Оппонент Александра Лукашенко Владимир Гончарик закончил выборы живым и на свободе. И это пока главная победа белорусской демократии.

Даже международные наблюдатели, заполонившие хлюпающий от дождя Минск, не сомневались в том, кто именно победит на президентских выборах 9 сентября 2001 года. Их интересовала степень соблюдения приличий и конечный счет. Так болельщики, заранее уверенные в превосходстве мадридского «Реала» над сборной Урюпинска, тем не менее пойдут на матч, чтобы констатировать победу лично. А заодно и посмотреть игру.

Наш корреспондент, живущий в типовом панельном доме «спального» района белорусской столицы, отправился исполнить свой гражданский долг приблизительно в половине третьего. Дождя еще не было, но тучи уже собирались. Все встречающиеся ему граждане делились на две категории — тех, кто долг уже исполнил, и тех, кому это еще предстояло. И те и другие выглядели одинаково плохо, осознавая, что их личный выбор решил не очень много. Радостную часть электората мне пришлось наблюдать в школьном буфете, где, согласно исключению, сделанному властями для светлого электорального дня, продавали на розлив водку и еще более дешевый виноподобный напиток «Крыжачок». Там играл баян, пели песни и пропивали часть чернобыльской пенсии, заблаговременно увеличенной на радостях президентом.

За президента, как потом выяснилось, голосовали и многие трезвые.


Лукашенко пришел на свой участок вовремя — как и прогнозировали журналисты. Похвалил президента Буша, заявив, что не верит, будто тот делал какие-либо выпады против Александра Григорьевича. Мол, это Посольство США в Минске такие финты выделывает, а ни Буш, ни Пауэлл даже не читали тех текстов, которые им приписываются. Поинтересовался, не притесняют ли на участке наблюдателей. Оказалось — нет, все в порядке. Удивительно! Могло ведь быть и наоборот!

В победе Александр Григорьевич, как всегда, был уверен. Хотя он и был в штатском, глядя на него, вспоминалось, как идет ему опробованная на недавних военных учениях форма генералиссимуса.


Сайт оппозиционной «Белорусской деловой газеты» («БДГ») белорусам в этот день был просто недоступен. Его домен внаглую стерли хакеры то ли из КГБ, то ли из аппарата Совета безопасности.

На сайте должны были отражаться все свежие новости, связанные с выборами. Сайт «отрубился» именно в тот момент, когда я уже успел войти в него. Вначале я подумал, что это связь барахлит. Но любой другой сайт во Всемирной паутине работал нормально. Коллеги из «БДГ» быстро перевели сайт на IP-адрес; что это такое, я не знаю, но, говорят, в Лондоне и Торонто газету смогли читать.

А в Минске — нет. То же самое было практически со всеми оппозиционными белорусскими сайтами.


К восьми вечера на Октябрьской площади в центре Минска начали собираться люди. Их было не очень много — около трех тысяч. Дождь шел уже вовсю, и активная часть оппозиции (это была именно она) тихо проклинала белградских товарищей, подавших год назад столь дурной пример. Не было даже ОМОНа, обычно прятавшегося во двориках возле места скопления оппозиционеров. Омоновцев ждали, как родных, уже готовились считать подъезжающие машины, но машин не было. Это и понятно: город был буквально нашпигован международными наблюдателями.

Во Дворце профсоюзов отключили свет. Владимир Гончарик, лидер белорусского профсоюзного движения и главный соперник Лукашенко на выборах, вышел к избирателям, произнес короткую речь с призывом не поддаваться на провокации и уехал.

Милиция была предупредительна и вежлива, как никогда. Чувствовалось, что она искренне сочувствовала собравшимся.


Корреспондент белорусского телевидения Людмила Ковалева радостно комментировала поступающие сводки. Свыше 80 проц. белорусских избирателей пришли на участки для голосования. На закрытых участках результат у Александра Григорьевича был такой, что ему позавидовал бы даже Туркменбаши. Это, по мнению журналистки, отражало и общую тенденцию.

Камера белорусского телевидения была единственной, допущенной в помещения Центризбиркома. Всем остальным журналистам, а также международным и местным наблюдателям вход туда был закрыт. На заседание комиссии — пожалуйста, а вот во время подсчета голосов — ни-ни!

Пресс-конференция Гончарика была назначена на 24.00. Председатель ЦИК Лидия Ермошина предусмотрительно назначила свою пресс-конференцию на 0.15, то есть на пятнадцать минут позже. Она констатировала, что белорусское телевидение не ошибается. К 24.00 в Белоруссии было подсчитано уже 75 проц. голосов. Отрыв Лукашенко в 60 проц. голосов от ближайшего соперника развеял все сомнения.

Прессе стало скучно. Счет действительно вполне соответствовал матчу «Реал» — сборная Урюпинска.


Из 22 претендентов на президентский пост официально (по данным Центризбиркома) подписи собрали только четверо. Один, Семен Домаш, снялся в пользу Гончарика. Еще трое — Михаил Маринич, Леонид Синицын и Александр Ярошук — подписи собрали, но Центризбирком их не принял. Синицын обратился с иском в Верховный суд, но тот иск не стал даже рассматривать. В настоящее время жалоба Синицына на отказ в судебной защите лежит в бюро Верховного комиссара ООН по правам человека и ждет рассмотрения.

Главный из возможных соперников Лукашенко — дочь бывшего партийного вождя республики Наталья Машерова — под жесточайшим психологическим давлением была вынуждена снять свою кандидатуру до окончания сбора подписей.

Накануне голосования произошел беспрецедентный случай: директором частной типографии на время выборов без соответствующего освобождения от должности был назначен действующий заместитель председателя Госкомпечати. Газеты, печатающиеся в этой единственной в Минске типографии, соглашавшейся печатать оппозиционную прессу, начали выходить с белыми пятнами: новый директор, как утверждают редакторы этих газет, заставлял их снимать целые материалы и даже отдельные слова в заголовках, например, словосочетание «выбары другога презiдента Рэспублiкi Беларусь» стало фактически запретным, несмотря на то, что слово «другi» по-белорусски означает всего лишь «второй».

Из эфирного времени, посвященного единственным белорусским национальным телеканалом выборам, более 75 проц. было посвящено одному из кандидатов, имя которого называть смысла не имеет. Государственное радио ругало альтернативных кандидатов так рьяно, что даже старухи в селах начали возмущаться (что, впрочем, не сказывалось на их голосовании). За неделю до выборов скончался от сердечного приступа председатель Белорусского телевидения 56-летний Валерий Скворцов (назначен на этот пост он был всего три месяца назад).

Деканы университетских факультетов собирали старост групп и настойчиво рекомендовали им, чтобы прописанные в общежитиях студенты проголосовали досрочно, а потом уматывались по домам и не возвращались хоть целую неделю. В результате досрочному голосованию в масштабах от 10 до 20 проц. поголовья избирателей удивился даже Александр Вешняков.

В течение последних шести месяцев минимальная заработная плата в стране поднималась ежемесячно. В результате гонки за доходами избирателей около 40 проц. белорусских предприятий оказались банкротами. Экономисты предрекают коллапс белорусской экономики, не знающей инвестиций уже более шести лет.

Белорусский народ узнал, что в стране существуют тайные подразделения спецслужб, занимающиеся устранением неугодных политиков. Власть не обратила на это никакого внимания.

В день голосования были отключены телефоны не только в штабах системы независимого наблюдения за выборами, но даже и у активистов оппозиции в районах.


На самом деле все только начинается. Нет сомнений, что Запад не признает эти выборы демократическими. Там уже заявляют, что выборы не соответствуют демократическим стандартам.