С 1998 года в Уголовном кодексе Украины появилось новое понятие — торговля людьми. С 2000 года во всех управлениях МВД страны были созданы подразделения по борьбе с такого рода преступлениями. Прокомментировать их работу согласился начальник одела по борьбе с преступлениями, связанными с торговлей людьми, при УУР ГУ МВД Киевской области майор милиции Игорь Горобец.

— В течение нескольких лет средства массовой информации неустанно трубили о существовании этой проблемы. И хотя в последнее время ситуация улучшилась, тема торговли женщинами не перестает быть для нас актуальной. Как вы думаете, почему?

— Киевская область, по сравнению с другими регионами страны, в этом вопросе наиболее благополучна. Объясняется это двумя мощными факторами. Во-первых, наше экономическое положение значительно лучше, чем в других областях, поэтому желающим намного проще найти работу, а вербовщикам сложнее — потенциальную жертву. Во-вторых, в структуру региона не входит город Киев, нелегальная секс-индустрия которого достаточно серьезно развита и оттягивает на себя подобные явления. Но говорить, что тех, кто попался на удочку торговцев живым товаром, у нас нет, пока еще рано.

Дело в том, что тактика преступников постоянно меняется. В 1995—97 годах они действовали более открыто: объявлениями с предложениями работы за границей пестрели полосы практически всех изданий и доски объявлений. Но с момента введения в действие статьи 124 УК Украины (торговля людьми) картина сильно изменилась. Часть торговцев прекратила заниматься подобным ремеслом, а остальные стали намного тщательнее его вуалировать.

— Казалось бы, о сомнительности поездок на работу за рубеж, об опасности для молодой девушки быть проданной в нелегальные бордели должны быть наслышаны все. Каким образом торговцы людьми заманивают своих жертв, кто обычно попадает к ним в сети?

— Свою основную деятельность торговцы людьми сейчас перенесли в сельскую местность и маленькие городки — туда, где есть избыток рабочей силы. Женщины, зачастую не имея никакой квалификации и не владея иностранными языками, цепляются за предложения уехать на заработки за рубеж. К сожалению, чаще всего в таких случаях они становятся жертвами злоумышленников.

Затем вербовщики изменили тактику: женщинам начали откровенно предлагать заниматься за рубежом проституцией. Но оговоренные условия значительно отличаются от тех, в которые попадают девушки. Их запугивают, избивают и ставят ультиматум: либо занятие проституцией без оплаты, либо ужасные условия существования и перепродажа. В крайнем случае, угрожают сдать в полицию, где «светит» уголовная ответственность за занятие проституцией.

Как ни странно, внешние данные и возраст жертвы вербовщика не интересуют. Ими могут оказаться и несовершеннолетние, и дамы за тридцать, и красавицы, и не совсем.

— Что должно настораживать женщину, которой предлагают работу за границей?

— В первую очередь, должно насторожить само предложение, поскольку за рубежом нет потребности в нашей рабочей силе. Если действительно предлагают работу, то в основном женщинам за сорок лет — сиделками.

Во-вторых, вербовщики стараются не давать никакой информации о себе, оставляют номера мобильных телефонов или снятой квартиры.

— А что, этот бизнес такой прибыльный?

— Прибыль международных сутенеров (они или ждут жертву на месте, или приезжают за ней к нам) и их соучастников-вербовщиков зависит от страны-потребителя. Например, в Турции белая рабыня может быть оценена в тысячу долларов, в Греции — до двух тысяч, а вот в Израиле, Германии, ОАЭ — уже более двух. И тогда-то и будут оцениваться и внешние данные, и состояние здоровья, и возраст женщины. В любом случае, каждой из них найдется «работа».

Как правило, секс-бизнесом занимаются один-два человека, которые берут на себя расходы по оформлению паспорта, переезд, содержание. Самое парадоксальное, что многие торговцы людьми — женщины. Были случаи, когда продавали не просто знакомые или подруги, а даже родственники. Некоторые сутенеры сами ранее были жертвами, поэтому пощады от них ждать не приходится.

