Случалось, я собирал вокруг себя непрофессионалов, бывало, что и дураков, среди которых встречались идиоты. Естественно, в этих случаях я клял себя за организационную бездарность и награждал самого себя ненормативной лексикой.

Хорошо, когда такие кошмары случаются в среде творческой или, хуже того, театральной интеллигенции, к которой постоянно липнут люди с расшатанной психикой.

Однако мой привычный сарказм заканчивается, когда я задумываюсь о некоторых иных гражданах страны, которые далеки от ужимок вокруг театрального спектакля, но готовы подарить холодящее душу шоу. Имею в виду террориста из Владикавказа, который не так давно собрал возле обитателей детской поликлиники с захваченными им заложниками умопомрачительное количество несведущих в своей профессии людей. К захваченной поликлинике террорист сумел подтянуть гигантскую массу не просто профессионалов из местных правоохранительных органов, но лиц с явно выраженной ущербной психикой. Во время длительных переговоров террорист в обмен на жизни всех присутствующих поблизости потребовал гонорар в три миллиона рублей.

Моя беда как режиссера в том, что я уважительно отношусь к талантливым людям, даже глубоко мне несимпатичным. В данном случае аналитические способности владикавказского террориста убийственным образом превзошли среднестатистические способности толпы профессионалов, блокирующих поликлинику. Террорист обладал непостижимым для правоохранительного большинства криминальным умом! Более того, он самым наглым образом чувствовал свое интеллектуальное превосходство над превосходящими силами недоумков.

Террорист запросил трехмиллионный гонорар в российских рублях, доставленный ему по месту требования. Когда лучшие умы местных органов согласились на весьма умеренные запросы террориста и предоставили в его распоряжение испрашиваемый автотранспорт, ни одному из руководителей антитеррористической операции, подтянувших к месту действия огромный боевой и штурмовой контингент, не пришло в голову сосредоточить вокруг поликлиники круговое специальное оцепление, скажем, в радиусе 500—800 метров таким образом, чтобы это осталось незамеченным для выходящего из поликлиники миллионера-террориста. Допускаю, что, как дилетант, я могу ошибаться в отношении 500 метров, но кольцо с радиусом в километр или тщательное профессиональное перекрытие в данном квадрате всех дорог, полагаю, сделать было бы можно.

Конечно, это был не рядовой бандит, а аналитик, хорошо изучивший умственные способности своих противников. Конечно, это был человек с кадровыми психологическими познаниями о руководящем звене местных правоохранительных органов, с четким представлением об интеллектуальных возможностях отдельных руководителей. Догадывался ли террорист, что они попытаются отобрать его трехмиллионный заработок с последующей попыткой упрятать в тюрьму года на два или три (дольше этого срока крупные преступники и авторитеты у нас не сидят)?

Берусь утверждать как театральный режиссер, что героем операции по предоставлению гонорара с автомобилем был человек, рассчитавший, что у многочисленных штурмующих специалистов не хватит разума для организации грамотного окружения и вызова вертолета. Руководители операции предоставили террористу автомобиль без всяких мер для выведения техники из строя.

Разумеется, преступник, несмотря на хорошо работающие мозги, не может вызвать снисхождения, поскольку принадлежит к самому опасному ныне ремеслу на нашей планете — терроризму. Но не изумиться его осведомленности об умственных возможностях местных специалистов я, вопреки внутреннему нравственному протесту, не сумею. Изумляюсь. Знал, подлец, о нашей технической и мозговой немощи!

Мой сарказм завершается искренней скорбью. Сегодня продемонстрировать всему миру, что преступник может всегда демонстративным образом прилично заработать, используя наш непрофессионализм, бедность, скудомыслие и прочие полюбившиеся нам свойства, — тяжелый удар не только по общественному сознанию страны, это — постыдное, с далеко идущими последствиями поражение людей, присвоивших себе право на якобы умение якобы бороться с самыми наглыми и примитивными проявлениями чумы XXI столетия.

Поскольку хочется быть умным не только «задним умом», залетела незваная мысль: а может быть, решение об освобождении террориста было кем-то продумано? Вдруг там, среди недоумков, были и неглупые люди, которые санкционировали свободный выход террориста на волю. Может, это было кому-то выгодно?

...Когда хочется быть умным, чего только не придет в голову!