Не так давно, решив определить рейтинг лучших фильмов, показанных в Киеве в течение прошлого года, я обратился к обозревателям ведущих газет, редакторам киножурналов, директорам киевских кинотеатров, короче говоря, людям, смотрящим кино «профессионально», с просьбой назвать пятерку самых заметных событий на столичных экранах в 2001 году. Поименные результаты этого опроса опубликованы в еженедельнике «TV-Парк» (№7, 2002.) Здесь же я хочу привести десятку чаще и доброжелательнее всего упоминавшихся картин. Она такова:

1. «Амели» (режиссер Жан-Пьер Жене)
2. «Пианистка» (Михаэль Ханеке)
3. «Любовное настроение» (Вонг Кар-Вай)
4. «Второстепенные люди» (Кира Муратова)
5. «Быть Джоном Малковичем» (Спайк Джонз)
6. «Перл-Харбор» (Майкл Бэй)
7. «Телец» (Александр Сокуров)
8. « Мулен Руж» (Баз Лурманн)
9. «Билли Эллиот» (Стивен Далдри)
10. «Реквием по мечте» (Даррен Аронофски)

Этот, конечно, никак не претендующий на научную объективность список между тем все-таки дает неплохой материал для размышлений и о вкусах наших киноманов, и о нынешнем состоянии прокатной политики. Торжество «Амели» и «Пианистки», романтичной французской легкости и изобретательности и безжалостно холодной австрийской рефлексии, в нем предсказуемо: эти фильмы вызвали аналогичную реакцию во всем мире. Неудивительно присутствие в нем и украинской ленты Киры Муратовой, не устающей ставить нерадивому посттоталитарному обществу неутешительный диагноз. Но кульминационные точки нашего разговора сподручнее все же начинать с Вонга Кар-Вая. Итак, пункт первый: экзотический. Все, что вы читали об азиатском кинематографе, — правда. Действительно, это кино считается сегодня самым модным, последние несколько лет обласкано крупнейшими фестивалями, облизано критиками, как мятный леденец. В прошлом году «азиатская волна» докатилась-таки до Украины, обдав, впрочем, наших синефилов лишь возбуждающими брызгами. В кинотеатрах с минимальным успехом прошли нежное, как китайский шелк, «Любовное настроение» (своеобразный «Интим» наизнанку) и южнокорейский экшн «Шири», по техничности и драматизму превосходящий, как по мне, даже Джона Ву американского периода. Подозреваю, что внимание массового зрителя, которое досталось «Крадущемуся тигру, невидимому дракону» Энга Ли, главным образом, было инспирировано сиянием его оскаровских статуэток. Другие кинодары Азии добирались к нам на видео, в том числе «Звонок» Накаты Хидео, «Объединенная зона безопасности» Парка Чан-Вука и сразу семь лент знаменитого японского комедианта-кровопускателя Такеши Китано (хоть бери и объявляй 2001 год в Украине годом Китано). Кинопрокатчики напряглись и уже готовы были на свой коммерческий страх и риск выстрелить двумя громкими японскими картинами, но бесславно отступили, напоровшись на рогатки блюстителей украинской морали и нравственности. Здесь-то и возникает пункт второй: цензурный. В 2001 году Министерство культуры Украины запретило выход в кинопрокат фильмов «Брат якудзы» Такеши Китано (был, правда, разрешен его видеорелиз) и «Кинопроба» Такаши Миике, запретило выход на видео «Острова» Ким Ки-Дука, «Поколения игры в DOOM» Грега Араки, «Фауста» Брайана Юзны, а заодно и всех картин — прощайте, Фульчи, Ленци и Бава — серии «Коллекция ужасов», ну и гору всевозможных «домов ночных грез», «интимных тайников» и «робин гудов — легенд секса» (чем не сводки потерь с театра военных действий?). Основание для запрета — пропаганда насилия, жестокости и порнографии. Всего, кстати, существует семнадцать тем, способных послужить причиной введения возрастного ограничения или запрета на украинский кино-видео-телепрокат фильма: от относительно убедительных «призывов к изменению конституционного строя насильственным путем» и пропаганды войны и фашизма до почти анекдотичных «проявлений жестокости по отношению к растениям» и «легкомысленного отношения к венерическим заболеваниям». Симптоматично, что в отдельные пункты выделено цензорами негативное отношение к проявлению на экране жестокости по отношению к детям и женщинам, тогда как экранное насилие над мужчинами специально не регламентируется. Вообще, аспекты работы экспертной комиссии при Министерстве культуры Украины (в состав ее, между прочим, входят один видный киновед, завсегдатай международных кинофестивалей и редакторы двух основных украинских киноведческих журналов; может быть, их мнение — всегда