— Почему этот своеобразный невольничий рынок не может насытиться хотя бы на несколько лет вперед? Ведь количество жертв в мировом масштабе не уменьшается?

— За рубежом на этот бизнес есть спрос. Естественно, когда женщина стоит на подобном «конвейере», ее организм быстро изнашивается, слабеет, затем наступают депрессия, истерики, появляется пристрастие к спиртным напиткам, наркотикам. Все вместе взятое негативно отражается на прибыли. К тому же один и тот же «ассортимент» быстро приедается. У сутенеров также существует страх перед тем, что жертва может изучить язык, наладить связи при общении с клиентами и заработать себе на побег чаевыми. В основном, женщину держат на одном месте от одного до восьми месяцев.

— Но ведь некоторым все же удается возвратиться на родину? Почему сутенеры не боятся отправлять свои жертвы домой?

— Бывшие рабыни возвращаются на родину разными путями. Могут сами сбежать от сутенеров с помощью случайных знакомых или бывших клиентов. А бывает, что сутенеры выдают женщин полиции, стараясь избежать финансовых расходов на их возвращение домой.

Девушка из села или из маленького городка боится огласки, старается сохранить хорошее мнение о себе, выйти замуж, жить нормальной жизнью, забыть о том, что случилось. Этим и пользуются сутенеры.

Иногда женщину при вывозе ставят в такие условия, что она вынуждена преступить закон и боится понести за это ответственность: например, пересекла границу по поддельному паспорту.

— Бытует мнение, что потерпевшие не горят желанием делиться своими проблемами с сотрудниками органов внутренних дел. Они или боятся расплаты, или не видят в этом необходимости. В то же время их показания, возможно, помогли бы спасти от подобного других женщин. Расскажите, почему им стоит-таки обратиться в ваш отдел.

— Нас заботит только то, чем мы сможем помочь женщине, и как закрыть данный канал вывоза. Ее никто не будет принуждать немедленно написать заявление и дать свидетельские показания. Она должна сама осознать, что это необходимо, и, уверяю вас, нет ни одной потерпевшей, которая не хотела бы наказать обидчика.

Ее первоочередные страхи: будет ли общение носить конфиденциальный характер, правильно ли ее поймут, захотят ли найти того торговца. Есть также боязнь физической расправы со стороны сутенера, но во многих случаях этот страх не имеет под собой реальной почвы. Максимум, что бывает — это попытки оказать психологическое давление, но достаточно одного разговора такого «уговорщика» с нашим сотрудником, как вопрос отпадет вообще. Гарантируем, что без согласия пострадавшей мы не предпримем никаких действий по преследованию обидчиков от ее имени. С тех пор как она даст согласие на сотрудничество, ее повсюду будут сопровождать наши работники, вплоть до окончательного вердикта суда.

С 1 сентября 2001 года расследование данной категории уголовных дел возложено на следователей МВД, и с ноября расследуется только на уровне следственных управлений областей, что доказывает серьезный подход, обеспечивает особую конфиденциальность.

— Ваше подразделение находится в Украине, а от кого нашим жертвам нужно ждать помощи за рубежом?

— В первую очередь, от посольств Украины за рубежом, для чего перед выездом необходимо обзавестись их номерами телефонов и адресами. Затем нужно сделать ксерокопию паспортов и держать их отдельно от оригиналов, что поможет при случае кражи документов доказать гражданство.

Нам оказывает огромную помощь Международная организация по миграции (МОМ), у которой существует специальная программа защиты подобных жертв. Только благодаря их содействию в Украину вернулось 238 человек из Македонии, Косово, Сербии, Греции, Израиля, ОАЭ и даже Японии.

Наша общая цель — остановить процесс вывоза женщин, вырвать жертвы из рук торговцев, сделать «профессию» сутенера опасной как в Украине, так и за рубежом. И без помощи потерпевших нам в этом не обойтись.