В прошлом году ситуация на отечественном хлебном рынке была накалена до предела. Дефицит зерна, порой искусственно спровоцированный некоторыми заинтересованными лицами, был «затемнен» махинациями, связанными с приватизацией хлебоприемных пунктов и элеваторов, и обильно сдобрен хищениями ГСМ в крупных размерах.

В нынешнем году собран богатый урожай, и многие популярные противоправные механизмы хищений, казалось бы, потеряли смысл. Но оперативники изначально подозревали (и, как показала жизнь, справедливо), что и «хлебная сытость» не лишит аппетита махинаторов разного калибра. Как только были обнародованы сведения о нынешнем урожае, предложение значительно превысило текущий спрос, и цена на зерно начала падать. Чтобы утешить хлеборобов, правительство рекомендовало Госрезерву и ГАК «Хлеб Украины» производить закупки продовольственной пшеницы по «хорошей» цене, приблизительно на сто гривен превышающей ту, что стихийно сложилась на рынке. Эта информация была подхвачена отечественными СМИ. Однако зерно, закупленное «с благими намерениями», сулит государственным перерабатывающим предприятиям убытки уже в ближайшей перспективе. Произведенная ими мука, соответственно более дорогая, не сможет конкурировать с продукцией частных мельников, купивших зерно по «нормальной» цене. Частные же хлебозаводы, а таковыми являются сейчас практически все, никто не заставит приобретать сырье для булочек по «социально правильным» ценам. Поэтому госпредприятия от закупок зерна отказываются или всеми правдами и неправдами закупают его по рыночному прейскуранту.

Некоторые из них, по словам оперативников СБУ, молниеносно освоили новую «схему» закупок. Делается это так.

Представителю сельхозпредприятия, желающему сдать в Госрезерв зерно по льготной цене, рисуют малорадостную перспективу. Мол, партия товара у него маленькая — негосударственных масштабов. И если ее и возьмут (что вряд ли), то оформлять отдельной документацией такую никто не станет. Во всяком случае, причитающееся им пахари получат очень не скоро... Но есть возможность получить живые деньги уже сегодня, говорили аграрникам в государственной структуре. И называли конкретную фирму, которая производит расчет прямо на месте, правда, приобретает зерно по коммерческой цене, то есть значительно меньшей. А потом все просто, как яблоко: коммерческие структуры формируют из зерна фактически ограбленных сельхозпредприятий крупные партии пшеницы, которую и сдают на предприятия Госрезерва по названной правительством цене, получая «на ровном месте» сотню гривен с тонны. К документации претензий нет и быть не может, а государственные средства, изысканные для поддержки отечественных зерновых хозяйств, оседают в карманах бизнесменов.

Прямолинейные административные меры еще менее эффективны в сфере внешнеторговых операций. Мировой рынок зерна давно и прочно структурирован. Традиционно украинское фуражное зерно (ячмень и пшеница) направляется в страны Ближнего Востока. Продовольственное же зерно вынуждено конкурировать с дешевой заокеанской пшеницей, которой предостаточно на рынке. Зерно, предназначенное на корм верблюдам, при посредничестве ряда транснациональных зерновых трейдеров, увидевших в Украине перспективного партнера, обычно направляется в пункт назначения морским путем.

Правда, опыта такого масштабного экспорта зерна, как фуражного, так и продовольственного, какой мы можем себе позволить в нынешнем году, у нас маловато. И это сказалось уже в августе нынешнего года, как только хлеб пошел на портовые элеваторы, которых в Украине, как известно, недостаточно. Мощность николаевского предприятия, например, позволяет загружать в течение месяца лишь по одному малотоннажному судну (20 тыс. тонн). Порт Рени справляется с одним таким судном в квартал и обычно работает, в силу своего географического положения, с молдавской пшеницей. Основные ворота для интенсивного вывоза зерна на сегодня — это только Одесский и Ильичевский портовые элеваторы, которые могут работать с судами типа «панамакс» (около 50 тыс. тонн) и загружают каждое максимум за неделю.

И вдруг в конце августа хлебный конвейер в этих двух перевалочных пунктах неожиданно замер. Элеваторы, загруженные под завязку, перестали принимать составы с зерном, а на рейде почему-то не оказалось ни одного готового принять зерно корабля. Одесса и Ильичевск жестко запретили заготовителям отправлять вагоны в их адрес.

Жизнь, нежданно застывшая в «горячих точках» украинского экспорта, напомнила о том, что мы пока освоили лишь азы рыночной экономики. Аналитические службы основных зарубежных покупателей зерна, оценив украинский урожай, спрогнозировали избыточное предложение на рынке и не сочли возможным приобретать ячмень и пшеницу по предложенным Украиной ценам.

Действенность рычагов такого влияния продемонстрировали транснациональные трейдеры — именно они-то и заказывают суда для транспортировки зерна. Разумеется, официальные ссылки на трудности с формированием корабельных партий, в связи с низкой пропускной способностью элеваторов, выглядели вполне правдоподобно, но все проблемы чудесным образом разрешились, как только закупочная цена на зерно опустилась до приемлемой для арабских покупателей черты.

Специалисты извлекают урок из ситуации. Прежде всего, считают аналитики, предстоит расширить сотрудничество ГАК «Хлеб Украины», которому принадлежит одесский элеватор, с зарубежными компаниями. А там и самой государственной компании следует попробовать протиснуться на мировой рынок как самостоятельному трейдеру — не боги горшки обжигают!

Изучив разные точки зрения на «хлебный вопрос», сотрудники подразделения продовольственной и экологической безопасности СБУ утверждают, что пора реализовать идею сплава зерна по старинке — на баржах от Чернигова до Одессы. Говорят, что некоторые иноземные коммерсанты, уловив тенденцию, делают первичные бизнес-прикидки, примеряясь к этому проекту. Кое-кто даже хотел бы заняться им монопольно. СБУ готова в любой момент подключиться к экспертизе предложений от перспективных инвесторов во избежание возможных махинаций — неровен час и на родных днепровских кручах облапошат...