мнение меньшинства?), решающей спорные вопросы проката картин, да и сами принципы распространения и демонстрации фильмов в Украине, — тема особой беседы. А поговорить есть о чем. Например, почему фильмы с самым жестким возрастным ограничением (категория Х21: просмотр запрещен лицам младше 21 года, демонстрация разрешена с ограничениями) кинотеатры могут показывать только после 9 часов вечера? Не поддавая сомнению саму целесообразность существования системы ограничений, отметим все же, что практикуемый Минкультом способ категорических запретов на демонстрацию тех или иных фильмов означает, по сути, следующее: их содержание, идеология или образность представляются блюстителям общественной нравственности настолько губительными для сограждан, что смотреть их возбраняется любому украинцу, невзирая на его возраст, профессию, уровень образования или жизненный опыт. Будьте вы киноведом, философом, психоаналитиком, строителем, патологоанатомом, полковником милиции, школьником или премьер-министром, у чиновников для вас один ответ: нельзя! Возможно, у членов экспертной комиссии на службе выработался особый киноиммунитет? Парадокс этой ситуации еще и в том, что запрещенные у нас картины вполне легально чувствуют себя в соседней России, где, получив ту или иную категорию, благополучно выходят в кино-видеопрокат. То ли в России с моралью и духовностью крепче, то ли тамошние внутренние враги осуществляют антикультурную диверсию в национальном масштабе. Но перейдем к пункту третьему: аналитическому. Японское, корейское, тайское кино все же пока не слишком прельщает рядового зрителя, оставаясь утехой синефилов. Сегодня это южные азиаты, вчера были иранцы, а завтра, скажем, будут скандинавы или африканцы: увидим, кого благословят Канны, Берлин, Роттердам или Венеция. Кинопрокату же интересны объемы кассовых сборов, так что киноэкзотика заведомо обречена быть на периферии его интересов. Отрадно хотя бы то, что прокат начинает избавляться от хронической «голливудской» зависимости. Уже не всякая американская картина может сделать лучший сбор, чем иная французская или российская. Да и взгляды зрителя и, что еще важнее, дистрибьютора и прокатчика на авторский, независимый (называйте как угодно) кинематограф начинают постепенно меняться. Вот и директора кинотеатров позволили себе дать в прошлом году слабину, пусть гомеопатически, но включая арт-хаусное кино в свои афиши. Столичный прокат стремится не только к жанровому, но и к стилистическому разнообразию, и это главный итог 2001-го киногода. Пока все это носит несколько спорадический и робкий характер. В самом деле, велика ли нужна отвага, чтобы показывать «Реквием по мечте» на сеансе в 23.00 или «Второстепенных людей» в 9 утра? С другой стороны, кто выиграл от того, что фаворит прошлогоднего Берлинале «Интим» Патриса Шеро, получив от украинского Минкульта категорию Х21, был задвинут в кинотеатрах на сеансы в 10—11 вечера? А ведь он имел все шансы на более благополучную прокатную судьбу. Конечно, основой репертуара наших кинотеатров (впрочем, как и во всем мире) и дальше будут оставаться крупнобюджетные постановки, фильмы действия и неприхотливые комедии и мелодрамы. Грубо говоря, «Мумия» еще не раз с успехом вернется на экраны, и публика в сто первый раз будет выяснять «Чего хотят женщины». Но характерно, что и в опросе искушенных специалистов безусловным лидером года оказывается лирическая комедия «Амели» — коммерческая картина в лучшем смысле этого слова. Да, конечно, для восприятия «Пианистки» или «Тельца» требуется немалый интеллектуальный опыт. Но ведь для понимания большинства фильмов, фигурирующих в рейтинге, довольно было бы и просто постоянной зрительской практики, привычки хотя бы изредка напрягать во время кинопросмотров мозговые извилины. Предложение рождает спрос, а аппетит приходит во время еды. Чтобы задышать полной грудью, столичному прокату нужно всего-то еще десяток долби-экранов плюс один-два зала, специализирующихся на арт-хаусной кинопродукции, ну, и в придачу отечественный глянцевый киножурнал. И тогда заживем... Пункт четвертый: финальный. В этом году на видео уже вышли «Фанатик» Генри Бина, «Комната сына» Нанни Моретти и «Сказочник» Тодда Солондза. Вы их уже видели?

Автор благодарит отдел государственного регулирования кино-видеопроката при Министерстве культуры Украины за предоставленную информацию.