Но и это не предел — Якубович, мы уверены, заманит всю Украину и в «Диканьку». Именно такое название получил новый проект, осуществляемый компанией «Разборн-TV» на телеканале «Интер». Буквально с дня на день на экране появится Леонид Якубович и «вишуканою українською мовою» пригласит телезрителей в увлекательный мир новой телеигры. Вообще-то Якубович очень редко дает интервью. Делает исключение только для газет Издательского дома «CN-Столичные новости». Сегодня — новая встреча с «шоуменом на все времена».

Ему присваивались звания как вполне официальные (заслуженный артист России, академик телевидения, лауреат премии ТЭФИ, кавалер ордена Орла), так и прозвища (Народный Буратино России, Юный Барабанщик, Дедушка Пятница, Полевой Командир Всея Руси и даже Рекламная Пауза...)

Я же, тогда корреспондент «Красной звезды», с первого интервью понял: все значительно сложнее. Якубович одновременно артист, дидактик, целитель, оратор, заводила, писатель, властитель дум и тайных надежд огромного числа людей в России и ближнем зарубежье. И я решил вести такой своеобразный дневник: записывать все, что он говорит, о чем рассуждает, как спорит. Когда спустя несколько лет Леня узнал, что я готовлю книгу о нем, он продемонстрировал полнейший пофигизм к моей работе. Но все же нет-нет да и приглашал меня «на поговорить».


Но в самый первый раз, в 92-м, я обратился к нему как к аукционисту (случайно увидел торги и был поражен: парень работал классно!). Тогда по поводу гонорара он сказал так: «Живу я с таких приработков — факт, поскольку телевидение установило мне зарплату на уровне посыльного. Но даже если мне придется сесть на сухари и воду, рука не поднимется взять деньги с людей военных».

Леня родился 2 августа 1945 года в Москве, в семье вернувшихся из-под Кенигсберга фронтовиков. Он весь оттуда — из московской коммуналки, из двора, переулков и улиц, из школы, друзей, вуза, КВНа, ЗИЛа... Словом, все доброе, чистое и надежное, что было в нашей прошлой жизни, он сохранил в себе. Параллельно с работой на заводе он писал сценарии для телепередач «А ну-ка, девушки!» и «А ну-ка, парни!», эстрадные миниатюры (с его «Старшиной» прославился на всю страну Володя Винокур), в 79-м стал профессиональным эстрадным автором. На первом конкурсе красоты в Лужниках (где победила Маша Калинина) судьба свела его со «взглядовцами».


Многие считают Якубовича везунчиком, но он свое место под солнцем «головой пробил и жопой протаранил». При Листьеве на «Поле...» он пахал как проклятый. В черном теле держал Влад своего верного помощника, к финансовым вопросам на пушечный выстрел не подпускал. Потом, раскрутив «Поле чудес» и придумав для себя «Тему», Влад объявил конкурс «заместителей». В первый съемочный день Якубович, как он сам выразился, «едва умом не тронулся от страха и зажима». После третьей по счету записи твердо решил: «Ухожу! Обратно на эстраду, в писательство». Но... пришел на съемки четвертой, а там целый синклит — Разбаш, Любимов, Демидов — хором говорят зрителям о нем нечто похожее на представление к званию Героя: дескать, на небосклоне ТВ взошла невероятная, сияющая, новая звезда... Громом аплодисментов Леню купили навсегда. Мне кажется, Листьев завидовал дико возросшей популярности ученика и потому замену на «Теме» превратил уже в фарс: дескать, вот тебе, неблагодарная дура-публика, вместо меня, красивого, картавая бой-баба. Но Аркадьич всегда деликатно обходил этот вопрос и в интервью неизменно восторженно отзывался об учителе и друге. После 1 марта 95-го он вбил себе в голову, что вторым «закажут» его. Мы с Ярмольником наперебой его убеждали: «Только экзальтированные девушки верят, будто Влада убили как символ народной любви. Безденежным символам ничего не грозит...» Даже к врачу Леню спровадили. Успокоился и заявил: «По своей воле программу не оставлю никогда, мне ее завещал Влад. Сдать «Поле» — значит подвести память о нем».


