Наверное, мало кто из серьезных мыслящих людей будет оспаривать это, в общем-то, чудное заявление «социка» с налетом (или в личине) национал-патриота. И ведь надо, лихо так заявил, как рубанул, и даже не подумал, — а что потом скажет вождь?

Заявление это для колеблющихся, которые размышляют, а получат ли они потом хоть что-то от социалистов. Со мной-то ясно, я денег социалистам давать не собирался и не собираюсь, ибо знаю: копят на очередной «мерседес» для того, кто «на передовой» восседает, в своем офисе за большим столом. Но то, что из уст нардепа-социалиста прозвучали первые слова правды, уже радует. Если так будет идти и дальше, то СПУ, по всей вероятности, самораспустится. Для этого не хватает малого: решения самого Александра Мороза об уходе на пенсию, в связи с выслугой лет и пошатнувшимся здоровьем. Ведь даже все справки в мире не смогут доказать, что человек в добром здравии может позволить окружить себя психически неуравновешенными советниками.

За примерами далеко ходить не надо. С недавних пор мой беззаветный читатель и критик, коллега по профессии, народный депутат по статусу и помощник Александра Мороза по призванию Иван Бокий вдруг воспылал ненавистью к газете, в которой я работаю. Но это понятно: для человека, всю жизнь «сосущего» государство, в коммерческих проектах вряд ли бы нашлось место. Волнует другое. Газету, которой пан Бокий отдал свои лучшие годы («Сiльськi вiстi». — Ред.) он считает единственным источником правды во всей стране, причем настолько сильным и влиятельным, что создается впечатление: напечатай вдруг «Вiстi» морозовский гимн социалистов, и данный шедевр вмиг станет народным шлягером. Простите, это уже диагноз... Я удивлен, как человеку с такой болезнью позволяют хоть чем-то руководить. Ведь не ровен час, он почувствует себя Господом Богом, а всех остальных — неразумным стадом. Тогда достанется и нынешнему самому главному «в стаде», то бишь Александру Александровичу — свезут его «на бойню», как непродуктивную единицу. А во главе станет он, Великий Бокий. Конечно, если в стране победят «бокии», то мою газету закроют, а мне придется ехать на заработки в Москву, где меня, в отличие от селькора Бокия, печатают и куда зовут. Но мне не чужд патриотизм, и я не хочу, чтобы «люди-бронепоезда» из СПУ решали мою судьбу. Не любить социалистов, грабивших мою семью 70 лет, я имею полное право. И с этим, товарищ Бокий, ничего не поделаешь. Вы — представляете этот лагерь, а значит, хотите вернуть то, от чего я пытался укрыться в свое время аж в США. Изо всех сил я буду вам мешать вернуть все «на круги своя». И нечего искать заказчиков этого материала — я заказчик и исполнитель. Глубоко надеюсь, что вы со своей партией проиграете «вчистую», и думаю, что селяне, которых вы так упорно кормите ложью, уже не так наивны и глупы, как вам представляется. Вопреки вашим желаниям, они получили землю и уже никаким колхозам, Морозам и Бокиям ее не отдадут.

Верю, что и газету вашу в скором времени перестанут финансировать, беря деньги из государственного, а значит, и моего, кармана. Вот тогда и увидим, на что вы способны как журналист. Хотя с таким диагнозом, как у вас, обычно берут лишь в чернорабочие — и то не всегда.