30 ноября в Москве прошел юбилейный саммит президентов стран СНГ. Председатель Совета глав государств Содружества Владимир Путин поздравил 12 своих коллег с наступающим десятилетием Содружества Независимых Государств и от имени народа Российской Федерации поприветствовал народы стран-союзниц, «самых близких друзей» России.

В ночь на 8 декабря 1991 года собравшиеся в Беловежской Пуще руководители трех славянских республик Советского Союза подписали соглашение о создании Содружества Независимых Государств, констатировав, что СССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование. Это был, пожалуй, единственный способ разрядить обстановку, накалившуюся после августовского путча ГКЧП. И участники беловежской встречи хорошо это осознавали: уж очень впечатляющими были кадры кинохроники из охваченной дезинтеграционной войной Югославии, лидер которой — Слободан Милошевич — пытался любой ценой спасти централизованное государство.

Все участники беловежского соглашения чувствовали себя триумфаторами. Амбициозный Ельцин наконец-то перехватывал высшую власть у своего соперника — президента разваливающегося СССР Михаила Горбачева. Он, несомненно, видел себя во главе нового межреспубликанского объединения. Нового по названию, но старого по содержанию. Несгибаемый «борец за демократию», сокрушивший могучих силовиков-гэкачепистов, ничуть не сомневался в том, что ему удастся преодолеть расползание республик (в первую очередь Украины) и создать единое государственное образование. Однако последующие события показали, что российский президент недооценил своего украинского коллегу.

Спокойный и уравновешенный Леонид Кравчук имел собственную точку зрения на дальнейшие перспективы. За годы перестройки и гласности, Кравчук произвел кардинальную переоценку ценностей. Проиграв несколько теледебатов представителям из Руха, он, вопреки устоявшимся советским традициям, не стал обзывать своих победителей нехорошими словами и применять к ним силовые приемы. Прислушавшись к их аргументации и проанализировав, как он любил говорить, перипетии украинской истории, стал на позиции умеренного демократического национализма, что помогло ему заручиться поддержкой подавляющего большинства граждан Украины на референдуме по вопросу о независимости и президентских выборах 1 декабря 1991 года. 7—8 декабря 1991-го большой любитель шахмат Леонид Макарович разыграл в Белоруссии хитроумную политическую партию, которую можно назвать беловежским гамбитом. Соглашаясь на образование СНГ, Кравчук, казалось бы, приносил в жертву честолюбивым амбициям Ельцина частичку украинского суверенитета. Но это только так казалось. Хорошо продуманный кравчуковский гамбит предусматривал перегруппировку сил для последующей эффективной защиты независимости Украины с опорой на ее надежный экономический тыл. Что же касается радушного хозяина встречи, Станислава Шушкевича, то беловежские решения, подтвердившие белорусский суверенитет, полностью совпадали с его устремлениями. Более того, сам факт проведения судьбоносной встречи на земле Белоруссии поднимал ее престиж в глазах мировой общественности.

Но если напористому Ельцину СНГ представлялось формой существования СССР под новой вывеской, то хитромудрый Кравчук рассматривал новое межгосударственное объединение прежде всего как инструмент для безболезненной дезинтеграции централизованного государства. Однако, вне зависимости от разных подходов главных игроков, образование Содружества предоставляло хорошие возможности для сохранения взаимовыгодных экономических связей, давая при этом хорошие шансы разорвать невыгодные. Это прекрасно понимали и в остальных постсоветских республиках, поэтому через две недели после образования СНГ они поспешили войти в его состав. К сожалению, путь к светлым перспективам оказался долгим и извилистым...

Наилучшие стартовые позиции для рационального преобразования экономики были у Украины. То что она была готова к независимости в большей степени, чем остальные советские республики, подтверждал авторитетный «Дойче Банк». Его мнение разделял ведущий английский еженедельник деловых кругов The Economist. На публикуемой им сравнительной таблице Украины и Франции было четко видно, что приблизительно одинаковые по территории и населению страны производили в 1990 году примерно одинаковое количество зерна: Украина — 51 млн. тонн, Франция — 55. Кроме того, согласно подсчетам журнала, доля Украины во внешней торговле СССР составляла 32 проц. Тот же The Economist высказывал серьезные опасения по поводу появления нового конкурента на мировом рынке. «Украина производит столько же зерна, сколько Германия и Италия вместе взятые, и почти столько же, сколько Канада. Не переломает ли, в конце концов, украинская соломинка хребет общей сельскохозяйственной политике Европейского Сообщества?» — волновались англичане.

