Почему-то некоторые до сих пор удивляются, что такие хрупкие и нежные создания, как женщины, способны на убийство. Хотя всеведущая наука доказала, что женщине даже физиологически убить легче. Женщины, еще в прошлом веке приобщившись к терроризму, сегодня считаются гораздо опаснее своих коллег мужского пола.

Конечно, не стоит считать первой террористкой древнюю еврейку Юдифь, которая пробралась в лагерь сирийцев и отрезала голову их полководцу Олоферну. Хотя вроде бы все признаки политического терроризма налицо: чтобы посеять панику среди сирийцев и вдохновить иудеев, Юдифь аккуратно упаковала голову своей жертвы в заранее припасенную дорожную суму и прихватила с собой. Столь же нелепо считать террористками, например, голландок из банды Minas, которые в 1970 году вышли на улицы Амстердама и щипали проходящих мужчин за мягкие места, чтобы показать, что женщины тоже могут делать это. Никакого эффекта, кроме безмерного удивления пощипанных соотечественников, эти безумные девицы не добились. Но женский терроризм все же есть. Ему всего-то чуть больше века. Но зато сколько уже сделано!

Считается, что русский терроризм в целом, независимо от пола, начался со скромной девушки Веры Засулич и «Народной воли». Они действительно были первыми, но для женщин это был лишь разогрев.

Вера Засулич, дворянка, окончившая женский пансион, увлеклась народничеством. Да так, что, возмутившись бесчинствами градоначальника Санкт-Петербурга Трепова, решила в него стрелять. Она купила в лавке пистолет и, отправившись на прием к градоначальнику, зажмурилась и выстрелила в него. Попала в пах. Она вовсе не хотела его убивать, ей просто надо было привлечь внимание к «проблеме Трепова».

Ее признали невиновной и отпустили. Только потому, что она, хрупкая женщина, на самом деле хотела как лучше. Грамотнее всех оценил обстановку комитет «Народной воли»: «31 марта 1878 г. для России начался пролог великой исторической драмы». Вступление к этой драме написала обычная сельская учительница. Но был ли случайным тот факт, что выстрелила женщина?

В грозной «Народной воле» Софья Перовская в какой-то момент возглавила организацию — других кандидатур просто не было. Желябов был «вне игры», Геся Гельфман и Кибальчич не являлись активистами, Михайлов, как скромно заявили адвокаты на слушании дела, «вследствие своей интеллектуальной неразвитости вряд ли мог принимать во всем этом осмысленное участие». Так что Софье Перовской не оставляли выхода. Но, с другой стороны, разве неудивительно, что предыдущие покушения, организованные Желябовым, провалились, а то единственное, которое устроила Перовская, удалось?


Настоящая армия убийц возникла в России лишь с появлением эсеровского террора. Среди 78 членов боевой организации эсеров было 25 женщин. Всего же, по словам американской исследовательницы женского терроризма Эми Найт, она выявила документальные подтверждения действий 44 террористок-эсерок. Женщины-эсерки были по рождению гораздо ближе к высшим слоям общества, чем их коллеги-мужчины, и стремились «отдать свой долг народу». Эми Найт выяснила следующее: из 40 террористок, чье социальное происхождение удалось установить, 15 были дворянками или дочерьми купцов, четыре — из среды разночинцев, 11 — из мещан, одна была дочерью священника, и девять родились в крестьянских семьях. Для сравнения, из 131 террориста-мужчины 95 были рабочими и крестьянами.

Многие исследователи считают женщин-эсерок помешанными. Это, в принципе, недалеко от истины, учитывая то, сколько из них в припадке революционного восторга наложили на себя руки. Покончили с собой, например, Рашель Лурье, Эсфирь Лапина, Софья Хренкова. Одна из самых известных террористок партии Мария Спиридонова сладко мечтала в своих записках, что хорошо бы, чтобы ее убили на месте покушения, и тогда эффект теракта был бы еще больше.

Парадоксально, что при таких суицидальных склонностях прагматизм был свойствен террористкам больше, чем их соратникам-мужчинам. Однажды в эмиграцию к Вере Фигнер прибыл на поклон Борис Савинков. Они долго вели беседы о ценности жизни, самопожертвовании и прочих высоких материях. Говорил, в основном, Савинков, а Фигнер молчала и хмыкала. Потом она заявила, что все эти проблемы надуманны. У нее и ее соратниц внутренней борьбы и прочей рефлексии не было. Они просто брали чужую жизнь и без колебаний отдавали свою.

Затем терроризм сделал перерыв на две мировые войны, а уже в начале 50-х расцвел пышным цветом по всему миру. И вот тут женщины показали себя во всей боевой красе.


