Вдова покойного экс-битла Йоко Оно после гибели мужа сказала журналистам, что лучшим памятником Джону Леннону послужит то, что нигде и ни при каких обстоятельствах не будет упоминаться имя убийцы. «Нечего делать ему рекламу», — сказала она. Мы не рассматриваем данный материал как рекламу «террориста №1». Это одна из немногих попыток докопаться до причин, позволивших саудовскому миллиардеру Усаме Бен Ладену вознестись на террористический Олимп.

Уже в 1980 гг. читатель, просматривающий раздел «Кто есть кто в Саудовской Аравии», публикуемый в арабских журналах, обращал внимание на две фамилии — Бен Махфуз и Бен Ладен, красовавшиеся в первой десятке богатейших людей этой страны. К тому же их фамилии выпадали из ряда остальных, оканчивавшихся на «ибн Сауд», что означало принадлежность к правящей королевской семье. Действительно, примечательно, что в стране, где общая численность принцев и принцесс рода Саудитов в то время превышала 30 тыс. человек, на 4-й и 7-й позициях по объему капитала находились не только люди не правящего клана, но и не саудовцы по происхождению.

Представители двух йеменских семейств, выходцы из Хадрамаута Бен Махфуз и Бен Ладен, уже в прошлом десятилетии прочно входили в сотню богатейших людей мира. Первый, Бен Махфуз, тогдашний директор Национального торгового банка Саудовской Аравии, обладал личным капиталом в 7 млрд. долл., а Бен Ладен, обладатель недвижимости во второй по значению святыне мусульманского мира — городе Медине — 4 млрд. долл. Причем, поскольку речь идет о личном капитале, следует представить себе и то, какие денежные потоки можно при таком капитале организовывать и какие обороты капитала контролировать.

После ввода советских войск в Афганистан США и Саудовская Аравия решили поддержать «движение афганских моджахедов». Между ними наметилось определенное разделение труда: американцы взяли на себя оказание военно-технической помощи моджахедам, включая поставку вооружения и оборудования, военно-техническую подготовку, организацию разведки и т.д., саудиты — финансовое обеспечение закупок вооружений и вербовки наемников в арабских и других мусульманских странах. Именно на семейства Бен Ладенов и Бен Махфузов были возложены фактическая организация и осуществление финансирования афганской операции.

К активной борьбе Усама Бен Ладен приступил сразу после окончания университета имени короля Абдель Азиза в Джидде. Роковым образом год завершения учебы — 1979-й — совпал с годом ввода советских войск в Афганистан. Именно там в 80-е гг. выковывалось «интернациональное братство» исламских экстремистов. Запад, Саудовская Аравия и соседи Афганистана — Пакистан и Иран — не скупились на всестороннюю помощь моджахедам — деньгами, оружием, инструкторами. Именно американские инструкторы обучили Бен Ладена и его соратников всем премудростям боевых действий против «шурави», а советские войска, с которыми сражались моджахеды, позволили им приобрести бесценный боевой опыт.

Не сомневаясь в глубине его религиозности и фундаменталистской убежденности, следует отметить, что, будучи старшим сыном главы финансовой империи Бен Ладенов, Усама к тому времени уже сформировался как бизнесмен и финансист, и поэтому вряд ли ему была уготована роль «рядового бойца исламского фронта». Гораздо логичнее предположить, что, учитывая его место в семье и тем самым в саудовском истеблишменте, он с самого начала оказался в эпицентре саудовско-американских контактов в Афганистане и Пакистане, где базировались афганские моджахеды. И уж кому-кому, а американским спецслужбам должно быть доподлинно известно, как складывалось «афганское измерение» Усамы Бен Ладена, как и почему происходила его трансформация в нынешнего «антигероя» и «террориста № 1».


