О перипетиях грядущего предвыборного марафона корреспондент «СН» беседует с доктором политических наук, профессором, автором полутора десятка книг о маркетинге и менеджменте избирательных кампаний, ректором Межрегиональной академии управления персоналом Валерием Бебиком.

— Валерий Михайлович, какой вы видите выход из ситуации, сложившейся вокруг нового закона о выборах?

— То, что происходит, — это вполне естественный процесс. В политическом маркетинге есть такое понятие, как избирательная инженерия. Избирательный закон — это, в принципе, легальный, скажем так, способ использования людьми, находящимися при власти, своих преимуществ для влияния на процесс формирования кадрового состава представительских органов власти. Естественно, без борьбы тут не обходится. Это не только украинская специфика, — в любой стране партия или группа политиков, приходящая к власти, начинает переделывать избирательное законодательство «под себя». Выход? Безусловно, нужно работать, согласовывать интересы и т. д. Возьмем хотя бы норму о формировании участковых избирательных комиссий партиями, преодолевшими на выборах 1998 года четырехпроцентный барьер. То есть исполнительная власть оказывается как бы ни при чем. Между тем на деле обеспечивают работу участковых и окружных избиркомов именно местные власти. Было с самого начала ясно, что Президент не подпишет закон, устраняющий их от организации выборов. В Германии, например, партии, конечно же, принимают участие в работе избиркомов, однако списки избирателей готовит министерство внутренних дел. Как видим, там эта задача вообще возложена на полицию. Естественно, все происходит в полном соответствии с буквой закона, под жестким контролем, то есть никакого «разгула демократии» нет и в помине... Да, политические партии должны участвовать в формировании избиркомов, — но почему только те, которые преодолели четырехпроцентную планку на прошлых выборах? Что же касается закона в целом, то большой проблемы я здесь не вижу: депутатам нужно все же еще раз сесть и хорошенько поработать. Вероятно, должна быть какая-то согласительная комиссия, которая и гармонизовала бы все спорные вопросы...

— А что вы думаете о сроках избирательной кампании? Лидеры некоторых партий жалуются, что если предвыборный марафон будет длиться не полгода, а три месяца, их организации не успеют собрать необходимое количество подписей в свою поддержку...

— Думаю, для сбора «автографов» нужно около месяца. Возможно, есть смысл сократить какие-то другие этапы избирательной кампании. В принципе, многие партии уже активно «бомбят» электорат своими рекламными роликами («Яблуко», Партия зеленых и прочие), объединенные социал-демократы вообще целый канал оккупировали — по Интеру только о СДПУ(о) и слышишь. В Чернигове «Наша Україна» все своими плакатами обклеила, — блока де-юре еще не существует, а реклама уже идет. Но ничего страшного в этом нет: согласно избирательным технологиям, подготовку к очередным выборам надо начинать на следующий день после окончания предыдущих. Сенаторы и конгрессмены в США, к примеру, так и поступают, даже рассылают избирателям видеокассеты с отчетами о своей депутатской деятельности...

— В чем, на ваш взгляд, заключается негативное влияние близящихся выборов на политическую ситуацию в стране?

— Естественно, предвыборная лихорадка в определенной степени парализует как законодательную, так и исполнительную ветви власти. Дискомфорт ощущают, надо полагать, и министры, чей статус «политических фигур» сегодня и без того совершенно непонятен в связи с введением института госсекретарей. Разумеется, человеку, знающему, что до окончания срока его полномочий осталось всего несколько месяцев, уже не до построения стратегических планов: он изыскивает способы удержаться в своем — депутатском ли, министерском ли — кресле. То есть жизнь — если под этим словом понимать развитие, прогресс — замирает. В любой стране, повторяю, не только в нашей. Наглядный пример — сегодняшняя Польша: левые полагали, что смогут сформировать однопартийное правительство, однако не добрали необходимых для этого 16 мандатов. Теперь им нужно думать, с кем и как создавать коалицию. Разумеется, пока стороны не достигнут договоренности, исполнительная власть будет полностью парализована. Я об этом знаю не понаслышке (там работает филиал МАУП), так, представьте, оказалось, что все вопросы лицензирования и аккредитации, прежде легко решаемые в Министерстве образования, сегодня рассматривать практически некому. Старые чиновники уже не хотят ничего делать, а новые еще не пришли... Казалось бы, в политически стабильном обществе все должно быть иначе. Так нет же: американцы несколько месяцев решали, кого же они все-таки избрали президентом, — хотя они делали хорошую мину при плохой игре, но признаки политического кризиса были налицо. Атака террористов обозначила военный кризис — Пентагон разбомбили, куда уж дальше... Выходит, Америке до системного кризиса осталось совсем немного: достаточно резкого падения доллара, чтобы мы имели дело уже с «экс-США»... Во всяком случае, с политической и политологической точки зрения, анализ показывает, что Штаты в настоящее время балансируют на грани развала... Как раз недавно защищалась докторская диссертация на тему «Америка как глобальное государство». У будущего доктора наук спросили: «Сколько вы отводите США?» Он ответил, что от 15 до 50 лет. Думаю, 15 лет — это много: мир настолько динамичен, что все процессы в нем протекают быстрее, нежели поначалу предполагается. А чтобы предотвратить такую катастрофу, Америке нужна «небольшая» победоносная война. Однако у террористов войну выиграть сложно. Не вызывает сомнений лишь то, что все конфликты необходимо пытаться решать политическими средствами, путем поиска компромисса, гармонизации интересов...

