утопил свой архив в Потомаке». Далее Мангольд восхищается беспрецедентной принципиальностью Мельниченко, который, испытывая финансовые затруднения, все же отказался от прибыльной сделки. Однако самое интересное далее, после этой встречи агенты ФБР предупредили майора, что, по их сведениям, «с этого момента за ним начинает охотиться прибывшая в страну бригада киллеров.

Да, такое «чтиво» может переварить только австралийский абориген. Американская цензура, пропускающая после 11 сентября 2001 года сквозь свое сито все выходящее из-под пера журналистов, наверняка не потерпела бы намеков на сотрудничество «банды киллеров» и ФБР, которому, очевидно, так невтерпеж поймать этих самых киллеров, что они водят Мельниченко в качестве наживки по всем злачным местам. А уж о предлагавшихся суммах и говорить нечего. Признаюсь, интересно было бы узнать, кого же представлял анонимный киевский эмиссар — как известно, на финишной прямой избирательного марафона (интервью Мангольда происходило наверняка в конце четвертого квартала прошлого года), не то что каждый доллар — каждая гривня была на счету! И еще одно циничное сомнение гложет автора: для чего платить Мельниченко, когда киллер, если верить Мангольду, брал за работу «всего» шесть лимонов? А вдруг бы Мельниченко согласился, плакали бы такие деньжищи!

Кстати, о деньгах, в одном из интервью, директор фирмы «Топаз» (той, что выпускает «Кольчуги») поведал, что производимое предприятием изделие стоит пять миллионов долларов. Почему же тогда на пленках Мельниченко звучит цифра 100? Зачем, как гласит слоган известной рекламы, платить дороже за заведомо одинаковый результат? Не иначе как для того, чтобы «подходящие военные, экономические и дипломатические условия» в виде нарушения Ираком санкций СБ ООН выглядели более убедительно.

И в заключение еще об одной истории, которая, как и следовало ожидать, никого ничему так и не научила. В конце прошлого столетия на Пулитцеровскую премию в области журналистики был выдвинут материал, который напечатало одно из ведущих американских изданий. Речь в нем шла о девочке, родившейся наркозависимой из-за того, что ее мать была активной наркоманкой. Материал был настолько убедительно и мастерски подан, что комитет недолго сомневался — вот наиглавнейший претендент на премию. Однако впоследствии оказалось, что эта история — не более чем плод воображения автора. Скандал был жуткий.