— Петр Алексеевич, как бы вы прокомментировали историю с «кассетным скандалом-2» ? Кто заказчик, кто исполнитель, по вашей версии, и какие меры вашим блоком будут приниматься?

— Я не хотел бы сейчас говорить о заказчиках, хотя, безусловно, в нашем штабе эти версии разрабатываются. В первый же день, когда разгорелся «кассетный скандал», я сделал следующее заявление: коалиция «Наша Украина» и центральный штаб избирательного блока не будут предпринимать никаких мер, если правоохранители по своей инициативе не отреагируют на это.

—Вы считаете, что заказчики и исполнители не повлияли на позиции блока в общем рейтинге?

— Практика показала, никакого ущерба блоку подобная информация не нанесла. Мы знали, мы готовились к тому, что против нас будет задействовано оружие из арсенала черного пиара. К сожалению, в своих предположениях мы не ошиблись, но трагедии из этого не делаем, хотя совершить определенные шаги для блокировки черного пиара во всем избирательном процессе мы бы очень хотели предпринять. С одной жесткой целью — мы не должны мешать свободному волеизъявлению граждан. Люди при выборе должны руководствоваться делами той или иной политической силы и ни в коей мере «не покупаться» на технологические штучки, которые позволяют даже зомбировать людей. Избиратели определяют судьбу страны на годы вперед. Нас значительно больше заботила другая часть проблемы. В течение первых двух дней скандала ни правоохранители, ни другие структуры, существующие для того чтобы обеспечивать конституционные права граждан, самостоятельно не отреагировали на подобное вопиющее безобразие. Нас волнуют права гражданина. Оказывается, можно безнаказанно вторгаться в его приватную жизнь, прослушивать разговоры, а потом этим шантажировать. Сегодня это — признак недемократического государства. Очень бы хотел, чтобы я и мои дети жили в демократической стране, чтобы они находились под защитой закона и могли рассчитывать на государство, которое их обязано защищать. В том числе и для этого мы идем на выборы и будем требовать от власти исполнения своих прямых обязанностей. Мы имеем такое право и знаем, как это делать. И если власть потребует, чтобы мы ей помогли — мы готовы.

— Не связаны какие-то ваши версии с элементом присутствия в Украине специалистов черного пиара из недалекого зарубежья?

— Мы учитываем такую возможность. Я считаю, что подобные вещи требуют серьезного финансирования и достаточного солидного заказчика. Абсолютно не исключаю, что в этом могут быть заинтересованы представители иностранного государства.

—Скажите, какая ситуация сложилась с блоком, который идет на выборы под названием «За Ющенко»?

— Он, насколько мне известно, пока не зарегистрирован. И мы, исходя из комментариев специалистов, уверены, что этот блок не должен быть зарегистрирован. Это первое. Второе... Мне абсолютно не хотелось, чтобы определенная доля политического авантюризма, хулиганства каким-то образом была использована в нашей политике. Давайте четко понимать, что мы стоим перед выбором развития государства, и игры, шутки здесь неуместны. Особенно обидно, что к этому был причастен человек, который пребывал определенное время во фракции «Солидарность». Он исключен из нее, думаю, лишь только желание реализовать собственные амбиции толкнуло его на этот авантюрный шаг.

— Вы считаете, что подобный шаг связан лишь со свойствами характера господина Ржавского и не видите за этим серьезной силы?

— Я не верю, что это серьезный проект, что он основательно просчитан. Хотя опять-таки, к сожалению, в избирательном процессе мы сегодня имеем и случаи со «Всеукраинской партией трудящихся», которая выдвинула Мороза, и со Ржавским, и много других. Я благодарен папе с мамой за то, что они дали мне очень редкую в Украине фамилию Порошенко. Я даже в телефонном справочнике Киева не нашел своих однофамильцев. Я не испытываю ни тени сомнения, что на моем округе они обязательно появились бы...

— Кстати, об округе. Вы знаете, где вы идете, какой это округ?

