— Борис Феликсович, почему вы решили организовать «службу спасения»?

— Это моя давняя мечта. Став депутатом горсовета и более подробно разобравшись в жизни Днепропетровска, я понял, что отсутствие квалифицированной спасательной службы — это больная точка города. В Украине есть серьезные структуры: Министерство чрезвычайных ситуаций, пожарные, милиция... Но долгое время у нас просто не было небольшого мобильного подразделения, которое могло бы помочь горожанам в решении проблем, не относящихся к компетенции этих ведомств. Ну, например, обычная мелочь: у человека захлопнулась дверь, он живет на седьмом этаже, так что через соседский балкон не очень-то и перелезешь — не у всех же есть альпинистский опыт! В таких случаях обычно зовут соседей, выламывают дверь... То есть получается так, что «временно бездомному» квалифицированно помочь некому. И поэтому мы решили создать службу, которая смогла бы быстро и грамотно решить подобные бытовые проблемы.

— Поддерживают ли вас городские власти?

— Без помощи мэра Днепропетровска Ивана Ивановича Куличенко нам бы вряд ли удалось создать такое подразделение. Да и глава облгосадминистрации тоже активно помогал в создании «службы спасения». А когда вопрос об организации управления аварийно-спасательных работ на очередной сессии горсовета вынесли на голосование, все депутаты высказались за создание такой структуры. Более того, нам выделили очень неплохое помещение, где в настоящий момент оборудуется спортзал.

— Кто идет на работу в вашу службу?

— В Украине живет огромное количество высококлассных альпинистов, настоящих «снежных барсов». Многим из них сейчас не до покорения вершин. И мы не случайно открыли нашу службу на базе Областной федерации альпинизма и скалолазания. Кстати, мне во всем помогает знаменитый альпинист Эдуард Аксельрод, покорявший самые труднодоступные пики мира. Одним словом, мы решили дать работу покорителям вершин. Кстати, каждый, кто приходит к нам, обеспечивается медицинской страховкой... Если говорить о престижности нашей службы, о которой в последнее время стали писать днепропетровские газеты, то, я считаю, престиж заключается не в работе в «службе спасения». Наш престиж прежде всего — в благополучии Днепропетровска, которому мы приносим огромную пользу.

— Вы похожи на знаменитую «службу спасения «911»...

— Да, только нас просят о помощи, наверное, намного реже. Хотя, могу похвастаться, что только в ноябре люди обращались к нам более ста раз. Впрочем, у «911» — огромный опыт, а мы только делаем первые шаги. К примеру, как мы планировали организовать нашу работу? Поступил звонок — диспетчер его принял, передал задание нашим ребятам, те съездили — и проблема решена. На деле все оказалось намного сложнее... Бывает, звонит человек в подавленном состоянии, что-то с ним произошло, но мы ничем ему помочь не можем. Помню, был звонок от пожилой женщины: помогите, моя дочь нашла себе жениха, ушла с ним из дому... Наш диспетчер сумел ее успокоить. В результате они подружились, и теперь эта женщина решает с ним все свои проблемы. Так вот, хороший диспетчер, благодаря своему умению общаться с людьми, может «взять на себя» 10—15 процентов от общего числа звонков.

— Как вы добиваетесь самоокупаемости службы?

— Мы считаем, что нам нужно не клянчить деньги у городского бюджета, а искать возможность зарабатывать самостоятельно. К примеру, если вызов не связан с опасностью для человеческой жизни, например, необходимо открыть захлопнувшуюся бронированную дверь, — конечно же, в таком случае мы возьмем деньги за работу. Впрочем, на такие, с позволения сказать, доходы невозможно ни выплачивать спасателям зарплату, ни развивать службу. В результате мы начали заниматься и коммерческой деятельностью: открываем строительные участки, выполняем кровельные и фасадные работы. Так что понемногу у нас начинают появляться собственные средства.

— С какого рода проблемами спасатели сталкиваются чаще всего?

— Всякое бывает. К примеру, звонят нам жильцы дома, расположенного недалеко от днепропетровских базаров: третий день на рынке живет бездомный ребенок. Наш диспетчер быстро связался с милицией, мы вместе отработали это задание и устроили ребенка в детский дом. Бывают и курьезные случаи: однажды один из наших спасателей приехал по вызову женщины, которая не могла попасть в квартиру. Поднялся на седьмой этаж, открыл заклинившую дверь... И тут из прихожей на него ринулся двухметровый супруг «спасенной»: «Что, любовничек, пожаловал?.. Убью!» Самый тяжелый вызов: снять кошку. Для людей это действительно большой шок: ах, моя чудная кошечка забралась на крышу, снимите ее пожалуйста... Ребята залезли на какую-то немыслимую верхотуру, подходят к ней, а она пугается и перепрыгивает на соседнюю крышу или «десантируется» на ближайшее дерево, после чего все необходимо начинать заново...

— «Служба спасения» может стать чисто коммерческим предприятием?

— Нет, ни в коем случае. Нельзя зарабатывать на человеческом несчастье: ребенок упал в люк, ты его вытащил. О каких деньгах может идти речь?

— Бывает ли так, что вы отказываетесь от выезда?

— Ни при каких обстоятельствах. В течение нескольких последних месяцев мы уволили нескольких диспетчеров за отказ. Мы обязаны сделать так, чтобы человеку стало легче. Помочь своими силами, если нужно — подключить МЧС, милицию. Мы не имеем права отказываться...

— И в завершение беседы назовите, пожалуйста, телефон службы спасения.

— 36-07-70. Думаю, еще два-три месяца, и этот номер будет знать каждый житель Днепропетровска.