С приходом к власти Горбачева появилась надежда на восстановление советско-саудовских связей, прерванных по вине (или по глупости) СССР в 1930 гг. Примечательно, что уже в начале перестройки именно круги, непосредственно связанные с семействами Бен Махфузов и Бен Ладенов, сыграли весьма полезную и деликатную роль в организации первых контактов, ведших к восстановлению отношений между двумя странами. Если бы их план, который упрощенно можно обозначить как «выход из Афганистана в обмен на крупномасштабное советско-саудовское сотрудничество», был вовремя и адекватно воспринят в Кремле, это могло бы стать для СССР гораздо более выгодной сделкой, чем предполагавшиеся западными эмиссарами аналогичные сделки по Восточной Европе. Так или иначе, но уже с того времени (особенно с конца 1980 гг.) семейства Бен Махфузов и Бен Ладенов перестали быть неизвестными для отечественных кругов, связанных с ближневосточной политикой, а в дальнейшем и для более широкого круга лиц в России. В 1990 г. в СССР впервые побывал младший брат Усамы Тарик Бен Ладен, также преуспевающий бизнесмен и финансист. Он контролирует Исламский банк — один из крупнейших на Ближнем Востоке, участвует в крупномасштабных экспортно-импортных операциях основных арабских стран. Его приезд предшествовал установлению дипотношений между нашими странами. Тарик Бен Ладен — фигура достаточно известная в исламских кругах России и других стран СНГ, вполне лояльных к российскому и другим существующим режимам. Но оставим за скобками брата и сосредоточимся на нашем «герое».

Его дальнейшую биографию можно определить термином, знакомым нам из американских фильмов-катастроф.


После ухода СССР из Афганистана Бен Ладен вернулся в Саудовскую Аравию, где во время войны в Заливе (1990—1991 гг.) выступил против присутствия на «священной земле ислама» американских войск и призвал население к восстанию против «лицемерного» саудовского режима. В 1994 г. он был лишен саудовского подданства и выслан из страны. Вместе с семьей и многочисленными последователями Бен Ладен перебрался в Хартум (Судан), где развернул сеть своих предприятий, часть из которых были открыты исключительно под предлогом создания рабочих мест для неимущих моджахедов — ветеранов Афганистана. Не прошло и полугода, как возле американской военной базы в столице Саудовской Аравии взлетел в воздух автомобиль, начиненный взрывчаткой. Хотя к теракту могла быть причастна любая исламская экстремистская организация, имя Бен Ладена было произнесено с утвердительной интонацией.

В период своего пребывания в Судане Бен Ладен был близок к главе страны Омару аль-Баширу и лидеру Исламского национального фронта Хасану ат-Тураби. Однако в 1996 г. суданские власти в качестве жеста доброй воли в адрес США потребовали его отъезда из страны. В мае 1996 г. он переселился в Афганистан, где с этого времени находится «в гостях» у талибов.


Впору задаться вопросом: где пролегает грань между терроризмом Усамы Бен Ладена и вполне респектабельной деятельностью его семьи, ее интересами (очевидно долгосрочными, стратегическими) как на Ближнем Востоке, так и в России? Усаме принадлежит суданская строительная компания «Аль Хиджра», пакет акций исламского банка «Аль Шамаль». Кроме того, он владеет инвестиционным концерном «Таба», а через подставных лиц контролирует ряд торговых компаний в Кении и целую империю в Йемене, в состав которой входят приборостроительные компании, издательства, фирмы по производству керамики. Как-то неловко предполагать, что человек, контролирующий значительные финансовые потоки (по некоторым сведениям, только телекоммуникационная их составляющая — 3 трлн. долл.!), всерьез задумывается над установлением мирового господства законов шариата и зеленого знамени ислама. В обозримом будущем такая цель малореальна, а значит, как человек, по крайней мере, рациональный, Бен Ладен вряд ли поставил бы ее перед собой. Все гораздо проще. Достаточно взглянуть на карту повышенной террористической активности. Северный Кавказ, Центральная Азия, Афганистан, восточная Турция — все эти области находятся на возможных или уже функционирующих путях транспортировки каспийской нефти и центральноазиатского газа. Выход этих энергоносителей на мировой рынок крайне невыгоден нефтяному картелю ОПЕК, в котором первую скрипку играет Саудовская Аравия. Нестабильность вокруг Каспия гарантирует, что в ближайшие годы цены на энергоносители не снизятся и инвестиции в международный терроризм окупятся сторицей. Добавим к этому еще и то, что Афганистан является вторым после Бирмы производителем героина и основным его поставщиком в страны СНГ и Европы. В условиях нестабильности легче организовать транспортировку наркотиков. А то, что террористы всех мастей получают основной доход именно от этого бизнеса, уже стало общим местом. Выходит, террористам нужна не победа. Им нужна бесконечная война.


