«СН» продолжает серию публикаций в рамках совместной акции Издательского дома «CN-Столичные новости» и Интернет-проекта «Украина криминальная».

Когда появились первые сообщения о катастрофе российского самолета ТУ-154, принадлежавшего авиакомпании «Сибирь», сразу возникли две версии случившегося: террористический акт либо «работа» украинских ПВО, проводивших учения в Крыму. Отсутствие оперативной достоверной информации начало порождать самые невероятные слухи и домыслы.

После града сообщений информационных агентств, президенты Украины и России, военные которых принимали участие в маневрах с боевыми стрельбами на Черном море, выступили с опровержениями их случайной причастности к трагедии (правда, позицию украинского Президента озвучил пресс-секретарь президента российского). Поскольку в ближайшее время мы вряд ли узнаем окончательные результаты расследования причин катастрофы, есть смысл говорить лишь о тенденциях.

На этих учениях многое было впервые в истории Украины. Впервые они проводились совместно с Черноморским флотом России. Впервые украинские фрегат «Сагайдачный» и корвет «Луцк», а также корабль ЧФ РФ «Пытливый», оснащенные зенитно-ракетными комплексами «Оса», принимали участие в стрельбах по беспилотному самолету-разведчику ТУ-143, известному как мишень «Рейс». Впервые, согласно сообщениям украинского военного ведомства, тестировалась новая автоматизированная система управления (АСУ), призванная стать объединительным элементом для создания единого вида Вооруженных Сил на базе украинских Военно-воздушных сил и Войск противовоздушной обороны. А еще была впервые испытана новая система радиолокационного обеспечения подразделений Зенитно-ракетных войск (по всей видимости, речь идет о радиолокационной станции «Пеликан»), недавно изготовленная для украинских ПВО Государственным научно-производственным объединением «Искра». К тому же подразделения Войск ПВО освоили новый район в местности со сложным географическим рельефом, окруженным господствующими высотами, что усложняет работу военных подразделений Радиотехнических и Зенитно-ракетных войск.

Стрельбы комплексов ПВО проводились в рамках плановых тактических учений в период с 28 сентября по 12 октября на территории 31-го исследовательского центра Черноморского флота России в районе мыса Опук (Крым). Как передавали информагентства, были проведены стрельбы зенитно-ракетных комплексов С-200, С-300, С-125, комплексов «Бук», «Куб», а также оперативно-тактическими ракетами Р-300. Кроме того, поражение воздушных целей осуществляли звенья истребителей МИГ-29. За стрельбами наблюдали делегации семи стран.


Первое предположение о причинах гибели самолета сделали американцы. Специалисты считают, что США могли отследить ситуацию на учениях ПВО в Крыму только при помощи двух американских низкоорбитальных спутников из серии LACROSSE и IMPROVED CRYSTAL. Спутники только этих серий осуществляют мониторинг ситуации на постсоветском пространстве. Спутники обеих серий запускаются по заказу ЦРУ и офиса военной разведки США.

Именно американцы 21 октября 1999 г. своими спутниками отследили пуски двух российских ракет малой дальности, выпущенные из Моздока и угодившие в рынок Грозного, что привело к многочисленным жертвам среди мирного населения. Показательно, что Минобороны России тогда не призналось в пуске своих ракет «Точка», называемых на Западе SS-21.

В нынешней ситуации Пентагон не заявлял категорично, что российский ТУ-154, упавший 4 октября в Черное море, был сбит ракетой от украинского зенитно-ракетного комплекса ПВО во время учений в Крыму. Представители американского оборонного ведомства лишь сделали такие предположения, а категоричности их заявлениям добавили журналисты. А France Presse, со ссылкой на якобы представителя Военно-морских сил Украины Игоря Ларичева, передало признание последнего в том, что самолет сбила украинская ракета. Позже выяснилось, что Ларичев — представитель не ВМСУ, а ЧФ РФ, и пресс-служба последнего поспешила заявить, что не давала официальных комментариев, но этого никто не услышал. «След был найден», прессе дан повод для поиска комментариев, а официальным лицам — необратимость втягивания в сомнительные дебаты.

Поиск украинского следа случается не впервые. Когда миру стало известно о трагедии «Курска», виноватыми тотчас попытались сделать украинские бомбардировщики дальней авиации ТУ-22М3, задействованные в учениях вблизи от «Курска». Еще раньше, когда один из запусков украинской ракеты «Зенит-3SL» в рамках международного проекта «Морской старт» закончился неудачей и самоликвидацией ракетоносителя, стрелки также оперативно перевели на украинских разработчиков. Это лишь самые яркие примеры. В целом же, страдает тот, кто не умеет оперативно предоставить аргументированную информацию, у кого слабее информпространство. Максимальный эффект дают сообщения по горячим следам, а выводы комиссий интересны лишь экспертам...

И на этот раз момент для обвинений выдался подходящий. Еще не забылась трагедия 1999 г., когда тактическая ракета «Точка» угодила в жилой дом и погибли люди. Украинские Войска ПВО получили собственный полигон лишь в 1996 г. (при Советском Союзе на территории Украины такого полигона не было). За это время здесь «отстрелялось» лишь 64 проц. зенитно-ракетных подразделений. Не спишешь со счета и постоянные отключения электроэнергии украинским «пэвэошникам», что в принципе ставит под сомнение возможность выполнения боевых задач. Среднее время годового налета летчиков Войск ПВО — 10—12 часов по сравнению со 140 часами в странах НАТО — тоже не в пользу украинской армии. Да и стреляют украинцы давно устаревшими ЗРК, не менее 30 проц. которых требуют модернизации. И если соседняя Россия уже собирается с 2002 г. поставить в войска новые ЗРК С-400 «Триумф», то украинские зенитчики вынуждены ориентироваться на С-125 и С-200. А как иначе, если батарея С-300ПМУ стоит 50 млн. долл., С-400 оценивают в 60—70 млн. А Вооруженные Силы Украины на все вооружения в будущем году в лучшем случае получат 100 млн. долл. Сопоставив это с новой АСУ и новым «тяжелым» районом учений, сразу хочется заявить, что именно военные сбили самолет. Если добавить, что в бюджете-2002 финансы на боевую подготовку могут быть урезаны в три раза, подумать есть над чем...

И все-таки, все это не есть основание для вывода: именно ракета украинских ПВО сбила ТУ-154.


В целом, существует достаточно много аргументов, призванных убедить в том, что версия с «украинским следом» по крайней мере спорная. Но эти аргументы мало кто хочет услышать. Даже несмотря на сообщения МО Израиля о том, что эта катастрофа, вероятнее всего, дело рук террористов (особенный вес заявление приобретает после цитаты агентства Reuters, которое приводит слова представителя авиакомпании «Сибирь» о том, что самолет вообще должен был лететь иным маршрутом), почему-то прижилась версия с «украинским следом». Такое предположение свежее, оно порождает коммуникативный процесс. В виде предположений, обвинений, опровержений.

Многие помнят, как долго появлялись на свет результаты экспертизы падения ракеты «Точка» в Броварах. Вряд ли и в этом случае можно надеяться на быстрое расследование причин трагедии, особенно принимая во внимание заявление некоторых экспертов о том, что «черные ящики» ТУ-154 найти вряд ли удастся. Но и спешить с выводами не стоит.

Подготовлено по материалам Defense-ua.com