Это только кажется, что молодое кино — отвязное и открытое эстетическим экспериментам. На самом деле, если судить по фильмам, показанным на фестивале «Молодость», для постановщиков-дебютантов характерны визуальная и повествовательная скованность и почти инстинктивная конъюнктура в выборе темы. Общество диктует: «Надо!», «Есть!» — козыряет режиссер. Складывается впечатление, что, толком еще не определившись с тем, что их по-настоящему лично волнует, молодые режиссеры уже четко усвоили, чего от них ожидают. Ведь — и эту задачу не стоит сбрасывать со счетов — снимающему дебют кинематографисту для продолжения карьеры необходимо быть замеченным, а еще лучше — попасть со своей «правильной», «модной», «актуальной» картиной в струю. Кстати, по представленным на «Молодости» дебютным фильмам можно судить об общем движении национальных кинематографий, то есть понять, что сегодня считается модным, забавным, парадоксальным, актуальным для кино Бразилии и Германии, Польши и Латвии, Италии и Словении.

И выяснится, что относительно спокойных и, с нашей точки зрения, вполне благополучных Францию и Голландию тревожит ощущение мнимости этого благополучия. Оба фильма посвящены проблеме физического насилия и психологической реабилитации его жертв. А поскольку жертвами насилия в фильмах оказываются женщины, пострадавшие от агрессивных самцов, то картины отлично вписываются в социально актуальную гендерную тематику. Жила-была французская школьница, хорошо училась, пела, занималась фотографией («Живая», режиссер Сандрин Рей). Затем ее изнасиловали, и жизнь пошла наперекосяк: девочка устремила всю энергию на саморазрушение, вплоть до неудавшегося суицида. Тут-то и ближайшие родственники заметили, что с малышкой «творится что-то неладное» и проявили к ней сердечное участие. В общем, сюжет драматичный, но клишированный, фильм сделан мастеровито и... скучно. Голландские «Плавающие острова» (режиссер Нанук Леопольд) — о крепкой женской дружбе, помогающей преодолеть героиням патологическую невозможность любви. Межполовые отношения в фильме показаны как ложь, унижения и, конечно же, бесконечные побои. Интересно, что «зрелое», то есть просто нормальное, а не дебютное кино (его на «Молодости» демонстрировали в программе «Фестиваль фестивалей») уже исследует следующий виток «гендерной» войны, когда женщины возвращают миру полученное от него насилие: и хиты прошлого киносезона («Кинопробы», «Остров»), и каннская сенсация-2001 «Пианистка» как раз повествуют о «взрывоопасных» женщинах, воспитанных в атмосфере физических истязаний и нелюбви.

Кстати, теме маскулинной агрессии посвящена и украинская короткометражка Оксаны Чепелик «Хроники от Фортинбараса». В роли пассивной жертвы в ней тоже выступает женщина, олицетворяющая ни много ни мало Украину. Картина интересна как попытка экранизации философской прозы (лента снята по мотивам одноименной книги эссе Оксаны Забужко), но еще раз доказывает, что выбрать актуальную тему куда проще, чем решить ее в актуальной эстетике. Самой же волнующей для молодых кинематографистов, пожалуй, является тема безнадежности провинциальной жизни. Как говорит героиня бразильской «Нулевой широты», «мужчины здесь не выдерживают: они либо спиваются, либо сбегают». Женщинам же полагается выживать, чтобы заботиться о детях и спивающихся мужчинах. О том, чего им это стоит, — и бразильская драма Тони Вентури, и словенская лента Яна Цвитковича «Хлеб и молоко». Спастись из провинции можно только бегством: в скотовозке в Сан-Паоло уезжает героиня «Нулевой широты», в поездах — герои «Забыть Америку» (Германия) и словацкого фильма «Анна и ее братья», охотно меняет малую родину на столицу герой французской картины «Любови детства». Судя по всему, следующей волной будут «фильмы-возвращения» под девизом «от себя не убежишь» (как в сюжете легендарной песни «На пыльном перроне один чемодан...», ну и т. д.).

На постсоветской территории, впрочем, свои проблемы. Одно время украинские кинематографисты горько шутили, что у нас в стране если и снимается кино, то сугубо патриотическое. Мы и правда в этом жанре многое успели, но не преуспели. Так что кинодебюту латышского режиссера Айгарса Грауба «Опасное лето» можем только позавидовать. Он снял динамичную историю о том, что девушки любят молодых и веселых, а не старых и богатых, даже если завтра война и родина в опасности, и у него вышла (в отличие, к примеру, от отечественного боевика «Непокоренный», где слово «патриотизм» произносят куда чаще, чем «любовь») славная историческая мелодрама: как раз то, что надо для формирования экранного образа привлекательного прошлого нации.

Что же касается современного героя, то тут и украинские, и российские режиссеры «проголосовали» за простого бандюка («Мойщики автомобилей» Владимира Тихого и «Сестры» Сергея Бодрова-мл.). Причем в «Сестрах» бандиты по-рекламному привлекательны, но выглядят натуральней, чем неприглядные хулиганистые типы в кожанках из «Мойщиков автомобилей», да сама лента придумана куда затейливее: точно и без мелодраматических перегибов рассказана история психологических взаимоотношений нелюбимой дочери от первого брака с матерью, младшей сестрой и отчимом-бандитом, живо написаны диалоги. И хотя трудно принять идеологию этой ленты («Мойщики...», хоть и беззубы, а все же криминальными типами не умиляются), «Сестры» — один из немногих (я бы назвала еще «Нулевую широту» и «Забыть Америку») «взрослых» фильмов в конкурсе нынешней «Молодости».

Я не то чтобы возражаю против фильмов «в струю» — я просто скептически отношусь к исполнению «по заказу» или «на тему». Социальный заказ, по моему глубокому убеждению, — коррозия искусства, но, как еще раз убеждаешься, смотря фильмы «молодых и отвязных», глубоко въевшаяся и, кажется, вполне добровольная. К сервилизму молодых кинематографистов подталкивает, вероятно, и стремление найти деньги на фильм в разных социальных фондах, без которых сложно снять и трехминутное видео, не то что полноценную полнометражную ленту.

Еще и потому так контрастно на фоне дебютного кино смотрелись фильмы программы «Фестиваль фестивалей». Легко ли, да и так ли уж важно, к примеру, определять, о чем снял Жан Жене свою «Амели»? Или кореец Ким Ки Дук «Остров»? Тут не отделаешься стандартным ответом, потому что кино это «индпошивочное». Например, тему «Острова» я бы сформулировала так: жить сложно и больно, но очень красиво.

Ну, в общем, за красоту!