Вскоре они успокоились. Экономика Украины, равно как и остальных членов СНГ, тогда с головокружительной скоростью устремилась в пропасть. И этому в немалой мере способствовала неэффективность действий Содружества. На его регулярных саммитах лидеры новых независимых государств обменивались теплыми улыбками и крепкими рукопожатиями. Верноподданнические СМИ дружно рекламировали эпохальность принятых решений и пророчили неминуемый молниеносный прорыв в светлое будущее всех дружественных народов. Но вся беда в том, что в подавляющем большинстве случаев замечательные планы не выполнялись.

Более того, в «нерушимом» Содружестве уже в самом скором времени четко обозначились центробежные тенденции. Воинственному Борису Ельцину по душе было придание СНГ функций военно-политического блока. По инициативе России 15 мая 1992 года был заключен Договор о коллективной безопасности (ДКБ). Его подписали Россия, Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия и Таджикистан. Нынешняя международная обстановка вдохнула новые силы в ДКБ. Случайно или нет, но Владимир Путин подписал закон «О ратификации соглашения об основных принципах военно-технического сотрудничества между государствами — участниками ДКБ» именно в день юбилейного саммита глав стран СНГ — 30 ноября.

В тот же день (тоже, очевидно, по чистому совпадению) российская «Независимая газета» опубликовала статью под весьма красноречивым названием: «ГУУАМ как терминатор для Содружества?». Речь шла о вполне миролюбивом межгосударственном объединении, созданном в 1997 году в составе Грузии, Украины, Азербайджана и Молдавии. В 1999 году к ним присоединился Узбекистан. Цель «гууамовцев» — восстановить «знаменитый Шелковый путь», связывавший Европу и Азию. Интерес к реализации этой идеи проявили и за пределами СНГ. В начале июня президент Грузии Шеварднадзе заявил, что не исключает, что в ближайшее время к ГУУАМ могут присоединиться Румыния и Болгария. А 15 ноября было опубликовано Совместное заявление по борьбе с терроризмом Соединенных Штатов, Грузии, Украины, Узбекистана, Азербайджана и Молдавии. Выход под эгидой США на международную арену организации постсоветских стран (единственной на просторах СНГ, в состав которой не входит Россия) вызвал в Москве, мягко говоря, настороженную реакцию. Впервые российская дипломатия устами своих неназванных представителей заявила о скептическом отношении Москвы к деятельности и перспективам ГУУАМ. В МИД РФ считают, что «жизнь показала: за пять лет эта организация не продвинулась в экономических вопросах ни на один шаг», и что Москву «тревожит возможность развития военной составляющей этой организации с привлечением западных партнеров». «Это разрушило бы СНГ», — отметили во внешнеполитическом ведомстве России.

Своеобразным противовесом ГУУАМ стало образованное на Минской встрече глав государств — членов СНГ (31 мая — 1 июня 2001 г.) Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС). Это объединение возникло на базе созданного ранее Таможенного союза, в который входили Россия, Белоруссия, Казахстан, Таджикистан, Киргизия и Армения. Его инициатором стал президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. Выступая на юбилейном саммите, он подчеркнул эффективность нового сообщества, существование которого «позволило за короткий срок увеличить товарооборот между Казахстаном и Россией на миллиард долларов».

Кроме названных объединений на территории СНГ действуют Союз России и Белоруссии, «кавказская четверка» (Азербайджан, Армения, Грузия и Россия) и другие. Таким образом, явление, которое в советские времена назвали бы «групповщиной», получает свое дальнейшее развитие. Впрочем, это уже мало кого волнует. Государства — члены Содружества основное внимание уделяют развитию двусторонних отношений. Во время каждой «большой» встречи они организовывают «междусобойчики», на которых решаются конкретные задачи. Не стал исключением и юбилейный саммит.

Однако от всех предыдущих он отличается небольшим количеством принятых документов. Большинство наблюдателей весьма скептически относятся к перспективам выполнения принятых решений. Ведущие зарубежные газеты и вовсе промолчали об этом форуме, отметив разве что встречу Путина и Шеварднадзе, на которой обсуждался инцидент, связанный с бомбардировкой Панкисского ущелья российскими Военно-воздушными силами.

И тем не менее, несмотря на саркастические ухмылки скептиков, саммит вселил надежду на то, что СНГ рано или поздно начнет эффективно работать. Особого внимания заслуживает обещание президента России, данное на итоговой пресс-конференции: уже в ближайшее время планируется урегулировать с невошедшими в зону свободной торговли Таджикистаном, Украиной и Белоруссией вопросы инкорпорации этих государств. После этого на территории РФ будет введен режим свободной торговли. При этом российский лидер подчеркнул, что «в основе любой интеграции — политической и военной — должно лежать экономическое сотрудничество». Но пока что путь к этому партнерству изобилует многочисленными ухабами и неожиданными поворотами.