— Возвращаясь к интересам наших «субъектов избирательного процесса»: не является ли их стремление давать своим блокам похожие названия — «Наша Україна», «За єдину Україну», «За красиву Україну» и т. п. — с точки зрения избирательного менеджмента, пагубным?

— Нет, это все пиаровские кампании. Идет клонирование: если есть «Наша Україна», значит, нужно придумать еще какую-нибудь «...Україну», чтобы запутать избирателя и отобрать голоса у Ющенко...

— И за кого же в итоге проголосует вконец запутавшийся избиратель?

— А он все равно будет спрашивать: «А Ленин в каком Интернационале?..» А если серьезно, смотреть и в самом деле будут в первую очередь, так сказать, на лица из первой пятерки. Опыт предыдущих кампаний свидетельствует: с программами как участвовавших в выборах партий, так и отдельных кандидатов знакомились от силы 5—7 процентов избирателей. В основном голосовали за конкретных людей. Нет оснований прогнозировать, что в этот раз все будет по-другому: известные личности Ющенко, Азаров, Тигипко, Симоненко, Медведчук и т. п. — следовательно, на них и будут ориентироваться соотечественники. Другими словами, если речь идет о партийных списках, то смотреть будут, конечно же, на первую пятерку. Все партийные программы написаны в равной степени хорошо и, в принципе, одной и той же группой аналитиков. А выборы — это, с точки зрения маркетинга, политическая ярмарка, где каждая партия стремится «продать» себя, свою программу, своих лидеров. Избиратель же, в свою очередь, «покупает» (или не покупает) предлагаемый ему товар, передоверяя той или иной силе на четыре года свой политический голос. Есть два типа политической культуры — западный и восточный. Первый характеризуется ориентацией преимущественно на политическую структуру в целом, на ее программу и т. п., второй — ориентацией на лидеров. Несмотря на географическое положение Украины (а может, как раз в силу этих причин) нам пока ближе восточный тип политической культуры. Особого доверия к партиям народ еще не испытывает, да оно и не могло возникнуть за минувшие десять лет. Тем более что в советскую эпоху у многих из нас прямо-таки аллергия выработалась на слово «партия». Для преодоления в том числе и этого психологического барьера нужно время.

— Прогнозируете ли вы применение в грядущей избирательной кампании каких-либо оригинальных, свежих политических технологий?

— Чего-то супероригинального я не жду, поскольку избирательные процессы в разных странах во многом схожи. Разве что на уровне нюансов. Например, привлечь к себе внимание общественности можно посредством созыва множества журналистов и оглашения текста письма к известному лицу с предложением заключить какой-нибудь союз или подписать какой-нибудь договор. Адресат, в свою очередь, выражает — в присутствии не меньшего количества прессы — согласие встретиться и обсудить все детали. Диалог на высоком уровне продолжается, а тем временем никого уже не интересует, будет ли подписан договор, из-за которого разгорелся весь этот сыр-бор, — да это, в принципе, и не важно...

— Как вы думаете, кое-кто из украинских политиков и в этот раз прибегнет к услугам зарубежных имиджмейкеров — в частности российских, поскольку дальше, похоже, аппетиты нашего политбомонда не простираются?

— Ну почему, можно было бы пригласить и белорусских, блестяще использовавших во время «выборов Александра Лукашенко» всю мощь административного ресурса. Распорядиться имеющейся властью ведь тоже надо уметь, правильно? Вообще, привлечение имиджмейкеров из-за рубежа — это нормальная практика, поэтому ради Бога, пусть привлекают... Правда, приезжие, как правило, не знают нашей политической ситуации, не чувствуют украинской ментальности. Да, они могут что-то придумать, исходя из реалий своей страны, — России, Америки и т. д., но они не в силах адекватно оценить реальное положение вещей, а следовательно — дать верные рекомендации. Тем более что в Украине уже достаточно и своих специалистов, неплохо разбирающихся в тонкостях этого дела.

— Многие из них работают в стенах вашей академии. В то же время среди директоров и почетных директоров МАУП немало потенциальных соискателей депутатских мандатов, в том числе Виктор Ющенко, Борис Тарасюк, Борис Олийнык, Виктор Пинзеник, Геннадий Удовенко... Можно предположить, что дефицита квалифицированной помощи ваши коллеги не ощутят...

— Вы правы, кое-кто из наших сотрудников собирается принять участие в выборах. Однако это их личное дело, то есть МАУП не будет включать свой ресурс для того, чтобы поставить этим людям избирательную кампанию. Это для нас принципиально: мы — вуз, мы должны быть вне политики. Наши преимущества я в данном случае вижу в другом: согласно лучшим европейским и мировым традициям, если власть в стране поворачивается лицом к студентам, если яркие ее представители идут работать в университеты, можно быть спокойным за эту страну.

Что же касается системы подготовки профессионалов, действующей в нашей академии, то вот вам всего несколько фактов. Сегодня филиалы МАУП работают в семи странах мира, наши бакалавры поступают в магистратуры вузов США, Канады, Германии, Польши и т. д. Тем временем в этом году в Президентском университете МАУП учатся граждане в общей сложности 18 стран мира. С будущего года планируем ввести еще целый ряд интересных и востребованных специализаций, в том числе будем готовить экономических обозревателей для СМИ специалистов по политическому маркетингу и т. д. Другими словами, мы не занимаемся политикой дрязг, однако ведем большую политикообразовательную деятельность в Европе и Азии. Надеемся, в недалеком будущем наша страна перестанет нуждаться в зарубежных интеллектуальных инвестициях, — напротив, во всем мире будут пользоваться спросом украинские специалисты.