— На политсовете нашего блока — и для меня это большая честь — было предложено, чтобы я занял второе место в избирательном списке. Я отказался. С моей точки зрения, будет морально пройти испытания теми вещами, которыми я занимался все четыре года. Считаю, что это по-мужски, и надо поступить именно так. Безусловно, я благодарен своим единомышленникам, жене, друзьям, команде, избирателям... Я и конкурентов своих знаю.На сегодняшний день одна финансово-промышленная группа предпринимает серьезные попытки найти и профинансировать кандидатов, которые будут против меня выставлены в городе Виннице. Я абсолютно не боюсь. Единственная проблема — это дефицит времени. Потому что придется совмещать функции руководителя центрального избирательного штаба и проходить по мажоритарке. Но считаю, что это испытание, я должен выдержать.

— Какие партии вам противостоят в округе: социалисты, социал-демократы, коммунисты?..

— Все. Полный набор. Все, кто бывал тут хоть когда-нибудь...

— Скажите, пожалуйста, вы известны как солидный бизнесмен. Поддерживаете ли связи с деловыми структурами, заинтересованы ли они в вас, а вы — в них?..

— На самом деле мы можем поспорить, насколько я был и остаюсь серьезным бизнесменом. Потому что у нас, как правило, определенная бизнес-позиция связана с мощными базовыми отраслями в Украины. В первую очередь, это металлургия, энергетика, химическая промышленность, где вращаются многомиллионные суммы. В общем-то, направление моей предпринимательской деятельности было связанно с пищевой перерабатывающей промышленностью, с машиностроением, кораблестроением, то есть с отраслями, которые были, как правило, низкорентабельными. Мы никогда не покупали и не участвовали в приватизации высокоприбыльных государственных объектов, потому что и тогда, и сейчас это сделать невозможно без серьезной лоббистской поддержки. И любое предприятие, на которое мы приходили, имело минимум двухлетнюю задолженность по зарплате, бюджетную задолженность и т. д. Они становились рентабельными, но все-таки это не сравнить ни по доходности, ни по объему товарооборота с китами нашей промышленности. И, безусловно, я был бы неискренен, если бы не упомянул, что участвую в принятии стратегических решений, которые осуществляет концерн «Укрпроминвест», как его почетный президент на общественных началах. Но сегодня я полностью погружен в политику.

— Петр Алексеевич, очень много и подробно говорили о том, что вы «человек Банковой». Вам предлагали за годы депутатства пойти в исполнительную власть, в администрацию Президента, Кабмин...

— Опять-таки, говорю искренне: мне предлагали работу в структурах исполнительной власти в Кабмине, на постах достаточно высоких, т. е. министерских и выше, предлагали пойти «на регион» для реализации карьерных устремлений. Я отвечал, что хотел бы остаться на работе в Верховной Раде. У меня там есть, чем заниматься, есть цель, свое мнение по тем законопроектам, которые надо было бы провести. В частности, благодаря моей принципиальной позиции, налоги с оборота были отменены. И реализованы мои предложения по совместным предприятиям, которые заблокировали деятельность целого ряда структур. Я автор более 30 законопроектов, за которые не приходится краснеть...

Мы на сегодняшний день должны принять ряд серьезных законопроектов по детенизации экономики. Парламент так и не довел до ума Налоговый кодекс. Ведь проблема не в том, чтобы принять или не принять, проголосовать или не проголосовать за то, что нам предлагали. Потому что это не есть реформа налоговой системы — она должна быть либеральной. Нам необходимо действительно продемонстрировать снижение ставок налогообложения. В серьезном упрощении нуждается система администрирования налогов, чтобы на любом предприятии не чиновник правил бал... Поверьте мне, я испытал это на собственной шкуре, когда предприятие концерна «Укрпроминвест» в 1997—98 годах проверяли по 250 раз в год. Одновременно шло по три-четыре проверки из разных контролирующих органов, и сегодня это просто уничтожает производство. И мы знаем, каким образом это сделать, как провести дерегуляцию бизнес-деятельности, как провести реформу налоговой системы, как модернизировать энергетику. Мне очень понравилось фраза о том, что не надо учить яблоню родить яблоки, — достаточно отогнать свиней. Давайте их отгоним.

— Еще со времен создания фракции «Солидарность» меня интересовал вопрос — на какую идеологическую нишу вы претендуете? Вы пришли сейчас в блок «Наша Украина», где объединились и либералы, и христианские демократы, и т. д. Вам какая ниша близка?

— Идеология, на которой базируется партия «Солидарность», безусловно, социал-демократическая.

— Помиритесь с либералами?