Самой сильной и результативной террористической группировкой Европы до сих пор считается немецкая Фракция Красной Армии (РАФ). Эта организация действовала 30 лет, сменила пять поколений террористов. Их обвиняли в совершении 555 террористических актов, а они при этом ухитрились завоевать симпатии огромного количества немцев, которые так же, как и члены РАФ, были убеждены, что в Германии нацизм остался у власти и его надо уничтожить.

Формально Армия началась с того, что немецкая социалистка Гудрун Эннслин решила вызволить из тюрьмы своего любовника Андреаса Баадера. Кстати, в организации побега Баадера из тюрьмы принимали участие четыре женщины и лишь один мужчина. Другой вождь РАФ — популярная в Германии журналистка Ульрика Майнхоф. Она рано вышла замуж за преуспевающего журналиста, который, несмотря на свои левые взгляды, был вполне буржуазным по образу жизни. Ради революционной борьбы Эннслин бросила мужа с ребенком, а Ульрика Майнхоф — мужа и двоих детей. Освободив Баадера, они все вместе отправились в палестинские лагеря террористов, а затем вернулись в Германию, чтобы прославиться на весь мир.

Вождей первого поколения РАФ арестовали в середине 70-х. Из них сейчас жива одна женщина — Ирмгард Меллер. Она была одной из тех, кто привел начиненный взрывчаткой автомобиль к воротам американской военной базы в Германии, после чего погибли трое американских солдат. Она была арестована в 1972 году, отсидела в тюрьме 22 года, вышла на свободу в 1994 году и до сих пор остается непримиримой.

Сегодня о РАФ полицейские Германии по-прежнему помнят. Потому что в немецкой тюрьме с 1994 года сидит последний вождь этой группы, Биргит Хогефельд. Она убеждена, что хоть в их борьбе были просчеты, роковые недоразумения и непонимание политической обстановки, сама борьба была справедливой. И она еще не закончена.


Лейла Халед училась в России на журналистском отделении филфака. Ее преподаватели вспоминали, что перед умной, энергичной и красивой девушкой пасовали все арабские студенты.

В 1969 году она стала активисткой Народного фронта освобождения Палестины. «Ее перу» принадлежат несколько дерзких захватов самолетов. Эта симпатичная девушка даже стала причиной политического кризиса.

6 сентября 1970 года палестинцы захватили сразу 4 самолета. Они требовали освободить своих соратников, сидевших в английских и израильских тюрьмах. Во время штурма одного из самолетов Лейла Халед попала в плен. Организация освобождения Палестины потребовала отпустить девушку, иначе будет хуже. Буквально через несколько дней они захватили еще один самолет с заложниками и предъявили англичанам 72-часовой ультиматум.

Разгневанный Израиль требовал, чтобы англичане стояли до конца, но те все же вступили с террористами в секретные переговоры. И 13 сентября было официально объявлено, что заложников обменяют на Лейлу Халед. По прошествии многих лет стало известно, что сделано это было не столько ради заложников, сколько для того, чтобы сохранить у власти короля Иордании Хусейна. Ведь отряды палестинцев, подстрекаемые сирийскими властями, уже были у самых границ Иордании.


В 1968 году в Токио, как и повсюду в те годы, на улицах хозяйничали радикальные студенты. Они устраивали бунты и, разумеется, очень хотели переделать мир к лучшему. На базе японской студенческой организации «Зенгакурен» и была создана левая террористическая группа Японии. Сначала она называлась «Секигун-Ха» (Коммунистическая лига), а вскоре получила название, под которым и стала известна, — «Нихон секигун» (Японская красная армия — ЯКА). Единственная террористическая организация Страны восходящего солнца. И создала ее удивительно целеустремленная женщина Фусако Шигенобу.

Шигенобу прошла обучение в палестинских лагерях террористов. Там она познакомилась с множеством своих европейских «коллег». Эти связи и дали ей возможность в будущем посылать своих боевиков воевать по всей Европе и даже в Латинскую Америку. Всего членов ЯКА было 300—400 человек активистов и несколько тысяч «резервистов». Отчаянная японка желала приблизить мировую революцию.

Группа предпринимала попытки захвата отелей и самолетов, похищала людей, атаковала полицейские управления в Токио и Осаке, грабила банки. Террористы даже хотели совершить покушение на премьера страны Сато, но в 1970 году после серии арестов полиции удалось сорвать покушение.

Активисты ЯКА покинули страну. Шигенобу организовала деятельность своей группы заново. Они жили в Париже и Ливане, сотрудничали с Фронтом освобождения Палестины. Именно боевики-японцы в мае 1972 года устроили бои в аэропорту Лод в Израиле, когда были убиты 26 и ранены 72 человека. Среди погибших был и муж Шигенобу.

В сентябре 1974 года она возглавила штурм французского посольства в Гааге (Нидерланды): террористы захватили посла, потребовали освободить нескольких своих арестованных товарищей. С этого момента Шигенобу была объявлена в международный розыск. Она несколько раз встречалась с двумя другими боевиками — в 1997—1998 гг. — в Шанхае и в июле прошлого года — в Москве.

