Трагический конец саги отца и сына Бразинскасов вызвал в Литве шок. Не секрет, что именно влиятельная литовская диаспора в США помогла террористам мирно прожить в США 26 лет. Их буквально носили на руках, выставляя в качестве последовательных борцов за свободу. И хотя литовский период жизни угонщиков говорил вовсе не в их пользу, легенда часто заслоняла реальность.

По легенде, которую составил Пранас Бразинскас, выходило, что он только и делал, что боролся с советской властью, участвовал в движении сопротивления, создавал подпольные ячейки аж в Узбекистане, куда постоянно ездил, и, конечно, стал врагом номер один для советских спецслужб, которые дважды упрятывали его в тюрьму. Поэтому он, морально оправдывая себя за убийство стюардессы, рассуждал: «Ну и что, что погибла. Или я бы погиб, или она...» Старик упорно обвинял во всем экипаж, отказавшийся изменить курс по первому требованию.

Эта легенда почему-то удовлетворила и американскую общественность, и некоторых деятелей современной Литвы, которые вполне сочувствовали Пранасу и даже восхищались «героем-партизаном».

На деле в литовском периоде жизни Бразинскасов трудно найти что-либо героическое. Если не считать того, что отец Пранаса, Стасис Бразинскас, владевший небольшим хозяйством в деревне под Тракаем, в 1949 году погиб от рук «лесных братьев» (по советской терминологии), или партизан-резистентов (по терминологии нынешней). Пранас действительно дважды был судим, но оба раза за воровство и спекуляцию (наказание отбывал условно), что не помешало ему занимать материально ответственные должности в районном отделении литпотребкооператива. Именно гибель отца служила ему индульгенцией в глазах местных советских властей. В Узбекистан он действительно ездил и некоторое время там проживал, но не как гонец свободы, а как удачливый торговец ширпотребом. Эта деятельность принесла немалый доход: Бразинскасы покидали СССР с приличной суммой в валюте.

30 лет назад прославившиеся на весь мир Бразинскасы, сами того не понимая, открыли эру международного авиатерроризма, чему немало способствовали и холодная война, и двойные стандарты по отношению к убийцам, которым достаточно было прикрываться политическими мотивами, чтобы вызвать к себе интерес и привести в восторг экзальтированных поклонников.

Завершившаяся бытовой трагедией национально-патриотическая легенда сегодня вызывает в Литве смущение и некоторое отрезвление.