Сюжеты, собранные в «Таблоиде», стекались к Стогоffу на протяжении последних десяти лет, будто бездомные псы к помойке. «Упадет ли комета на Дворцовую площадь?». «Растут ли волосы у мумий?». «Что замуровано в памятник Пушкину?». Вот основные темы, о которых, по мнению автора книги, должен писать желтый журналист. Ну и, конечно же, не забывать поведать читателю о том, что «лесбиянки торгуют отравленной шавермой», «ежи-мутанты сожрали заключенного», а «в Ботаническом саду поймана шайка дендрофилов-лесников». Словом, обо всем, что можно высосать из пальца и жестяной банки пива «Балтика-номер-семь».

Тем не менее за подобной риторикой повседневности и бесшабашного резонерства тянется шлейф традиции. Стогоff всего лишь следует примеру Довлатова, собравшему и уморительно прокомментировавшему в книге «Компромиссы» свои журналистские материалы, опубликованные в кондово-советские времена. «Для петербургских масс-медиа стоит писать из соображений благотворительности, — узнаем мы из «Таблоида». — Для Москвы — из-за того, что основные деньги зарабатываются именно там. А для заграницы — потому что зная, что ты пишешь для заграницы, москвичи дадут тебе еще больше денег».

Проблеме борьбы с редакторами-занудами, а также дружбы с потенциальными спонсорами и работодателями и посвящен учебник Стогоffа. Читателю предлагается ряд материалов, из которых следует выбрать наиболее соответствующий реальности. В смысле, правдивый, а не написанный ради денег. «По идее, журналистика — это как зеркало: ничего от себя, — рассеивает читательские мифы автор. — По идее, журналисты не врут. На самом деле журналисты врут постоянно». И потом, друзья, все, что можно сказать, ведь давно уже сказано. И каждый новый текст — лишь полемика с предыдущим на ту же тему. И об этом тоже рассказывает «Таблоид».

Вообще же учебник Стогоffа незаменим для того, кто решил всецело отдаться журналистике. Не обязательно желтой. Например, в книге утверждается, что почти во всех сегодняшних редакциях день начинается с трех бутылок «Портера». А заканчивается, бывает, тем, что верстальщики забывают поставить в номер некоторые статьи, и газета выходит с белыми пятнами на полосе. Следует ли из этого, что данное издание — желтое? Конечно же, нет. Просто «журналисты мало зарабатывают и много пьют», не перестает печалиться Стогоff, «лишний раз вылезать из редакции им бывает лень, и куда проще выдумать факты, подтасовать мнения и тут же пропить полученную копеечку».

Сам автор книги, применяя вышеуказанную методику, умудрился стать лучшим журналистом Петербурга в 1999 году. Хотя, как сам утверждает, ничего особого для этого не делал: в основном употреблял алкоголь и старался вести себя так, чтобы все-таки не переставали пускать на порог приличных редакций. И что же? Подводя итоги своей журналистской карьеры, наш герой замечает, что принесла она около трех тысяч газетных заметок, подаренный неким рок-монстром плакат и ветер в кошельке. Ну и повод для духовного стриптиза, ясное дело. Кстати, свой учебник желтой журналистики Стогоff предлагает при желании разорвать на шпаргалки и сдавать по нему экзамены на журфаке. В принципе, извращение, но попробовать-то можно?