Коммуникабелен Якубович поразительно. Его может остановить случайный прохожий на улице, и разговор затянется надолго. Но сам он никогда не подойдет к незнакомому человеку. Потому что (вы будете смеяться) стесняется... Таких парадоксов в его натуре хоть отбавляй! Обычно Леня жизнерадостен, но и хандра ему не чужда. За словом в карман никогда не лезет, но приличных слов в его многочисленных карманах мало. Он — лучший друг всех попрошаек и юродивых: в джипе под зеркалом всегда есть мелочь, которую он раздает перед светофорами. Но подозреваю, что на самом деле он не такой уж любвеобильный, — просто так воспитывает себя. Он бывает и раздражительным, и подозрительным, и мелочным. А если в ударе, способен мертвого рассмешить. Ужасно любит делать подарки, в поездках накупает всяких-разных штуковин («По большому счету, имеешь лишь то, что даришь...»). Чистоплотность у него частенько превращается в чистоплюйство. В бане он поддает пар до тех пор, пока у сидящих глаза на лоб не полезут. Обожает охоту, бильярд, шахматы. Любит поесть и выпить, хотя культа из еды и питания не делает. Не делает его из одежды, работы, политики, экономики, погоды. Из себя тоже не делает — этим занимаются другие.


В 74-м он женился на солистке ансамбля «Горожанки». А в 95-м развелся. Как я понимаю, Галя — старший экскурсовод ВДНХ — искренне полагала, что штамп в паспорте дает ей право и помыкать Леней, и скептически относиться к достижениям мужа, и игнорировать его возросшие потребности. Развязка не заставила себя ждать... Именно тогда Якубович стал говорить в интервью: «У меня нет жены. Я живу у Ярмольника. Ленька замечательно готовит, а Макар приезжает к нам белье стирать. Готовить Макаревич ведь вообще не умеет, это он только передачу вести горазд, а сам даже яичницу пожарить не способен. Пельш — наш приемный сын, он гладит после Макара».

К 50-летию ВиД сделал ему царский подарок: квартиру с телемонитором и сигнализацией. А 28 марта 1998 года Леня сделал подарок себе: у него родилась Варенька. С Мариной они живут в гражданском браке, каждый в своей квартире. С сыном общается в высшей степени неординарно. Артем может сказать: «Леня, не бери в голову», — и, случается, помыкает отцом. Однажды при мне попросил у отца денег на поездку в Англию. Получил, поблагодарил, а когда вышел, Леня, помотав головой, сказал: «Что-то в лесу определенно сдохло, если он сказал «спасибо».


Передачи у него складывались по-разному. Как-то позвонил: «Посмотри завтра мою программу, полковник. Первое у меня грустное «Поле чудес».

Да, теледейство так царапнуло душу, что кричать захотелось. Стояли возле барабана великовозрастные оболтусы, кровные наследники выдающихся военачальников Великой Отечественной, и никто ничего не смог сказать о своих великих предках. Леня потом казнился: «В детской беспамятности виноваты взрослые. Мой Артем должен бы поинтересоваться тем, где и как воевал его дед, мой отец. Но если я никогда с ним на эту тему не заговорю, откуда у него появится интерес?»

Аркадий Якубович давно умер. А мама жива, души не чает в Ленечке. Как-то при мне он позвонил ей: «Почитай сегодня «МК». Там списки врагов народа, и среди них твой сын».

Якубовича причислили к «Продажным сионистским СМИ» (по версии РНС — Русского национального союза). Леня потом не без удовольствия упоминал в разговорах этот список, где он пребывал в компании с Попцовым, Киселевым, Митковой, Политковским, Любимовым, Гусевым, Курковой, Кабаковым... Потом вдруг «МК» с упорством, достойным лучшего применения, стал «наезжать» на «Поле...». Якубович в запале заявил: «Телевизионная критика на меня не действует, да ее и не существует. То есть не просто нет такой буквы в этом слове — нет самого слова».


Но с каких-то пор он начал понимать: самый худой мир со средствами массовой информации лучше всякого добротного скандала (к чему, грешен, я его подталкивал). И вскоре на тех же страницах появилось весьма благожелательное интервью с ним. Его даже называли претендентом на звание человека года. А апофеозом похвал можно считать фразу: «Не знаю, как Россия и Украина разделят Черноморский флот, но если вдруг ОРТ прекратит транслировать «Поле чудес», то даже самые ярые враги москалей точно отроют томагавк войны».