— Думаю, что Украина имеет свою серьезную специфику и определенные либеральные начала. Я глубоко убежден в том, что государство — неэффективный собственник, который на сегодня должен, по крайней мере, убыточные предприятия, передать в управление инвесторам и менеджерам. Этому посвящена моя диссертационная работа, которую я буду защищать в феврале, и она посвящена роли государственного управления корпоративными правами и обеспечению государством эффективного собственника. Я пишу о том, как защитить и обеспечить интересы государства, которые, безусловно, должны заключаться не только в получении прибыли, а в реализации определенных социальных программ, повышении бюджетных поступлений и т. д.

— Вот говорят, что на нишу социал-демократов все больше претендентов. Мы видим, что есть объединенные и необъединенные, названные и неназванные социал-демократы. В чем отличие вашей идеологии?

— Это трагедия Украины, с моей точки зрения. У нас есть семь либеральных партий, я подсчитал. Более десяти политических объединений с социал-демократической идеологией, порядка пяти христианских партий, четыре-пять партий, которые базируются на лейбористской идеологии, а она является, по сути дела, составной социал-демократического движения. И что их разъединяет? Не идеология, не программная позиция. Во-первых, это искренность их лидеров, насколько они стоят на либеральной, лейбористской, христианской платформе и личные амбиции... Скажем так, вообще-то признак хорошего тона иметь собственную партию. Я категорический противник этого и стараюсь отстаивать интересы социал-демократических объединений.

— Скажите, вы верующий человек? Есть ли внешние проявления этой веры или это внутренняя, сугубо домашняя вера. В чем она проявляется?

— Во всем. У нас вся семья — верующие люди. Меня крестили еще в детстве. Мы регулярно соблюдаем Великий пост. Стараемся в великие праздники посещать церковь.

— Это определенная церковная конфессия?

— Да. Но я не хотел бы сегодня затрагивать проблему конфессий, религий — считаю, что это личное дело. Но на самом деле Бог должен быть в душе, а где ему молиться — это дело священника, а не верующего человека. Поскольку я человек верующий, я могу молиться...

— Скажите, пожалуйста, многие критикуют Ющенко, не только в Украине или в России, за «перекошенность» в сторону национально-демократических идей, а можно даже сказать — национальных...

— Безусловно, такая проблема существует, но я попробую привести два аргумента. Во-первых, партии, которые стоят на национально-демократических позициях, если брать по численности, не занимают сегодня доминирующую роль. Во-вторых, безусловно, отдельные политические лидеры допускают высказывания, которые не совпадают с политической линией блока. Я был инициатором на политсовете и провел решение о порядке освещения деятельности коалиции. На сегодняшний день единственным спикером блока является его лидер Виктор Андреевич Ющенко, который никогда в своих выступлениях не допускает любого унижения или некорректных национальных, религиозных вопросов. Это наша публичная позиция.

— У вас есть своя технологическая команда, политтехнологи, пиарщики?

— Есть люди, которым это вменено в обязанность, но я заверяю вас, что у нас не работают какие-то заказные иностранные опытные специалисты по черному и белому пиару.

— Это связано с финансовыми трудностями штаба или еще с чем-то?

— Это вызвано позицией штаба в проведении избирательной кампании. Она, я уже сейчас могу сказать, должна быть позитивной, моральной, активной, жесткой. У нас есть с чем идти к избирателю, в отличие от других партий и блоков. Нам есть что сказать людям... И это будет нашим четким позиционированием.

— Возможно, вам нужна сильная контрразведка? Если вы не нанимаете профессиональных технологов, это не значит, что вы не должны знать, какие технологии против вас будут применены. Есть команда контрразведки?

— У нас есть информационно-аналитическая команда, которая в режиме реального времени отслеживает мониторинг информационного пространства и предлагает, как должен действовать блок. Но сказать, что у нас есть какая-то агентурная сеть в среде наших оппонентов... Этого нет, и мы не ставили такой цели.

— Уж очень долгое время газета «CN-Столичные новости» просила у вас интервью...

— От чистого сердца приношу свои извинения. Я с глубоким уважением отношусь к вашему изданию. И считаю его одним из немногих, которые сделаны на серьезном профессиональном уровне, их интересно читать, они заняли свою нишу и находят очень интересные формы подачи информации. Это было связано исключительно с дефицитом времени. И я обещаю вам: в следующий раз я прийду на интервью немедленно, какие бы кампании не проводили...