Хотя Бен Ладен неоднократно грозил США смертью как в своих фатвах (приговорах), так и в мирских интервью, его причастность к терактам, за которые США объявили его «самым опасным террористом», до сих пор не доказана. Он лишь подозревается в организации и финансировании этих акций, но ответственности за них на себя и свою организацию «аль-Хайда» никогда не брал, что, вообще-то, противоречит принципам (если честно употреблять это слово) терроризма. Саудовский миллиардер находил способы откликаться на все события, однако ни в одном из интервью ни разу не подтвердил своей причастности к взрывам, хотя оценивал деятельность «борцов за чистоту ислама» положительно.

Похоже, что некоторые деятели мусульманских стран готовы отрицать даже идеологическую причастность Ладена к взрывам. Например, лидер талибов Мохаммад Омар неоднократно заявлял, что изданные «террористом №1» религиозные директивы (фатвы) признаются недействительными, так как он не прошел обязательного 12-летнего курса изучения Корана, и, следовательно, не является муфтием. Более того, со слов руководителя талибов, он был готов выдать Бен Ладена США, но лишь в случае, если будут предоставлены неопровержимые доказательства его причастности к террористическим актам.

Начиная с первого резонансного теракта — взрыва Всемирного центра торговли (ВЦТ) 26 февраля 1993 г. — Бен Ладен является первым в списке подозреваемых. Последовавшие затем взрывы в Саудовской Аравии (13 ноября 1995 г., 25 июня 1998 г.), посольства Египта в Пакистане (ноябрь 1996 г.), расстрел туристов в Луксоре (февраль 1997 г.), неизменно связывались с его фундаменталистской деятельностью. Кроме того, Бен Ладен подозревается в целом ряде покушений: июнь 1993 г. — на коронованного принца Абдуллу (Иордания), президента Египта Хосни Мубарака (Судан, июнь 1995 г.). После взрывов посольств в Кении и Танзании, последовавших 7 августа 1998 года, американское правительство назначило вознаграждение в 5 млн. долл. за поимку Бен Ладена. Почти одновременно поступили сообщения о том, что его видели не менее чем в десяти странах — от Сомали до Чечни, от Ирака до Филиппин. Однако он до сих пор на свободе.


Возникает закономерный вопрос: почему это так? В чем кроется причина неуловимости Бен Ладена, как ему удается ускользнуть от агентов, которые, если верить СМИ, порой находятся от него на расстоянии вытянутой руки? Чего же не хватает, чтобы поставить точку?

Один из возможных ответов: координации и, как ни парадоксально, политической воли. США не один раз могли физически уничтожить Бен Ладена. Достаточно вспомнить, как в марте сего года ленты информационных агентств запестрели сообщениями о попытке отравить Усаму. Почти в то же время появились сведения о группе американских командос, якобы проникших в Афганистан с целью уничтожить ненавистного террориста. На худой конец, почему бы не использовать для этой цели способ, коим отправили к Аллаху Джохара Дудаева? Спутниковой связью Бен Ладен пользуется не меньше покойного президента Ичкерии.

Директор Агентства национальной безопасности (АНБ) США генерал Марк Хэйден признался в телеинтервью, что АНБ уступает в техническом оснащении саудовскому миллиардеру в изгнании и международному религиозному террористу Усаме Бен Ладену, официально возглавляющему десятку наиболее опасных врагов Америки. «В своем распоряжении Бен Ладен имеет целую телекоммуникационную индустрию с ежегодным оборотом 3 трлн. долл.», — сказал Хэйден. Для выявления угроз безопасности стране агентство осуществляет перехват спутниковой связи, телефонных переговоров, электронной почты, факсов и радиопередач в рамках проекта «Эшелон». Существует версия, что ладеновцы обмениваются кодированной информацией через Интернет. Исходя из того, что в «глобальной паутине» не менее 2 млрд. сайтов, можно представить масштабы задач АНБ. Их работа сродни поиску иголки в стогу сена.

Вызывает удивление и другое обстоятельство: на фоне попыток физического устранения «террориста №1» практически ничего не слышно об иных путях нейтрализации его деятельности. Деньги Усамы, или, по крайней мере, значительная их часть, наверняка работают в легальной банковской системе. В мире накоплен значительный опыт ареста капиталов — от Дювалье до Милошевича. Но после 11 сентября появились основания предположить: атака на Америку станет последней в послужном списке Бен Ладена. И вряд ли стоит опасаться, что его смерть может стать знаменем, под которым соберутся миллионы мусульман, готовых пожертвовать всем, чтобы отомстить Америке за своего новоявленного пророка.