Валерий Шмаров старомоден и консервативен. Как начал тридцать пять лет назад, выражаясь языком передовиц советских времен, крепить оборону государства, так и остается верным этому делу. Наверное, потому уже при независимости, в июне девяносто третьего года, вице-премьером по вопросам военно-промышленного комплекса Украины назначили именно Валерия Шмарова. Махина ВПК быстро ржавела — в державе, к сожалению, оказалось гораздо больше профессиональных патриотов, чем профессионалов-практиков. Спустя несколько месяцев, убедившись, что Шмаров впрягся в работу со своим обычным, ненормированным упорством, ему «добавили» еще одну должность — министра обороны... На самом деле, Шмаров мог поблагодарить за доверие и отказаться. Слишком неподъемной выглядела эта двойная ноша ответственности в обстановке, когда любое неверное решение грозило межгосударственным конфликтом. Позже действия гражданского министра обороны приведут руководство страны к неизбежности выбора: либо дать «добро» на коренное реформирование армии, либо отправить в отставку «старшего лейтенанта запаса» Валерия Шмарова. Поскольку половинчатых мер этот человек не признавал в принципе.

Но пока в жизни бывшего директора «оборонки» Шмарова начинался новый этап.


Осень 1994 года. Отношения с министерством обороны России натянуты до предела. «Маємо те, що маємо»... Украина загнала себя в ловушку. Договор о нераспространении ядерного оружия ею еще не подписан, а обслуживать ядерный арсенал реально может только депозитарий договора, то есть российская сторона. Может, но не имеет права — по международным обязательствам. Сорок третья ракетная армия, дислоцированная в Украине, фактически подчиняется России. Боевые полетные задания, системы управления, пусковые коды — все централизовано, завязано еще со времен СССР на московский Генштаб. Собственных специалистов и технологий нет. Долетают тревожные вести из Крыма. В одном море тесно двум недружественным флотам, нервное напряжение достигло пика!

В этой предгрозовой атмосфере и проходило очередное заседание делегаций СНГ в Москве. Другого момента министр обороны Украины Валерий Шмаров ждать не стал. Позвонил в приемную российского коллеги Павла Грачева, представился, попросил о встрече. Тот отреагировал нормально. Два военных министра, в обход политических боссов, договорились не считать друг друга враждебной заграницей.

Эту непротокольную беседу закрепит совместная работа. Ведь союзный военно-промышленный комплекс создавали с учетом именно таких республиканских контактов: «отделившаяся» часть становилась небоеспособной. А для того чтобы нарастить собственный потенциал, следовало выиграть время. Потом, в девяносто пятом, когда напряжение будет снято окончательно, Шмарову попеняют — не следовало, мол, унижаться перед москалями, какой-нибудь другой выход нашли бы...

Но уже решился вопрос с вывозом из страны атомного оружия, и помощь россиян при демонтаже и сопровождении ракет была как нельзя кстати. Без потерь и кровопролитий завершился раздел флота. Договорились о поставках запчастей и обслуживании вооружения. Короче, подписали за год двадцать пять тематических соглашений — рекордное количество за все периоды сотрудничества оборонных ведомств двух стран.


Впрочем, до того как «взять штурмом» министерство обороны России, Валерий Шмаров уже кое-чего добился для своей страны от Соединенных Штатов.

Украина, объявившая себя безъядерной еще в 1991-м, но медлившая с ратификацией Договора о нераспространении ядерного оружия, оказалась, по сути, в изоляции. Ни технологии, ни ядерные компоненты, ни помощь в обслуживании систем упрямый Киев от Запада не получал. Америку поддерживала и Россия. Вот в такой обстановке начался очередной раунд трехсторонних переговоров в Вашингтоне в декабре девяносто третьего года. Украинскую делегацию возглавлял министр обороны Валерий Шмаров.

Кульминацией переговоров стал ультиматум, который следовало передать Президенту Кравчуку: немедленно прибыть в Москву и подписать трехстороннее соглашение, уже заготовленный текст. Это означало оглушительный провал внешней политики Украины. Нетрудно представить реакцию внутри страны: опять мы в роли марионетки?!

Шмаров сыграл ва-банк. Просто поднял коллег и вывел их из зала переговоров. «Честь имеем!» На прощание он обозначил возможный путь выхода из переговорного тупика. Не Кравчук в Москву, а Клинтон вначале должен приехать в Киев, детально ознакомиться на месте с позицией Украины, понять ее. Ведь мистер президент сверхдержавы еще ни разу не посещал украинскую столицу, не так ли? И напрасно: роль государства в центре Европы недооценивать не следует. Строуб Тэлбот, глава американской делегации, и Игорь Иванов, руководитель российской стороны, выглядели весьма обескураженными, слушая такой спич...

А на следующее утро зазвонил телефон: «Мистер Шмаров, на проводе — госдепартамент... Президент Соединенных Штатов Билл Клинтон ожидает вас в Белом доме в десять утра!» В десять ноль-ноль секретарь по вопросам безопасности Тони Лэйк уже конспектировал предложения этого мистера Шмарова, заставившего прислушаться к голосу Украины.

Шмаров по возможности лаконично объяснил, почему визит Клинтона в Киев принесет пользу в плане утверждения в мире принципов истинной демократии. Ответ президента США также был кратким: «Я готов».

В Белом доме поднялась паника, никогда прежде подобные мероприятия не утверждались в течение нескольких часов. Впрочем, и в Киеве охнули: «Два огромных «Боинга-747», четыреста человек сопровождения. «Борисполь» — на капитальном ремонте, против броварского «варианта» выступают спецслужбы, «Жуляны» и своим-то неловко показывать»...

Тем не менее 13 января 1993 года в здании аэропорта «Борисполь», на фоне искусно задрапированных рушниками облупленных стен, Леонид Кравчук уже пожимал руку Биллу Клинтону. Оказывается, все то, на чем настаивала украинская делегация, — реально выполнимо. Далее последовало уважительное партнерское предложение — вместе отправиться в Москву и подписать соглашение с учетом интересов Украины. Что и было вскоре сделано...

Оставив пост министра обороны, Шмаров вернулся к самолетам. Сейчас он возглавляет объединение государственных предприятий авиационной промышленности — Ассоциацию «Укравиапром», преподает в Национальном авиационном университете и продолжает верить, что Украине еще обязательно понадобятся сильные крылья и сильные люди.