Канун второго тура президентских выборов во Франции предполагает быть жарким. Нелюбовь избирателей к премьеру-социалисту Жоспену сыграла со страной злую шутку, выдвинув во второй тур «ветерана президентских гонок», 73-летнего экс-десантника Ле Пена. Посему 5 мая гражданам Пятой республики предстоит определиться: нынешний президент Жак Ширак или ультраправый лидер Национального фронта Жан-Мари Ле Пен. Последний, согласно заявлениям в прессе, верит, что его четвертая попытка занять командные высоты будет успешной.

Посрамленными оказались провидцы, утверждавшие, что соперником Ширака будет его премьер — социалист Лионель Жоспен. Теперь те же пророки с воодушевлением предсказывают бесспорную победу (не менее 81 проц.) нынешнему хозяину Елисейского дворца — 70-летнему Шираку. Надеются на это не только видные интеллектуалы Франции, призвавшие народ одуматься, но и сам «виновник» — Жоспен. Зажав обиду в кулак, он сделал короткое заявление, призывая сограждан голосовать против Ле Пена. Звучит, конечно, несколько двусмысленно, но шила в мешке не утаишь: Жоспен немало потратился (в прямом и переносном смысле), чтобы подмочить репутацию своего, теперь уже почти бывшего босса, поэтому не имеет, очевидно, морального права агитировать за Ширака.

Украину довольно часто сравнивают с Францией. В географическо-демографическом плане. И площадь у нас примерно одинакова, и населения почти столько же... Но в международной политике Париж «весит» во много раз больше, чем Киев.

Однако промежуточный финиш жестких политических игр, затеянных весельчаками-французами, похоже, беспокоит только их. Да и то не всех: в прошлую субботу на площади Парижа и других городов Франции вышло примерно 350 тысяч человек — меньше 10 проц. от числа отдавших голоса за евроненавистника и ксенофоба Ле Пена. Любопытная деталь: наиболее многолюдные демонстрации прошли на востоке и юго-востоке Франции, где и была «выкована» промежуточная победа лидера Национального фронта.

Не менее интересно другое: ни госдеп США, ни конгресс не проводят спецзаседаний и не принимают резолюций об угрозе демократии. Конечно, Париж — не Киев, однако можно было бы выдать что-либо вроде: «Мы настаиваем, чтобы правительство Франции обеспечило демократическую, прозрачную и честную избирательную кампанию». В данном случае автор позволил себе подставить вместо «Украина» слово «Франция», оставив без изменения вводное предложение резолюции №205 сената США. Это наверняка только цветочки — к президентским выборам можно надеяться на формулировки покруче...

Ничего не слышно также о том, чтобы встревоженные представители Евросоюза или ОБСЕ засобирались во Францию с наблюдательными миссиями. Более того, Парламентская Ассамблея Совета Европы, завершившая на прошлой неделе сессию в Страсбурге не устраивала дебатов по этому поводу. Справедливости ради укажем, что в Страсбурге победил Ле Пен — с небольшим, правда, отрывом. Само собой, ПАСЕ не принимала никаких решений о направлении в Париж поствыборных миссий. Наверное, европейская деликатность не позволила депутатам чихвостить хозяев...

Толерантность — вещь, конечно, хорошая, но как поступит Европа, если, вопреки прогнозам (которые нередко оказываются весьма неточными), верх все же возьмет Ле Пен? Ведь, в отличие от ширакского, его рейтинг прогрессирует от выборов к выборам. Судите сами: в 1974 году он набрал жалких 0,74 проц. голосов. В 1988 году его поддержало уже 14 проц. граждан, а в 1995 — 15 проц. Первый тур выборов-2002 — еще плюс полтора процента. Тенденция, однако...

Готова ли Европа к такому повороту событий — вот в чем вопрос. И как будет реагировать? Объявят ли бойкот, как в случае с победившим в Австрии лидером ультраправых Йоргом Хайдером? Или сочтут выборы «недемократическими»? Из заявлений канцлера Германии Герхарда Шредера и премьера Великобритании Тони Блэра, которые уже нарушили обет молчания и деликатно намекнули, что у «политики узколобого расизма» не может быть будущего, никаких выводов сделать нельзя.

Иное дело — Украина. Стратегические партнеры просто «фонтанировали» сценариями. Глава комитета Госдумы по иностранным делам Дмитрий Рогозин сразу предупредил о возможном ухудшении российско-украинских отношений в случае победы неудобных для Москвы сил. Не отставал от него и директор Института СНГ Констатин Затулин, советовавший Владимиру Путину обратить, в случае необходимости, внимание на ситуацию со статусом русского языка в Украине. Не отставал от них главный российский полпред в Киеве — посол Виктор Черномырдин. Очевидно, дипломату гораздо легче «клевать» резолюцию сената США и претензии многочисленных наблюдателей, чем ответить на обошедшие весь мир обвинения Джорджа Буша насчет кредитов МВФ...

С сожалением можно констатировать: так называемый двойной стандарт все чаще становится нормой международных отношений. И участившееся его применение лишь иллюстрирует общеизвестную аксиому: кредитору и его должнику трудно сохранить партнерские отношения.