У меня много знакомых. И, знаете, как иногда бывает, — один человек расскажет о чем-нибудь, потом — другой на эту же тему, и потянулась цепочка похожих историй. В моем случае несколько дней подряд поступала от разных людей информация о межнациональных отношениях.

Ольга начала преподавать русский язык детям иностранцев, которые живут в Киеве. Через месяц общения услышала от некоторых деток: «А мне не нравится украинское — мороженое, конфеты». Ну не нравится, бывает. Вот мне, например, украинские дороги не нравятся.

Людмила долго работала в американской фирме и рассказывала, что иногда замечала не очень хорошее отношение к нашим реалиям и людям, «но они виду не подают, их перед приездом сюда инструктируют. А в семьях от детей настроение не скроешь».

Марина посетила Лондон: «Я раскрыла газеты и была потрясена — крайне антирусские настроения! Англичане не любят русских еще со времен Крымской войны». На что другая моя знакомая резонно заметила: «А кого они вообще любят?» Еще один человек, побывавший в Шотландии, узнал, что местные жители считают русских и украинцев одной нацией. Он им говорит: «Тогда англичане и шотландцы — тоже одна нация». Те начали резко возражать... Все кого-то не любят, просто наваждение какое-то. Говорят, многие люди в США сейчас очень не любят арабов.

По закону бумеранга их, этих многих, тоже кто-нибудь обязательно должен не любить.

А мне пока везет — детей иностранных не учила, газет английских не читала, в иностранной фирме не работала, знаю об этих явлениях только понаслышке и не то, чтобы не верю, но отношу их к разряду исключений или отклонений от нормы. Меня вообще в духе интернационализма воспитали. Поэтому я всех люблю, особенно японцев.

Этой осенью в Украинском доме проходил вечер демонстрации искусства икебаны. На сцене — стол длинный, на нем — ваза и поднос с цветами, листьями и ветками. За столом стоит одетый в кимоно профессор Ито Масао и создает на глазах у зрителей живые композиции. Первая готова, ее переносят на маленький столик у края сцены, появляется следующий поднос с новыми цветами. К концу вечера перед нами предстало восемь прекрасных произведений. А действия свои мастер сопровождал рассказом.

«До XVII века искусством икебаны занимались только мужчины. Раньше мастера ходили за цветами и ветками в горы. Сейчас бывает сложно собрать материал. Кстати, большое спасибо Киевскому ботаническому саду, который подарил все растения для сегодняшнего вечера».

Ито Масао делает композицию для токонома — так называется ниша для букета в традиционной японской комнате, где принимают гостей. Получился простой, на первый взгляд, неброский букетик из маленьких желтых хризантем на стеблях разной высоты. Правильно составленная цветочная композиция заключает в себе целую философию, изучая которую, вы сможете постичь «ваби-саби» — прелесть обыденного, очарование простоты. Вам откроется «моно-но аваре» — очарование вещей, неповторимая красота, которая скрыта в каждом предмете, и умение ее распознать дает человеку ощущение гармонии с окружающим миром.

Составляя композицию, в которой объединились ветвь цветущей азалии, листья ириса и оранжевый огонек физалиса, говорит: «Азалия — очень счастливый цветок. Раньше японские девушки до замужества обязательно занимались икебаной, соединяя различные материалы в одной композиции. Можно сравнить букет из различных растений с семьей. Жена — одно качество, муж — другое, его родители — еще одно... Так учили — разные материалы в одной композиции могут дружить, могут хорошо относиться друг к другу. Раньше знали такой смысл».

Следующая работа — из веток калины красной и белоснежных хризантем. Мастер срезает листья: «Так будет больше воздуха. А этот стебель — туман. В Украине бывают туманы? В этой композиции — недоговоренность, непонятность, как в детективе, можно назвать ее мистерия».

«А сейчас я буду показывать украинский флаг. На вашем флаге желтый цвет внизу — это земля или пшеница?» На столе рядом поставил две пластиковые бутылки, в одной сотворил из цветов украинский флаг, в другой — японский. «Синих цветов не нашел, пришлось взять фиолетовые. Японский делать проще — белые и красные цветы легче отыскать. Получилась украинская земля и японская земля, а зеленые стебельки их соединяют». Почему в бутылках? Чтобы доказать, что можно везде заниматься икебаной, например, на даче при отсутствии изысканных ваз.

Прощаясь, Ито-сэнсэй сказал: «Спасибо, я сделал все это с вашей помощью. Давайте возьмемся за руки и создадим счастливый мир благодаря икебане. Икебана — искусство без границ, на нее можно смотреть одинаковыми глазами. Желаю вам здоровья. Скоро зима, берегите себя».

Зачем создавать букет, век которого столь недолог? Нашла ответ в учебном тексте про икебану: «В комнате, где мы живем, икебана предстает словно чистое и волшебное творение, способное дышать, разговаривать, петь и утешать того, кто ее созерцает».

А может быть, икебана — это искусство жизни? Давайте попробуем создавать каждый свой день, как букет, в котором присутствуют люди, деревья, птицы, звери, улицы, дома, и все они дружат. Встреч с теми, кто кого-то не любит, не избежать, но мы не будем включать их в композицию... Берегите себя.