Кто работает со студентами, знает все их фокусы на экзаменах... Ночью померли дед с бабкой — сразу оба, в одночасье... И сам болел весь семестр неизлечимой болезнью, на экзамен доставили прямо из реанимации... Вчера жена родила двойню (тройню)...

Девочка Катя взяла билет и стала молчать. Задаю наводящие вопросы — молчит. Вдруг она говорит: «Скажите, а в чем смысл лично вашей жизни?» И я, многоопытная, хитрая лиса, попадаю в этот капкан. Правда, мой задушевный монолог был не длинным — за дверью ждали другие студенты. Но когда я начала возвращаться к билету, увидела, что Катя горько плачет. «Боже мой, какая же тяжелая была у вас жизнь!» — рыдала она. Какие, к дьяволу, билеты? Утирая ей слезы и сопли, успокаивая, спросила мимоходом: «Что вам поставить?» — «Это не важно. Но можно «четверку», — все еще всхлипывала она. Да что я, злодейка разве? Меня же учили, что все мироздание не стоит одной слезинки ребенка. А тут — целые ручьи. Поставила «четверку», погладила по головке, проводила до двери. Там, за дверью, ее спросили: «Получилось?» — «Четыре». — «Ye-es!» — завопили они.

Домой я пришла умнее еще на один студенческий финт. Но это не важно. А важно было, что мне задали хоть и не новый, но вполне грамотный вопрос — не в чем смысл жизни вообще, а в чем смысл моей жизни. И как герой писателя Михаила Веллера, которого озадачили той же проблемой, я тоже легла на диван, уставилась в потолок и стала думать.

В самом деле, как у нас обстоят сейчас дела со смыслом жизни? Странно, но проще ответить, в чем смысл жизни, например, американцев. Когда видишь, как в недавних бедствиях сплачивается народ, как прилепляется каждый к общему делу, которое становится и личным делом, видишь — со смыслом жизни тут все в порядке.

Было легче с этим делом и у нас когда-то. Смысл жизни спускали сверху, как пятилетние планы. Паровоз летит вперед. Бороться и побеждать. Идти и не сдаваться. Лучше умереть стоя, чем жить на коленях. И вот подкинули в очередной раз в топку нашего исторического паровоза мину. Очень быстро «слиняла» страна, а вместе со страной — и привычные смыслы. Прочихавшись от пыли, осмотрели руины и поняли, что такой великой переоценки ценностей после Фридриха Ницше еще не было. Понадобится немало лет, чтобы Клио отвязалась, наконец, от политических прихвостней и начертала своим грифелем голую, неприбыльную истину.

Да... А что же мы? Без смысла как-то неудобно. Стали искать новые опоры. Оговорюсь: речь в основном не о молодых. По-моему, молодые хорошо знают, чего хотят. Вверх, в звездное небо над нами, головки задирают не часто. Ни на Бога, ни на власть не надеются. Так получается, что среди моих студентов нет верующих. Не знаю, почему — может, просто флуктуация. Знаю только: когда говорят о росте верующих среди молодежи, — это не про моих. Но посмотрите, сколько молодежи теперь в храмах, — говорят мне. Но посмотрите, сколько молодежи в консерватории слушает серьезную музыку, — говорю я. Да и когда им ходить в храмы? И времени на митинги у них тоже нет. Они работают в ночных магазинах, охраняют офисы, а днем учатся, как одержимые. Короче, идут и не сдаются.

Говорю, скорее, о людях моего поколения, близких по духу. Об ушибленных историей. Кое-кто, по привычке опираться на ценности, светящиеся сверху, приник к религии, наполнил жизнь верой и, как им кажется, — смыслом. Но большинство продолжают мучиться и искать. Возраст подпирает: надо сводить баланс. Посмотрели вокруг. Что нам там предлагают, какую систему смысложизненных координат? Рыночное хозяйство? Нет, не пойдет. Это может быть средством, но не целью. Цель должна содержать человеческую компоненту. Даже коммунисты не предлагали считать коллективизацию или индустриализацию смыслом жизни, а вешали лапшу насчет всесторонне развитой личности.

Деньги, богатство? Но нет более абсурдной и бессмысленной цели в жизни, чем богатство.

Ну а патриотизм, любовь к своей стране? Но к какой стране? Надо бы уточнить.

А что же в итоге со смыслом жизни? Наше прошлое сомнительно, настоящее — тревожно, будущее — совершенно непонятно. Но не помирать же, в самом деле. Значит, будем искать опоры внутри себя и творить смыслы сами. Одни каждый поворот жизни легко наполняют позитивным смыслом, и проблем с его поисками никаких. Другие живут так, будто кто-то невидимый наблюдает за ними и ставит оценки за поведение. И они мучаются, рефлексуют, боятся получить «двойку».

А ведь в сущности хорошая жизнь так проста. Интересная работа, друзья, дети, дом, книги, путешествия... Если бы научиться освящать еще все это смыслом...