На одной из записей «Поля...» у Лени от перенапряжения пошла кровь из носа. Он тогда еще и снимался в кино («Московские каникулы»). «Существует такое понятие — товарищество. Мне позвонил Ярмольник, сказал, что Аллочка Сурикова, замечательный режиссер, давно простаивает, и было бы неплохо вместе сняться у нее. Мы пошли. И работали бесплатно. Потому что товарищи, понимаешь?» А еще он ездил по стране с концертами. Вынашивал новые проекты на ТВ. Учился летать. Шефствовал над Мавринской церковью Владимирской Божьей Матери. На ее ремонт отдал все свои сбережения до копейки — потом просил у меня взаймы, чтобы заправить свой джип. Не раз возил туда вещи, после компьютера хотел доставить пару телевизоров и видиков, да отец Евгений отказался от таких даров развратных... Когда Леня крестился, не всегда благосклонно настроенное окружение расценило это как хитрый расчетливый ход: дескать, некто из телевизионного начальства обеспокоен засильем на ТВ евреев, и Якубович застраховал себя от увольнения (православного ведущего, дескать, не тронут). Я этот факт комментировать не хочу. Меня куда больше впечатлила Ленина фраза: «Бог за всеми нами наблюдает. Он каждого умного человека снабдил автоматическим датчиком — совестью».

Узнав о соревнованиях бильярдистов-инвалидов, он сел на телефон, куда-то звонил, с кем-то ругался, но пробил на призы два телевизора и видеомагнитофон.


Артем Тарасов пригласил его под ветви «Кедра» (Экологической партии) вместе с другим харизматическим деятелем — Евгением Матвеевым. Леонид тогда сказал мне: «Я вступил на этот путь не ради славы или материальных благ — того и другого на мой век хватит. Но не мне тебе говорить: если ты не интересуешься политикой, она тобой все равно займется. А в «Кедре» хоть не так стыдно находиться, как в других ублюдочных объединениях. У меня есть жуткие фотографии десяти детей, девять из них — без левой руки. Они родились в радиусе около ста километров от никелевого комбината. Я знаком с Сергеем Шойгу, просто восхищаюсь им и верю ему: половина того, чем занимается МЧС, — следствие экологических преступлений. У нас стало нормой экономить на здоровье людей, а право на отдых реализуемо только на кладбище».

В 96-м году он с энтузиазмом выполнял поручения избирательного штаба Ельцина. За «Поле чудес» с куклами претендентов на высшую в стране должность там сразу ухватились. Сообразили: 40 минут, что куклы простоят у барабана, в народном сознании сделают для Ельцина больше, чем месячные бдения сотен чиновников из штаба. То, что Борис Николаевич не лучший вариант, Леня понимал — но выбирали мы, как всегда, из двух зол. Якубович и Юрий Николаев совершили тогда перелет по маршруту Нижний Новгород — Уфа — Курган — Кемерово, где публика с воодушевлением участвовала в «Поле чудес» и «Утренней звезде».

Потом Леню пригласили на национальный праздник в Киргизию. После умопомрачительных фейерверков, скачек и прочих трюков он появился в своем неотразимом фраке, бабочке и... на осле. Стадион взорвался! Люди визжали, свистели, топали ногами и радовались, как радуются маленькие дети, увидев знакомый сказочный персонаж. «Я впервые зримо ощутил, сколь причудливо порой выражается людская любовь. Ну, может, и не любовь даже, нет, а такое доброе человеческое отношение ко мне, очень на любовь похожее». Он раз пять или шесть посылал денежные переводы совершенно незнакомым людям, которые, на его взгляд, действительно нуждались. Команде одного из кораблей Тихоокеанского флота отправил несколько телевизоров и дюжину мячей (купив все это на собственные деньги). Когда дотошные журналисты обнародовали сей факт, на ТВ центнерами пошли письма от жаждущих на халяву получить денежки. Но уровень достигнутых Якубовичем жизненных благ кажется высоким лишь на фоне нашей вселенской бедности. На Западе со столь оглушительной популярностью он имел бы в сотню, если не в тысячу раз больше. Да и у нас тоже, будь он попронырливее. Давно в «мерсе» ездил бы, а не на стареньком «чероки». К слову, водитель Леня от Бога! Может провести за рулем 24 часа в сутки и не устать. Он так уверенно чувствует себя за баранкой, будто она — продолжение его рук...

Перед 850-летием Москвы он откликнулся на просьбу симпатичного ему Лужкова и на аукционе столичного автозавода так «завинтил» публику, что легковушка «Князь Владимир» ушла за 95 тыс. долл. Некоторые потом подходили и интересовались: «А не скажете, Леонид Аркадьич, зачем мы приобрели такие колеса за такие бабки?» Не ска-ажет...

Из Германии он вернулся растерянным: «Мишаня! Это ж можно умом тронуться — они там построили то, о чем мы здесь со всех трибун семь десятилетий талдычили. Ей-Богу, построили! А мы... У нас же подавляющее большинство до сих пор на рабочем месте барщину отбывает или в козла стучит. И за что я в свой народ такой влюбленный?..»