Недавно она была арестована: обалдевшие полицейские вдруг увидели знаменитую террористку, переодетую мужчиной, в японском аэропорту. Ей сейчас под 60. Когда ее арестовывали, она громко выкрикивала, что будет продолжать борьбу.


Это все только самые известные, яркие, «успешные» террористки. Но были и другие, менее известные, но ничуть не менее жестокие.

В ноябре 1986 года две молоденькие девушки — Натали Менигон и Жоэль Оброн из французской группы «Аксьон директ» — хладнокровно убили генерального директора фирмы «Рено» Жоржа Бесса.

В 1991 году охрана индийского премьера Раджива Ганди даже не взглянула на скромную беременную тамилку. А та подошла к премьеру и взорвала опоясавшее ее под сари взрывное устройство.

Две немки, Верена Ханаа и ее сестра Андреа Хойслер, сейчас обвиняются в причастности к взрыву в берлинской дискотеке «Ла Бель» в апреле 1986 года. В результате взрыва на дискотеке погибли три и было ранено более 200 человек.

Патриция Херст — дочь газетного магната и мультимиллионера. В 1974 году, когда ей было 19 лет, ее похитили террористы. Похитители из «Армии освобождения» потребовали у ее отца огромный выкуп. О несчастной девушке писали тогда все газеты мира, пока во время одного из ограблений банка на случайной фотографии журналисты с изумлением не увидели вдруг Патрицию с автоматом Томсона. Когда ее арестовали, папа сумел дочку, что называется, «отмазать». Адвокаты, ничуть не стесняясь абсурдности своих аргументов, пытались убедить суд, что полуграмотные террористы применяли к Патриции супертехнику промывки мозгов. В результате чего она считала себя революционеркой Таней, грабила и убивала в пользу революции. Судьи, правда, в эту дичь не поверили, и Патриция села в тюрьму. Просидела она недолго, всего 21 месяц, а затем лично президент Картер смягчил ей приговор. Споры о том, виновата она или нет, продолжаются в США до сих пор. Тане-Патриции сейчас 45 лет. Недавно она получила от умершего отца огромное наследство — около миллиарда долларов. Причем, по завещанию отца, 100 тыс. она обязана прокутить как можно быстрее. Патриция живет в Коннектикуте со своим мужем (ее бывшим охранником) и двумя детьми. Совсем недавно она снялась в кино у Джона Уотерса, режиссера нашумевшего в свое время фильма «Мамочка-маньячка».


Итак, женщины-террористки добились своего. Сегодня они — лучшие.

Они упорнее и активнее мужчин. В июне 1975 года Маргерита Кагол, охранявшая похищенного «Красными бригадами» промышленника Валларино Ганчиа, предпочла погибнуть в перестрелке, но не сдаться окружившим дом карабинерам. Когда в середине 80-х полиция выследила французскую группу «Аксьон директ» и арест был неизбежен, Натали Менигон продолжала сопротивляться. Ее любовник, руководитель «Аксьон директ», сдался без сопротивления, а Менигон, выхватив два револьвера, успела сделать несколько выстрелов и ранила двоих полицейских.

Во время суда над Менигон и Оброн психиатр Анри Жиро сказал: «Традиционная роль женщин теперь резко изменилась. И как прямое следствие этого — женщины-террористки проявляют необычайное рвение. Они хотят отобрать власть у мужчин. Менигон и Оброн убили своих жертв с той же легкостью, с которой они могли бы разбить вазу».

А вот еще одно мнение сотрудницы федерального агентства внутренней безопасности в Гамбурге Кристиан Лохте: «В террористических группах мужчины разрабатывают в тонкостях детали операций. Но выбирают подпольные квартиры женщины, они же решают, кому можно доверять, как руководить повседневной жизнью группы. Женщины — организаторы, и все держится на них. Они по-прежнему доказывают, что могут действовать наравне с мужчинами, поэтому и более безжалостны».

Сама природа благоволит женщинам-убийцам. Профессиональный стрелок целится, чтобы успеть выстрелить между двумя ударами сердца. У женщин сердце бьется реже, а значит, и времени им отпущено больше.

По данным Интерпола, на сегодняшний день больше половины разыскиваемых террористов-убийц — женщины. Британская журналистка Айлин МакДональд посвятила террористкам свою книгу «Стреляй сначала в женщин». Автор утверждает, что название книги позаимствовано из директивы Интерпола для антитеррористических спецслужб. Женщины-убийцы опаснее мужчин, поэтому, согласно международной практике, их надо уничтожать первыми. Разве после всего этого можно утверждать, что выстрел Веры Засулич был случайным капризом истории?

Полностью посмотреть разворот можно скачав файл в формате Adobe Acrobat PDF и открыв его с помощью программы Adobe Acrobat Reader