«СН» продолжают уделять внимание процессу формирования предвыборного блока «Наша Украина». Сегодня мы даем слово представителям диаметрально противоположных взглядов на данную проблему — главе партии «Народный Рух Украины «За единство» Богдану Бойко и одному из лидеров партии «Реформы и порядок» Владимиру Филенко.

Поскольку наша полемика ведется накануне десятой годовщины провозглашения Независимости Украины, я хотел бы посмотреть на проблему с точки зрения ее перспективы и ретроспективы — так виднее. Надо отдать должное Народному Руху Украины, который десять лет назад был ведущей демократической политической силой, оппозиционной тоталитарному режиму Российской империи. Именно Рух на том этапе объединил широкие слои общества в единое общественное движение. Но при этом не надо забывать, что и в лучшие свои времена Рух вбирал в себя не все демократические силы. Была еще, к примеру, Демплатформа, сыгравшая чрезвычайно положительную роль в тех регионах Украины, где Рух исторически никогда не был весомым, — на востоке и юге страны. Хотел бы напомнить, что Демплатформа привела тогда в Народную Раду — единое парламентское объединение — сорок пять народных депутатов. Слияние в Верховной Раде представителей Демплатформы с фракцией Руха и позволило создать единую парламентскую оппозицию в сто двадцать шесть человек.

И еще одно: Рух не сыграл в Украине роль «Саюдиса» в Литве — смены политических элит в нашем государстве в тот переломный момент не произошло. Фактически независимость Украины была провозглашена хоть и под давлением демократических сил и в силу объективных причин — развала империи и ликвидации тоталитарного режима, но благодаря именно депутатам-коммунистам, испугавшимся демократической России Ельцина. Впоследствии большая часть оппозиции, в том числе и Народного Руха, объективно пошла на сотрудничество с компартийной номенклатурой, сохранив тем самым ее у власти. Допущенная на удаленные, маловажные посты в государственной власти, номенклатура руховская ассимилировалась в среде несколько перекрасившейся компартийной номенклатуры. То есть можно говорить, что демократические силы выполнили первую, очень важную часть своей программы — содействовали провозглашению Украиной независимости, но не выполнили вторую — не построили цивилизованного демократичного европейского общества. К слову, как раз по этому поводу и возникают дискуссии: либо нам все равно, какой будет Украина и какой ценой, или на одиннадцатом году Независимости пора уже говорить о том, каким мы хотим видеть наше государство, каким оно должно быть на самом деле.

В дальнейшем Рух постигла участь всех широких национальных движений — от «Солидарности» до уже упоминаемого мной «Саюдиса», Народного фронта в Белоруссии, движения «Бишкек» в Средней Азии, которые на каком-то этапе были едины, но после обретения их государствами независимости распадались. По объективным причинам: слишком уж широкие части политических спектров они в себя вбирали. Почему мы забываем, что Рух пережил множество расколов, став, если так можно выразиться, гумусом для создания целого ряда политических партий — УРП Лукьяненко и Горыня, Демпартии Яворивского, Партии демократического возрождения, которую я возглавлял, в какой-то мере Партии зеленых?.. Поэтому говорить о возрождении Руха в его прежнем виде может человек либо неосведомленный, либо тот, который осознает, что это невозможно, но фальшивит. Вместе с тем я поддерживаю идею создания широкого объединения демократических, национальных, патриотических сил по типу — подчеркиваю, по типу — Руха. И в этом принципиальная разница между позицией, к примеру, Богдана Бойко (который был как одним из основателей НРУ, так и одним из организаторов раскола 1999 года) и нашей. Я утверждаю, что даже если собрать все осколки Руха, это не будет адекватным ответом на запросы времени. Таким ответом мы считаем создание объединения с рабочим названием «Наша Украина», которому, думаю, будет под силу сегодня решить ту самую, не решенную нами в свое время, задачу — демократизации нашей жизни в самом широком смысле этого слова.

Мы — за широкую коалицию правых сил и готовы к широким политическим компромиссам — вплоть до объединения с партией Бойко. Правда, есть основания думать, что сам Бойко этого страшно не хочет: достаточно четко просматривается, из чьих рук он получает, скажем так, поощрения.

Что же касается того, что название «Народный Рух» якобы растворится в словосочетании «Наша Украина», то ничего страшного, с моей точки зрения, в этом нет. Новая политическая эпоха, гласят законы истории и политологии, требует новых политических решений. Без сомнения, брэнд «Народный Рух» достаточно известен, однако в данном случае он сузил бы значение, я бы даже сказал, предназначение нашего объединения. Кроме того, с точки зрения технологий разъяснить избирателям, что такое «Наша Украина» и кто в нее входит, за оставшееся до выборов время вполне возможно. Большой потенциал связан и с именем Виктора Ющенко, чей брэнд сегодня не менее раскручен и популярен, нежели название «Народный Рух Украины».

Разумеется, ключевыми элементами в нашей коалиции будут два Руха, имеющие разветвленные региональные структуры, парламентские фракции и т. д. Но наши двери открыты и для других правых политических сил, объективно стоящих сегодня перед необходимостью выбирать между формирующимися «центрами притяжения» — блоками и т. п.

Другими словами, выпады наших оппонентов объясняются, во-первых, тем, что они боятся оказаться в создаваемом нами широком объединении демократических сил далеко не на первых ролях. Это одна из ключевых причин, но это обстоятельство, так сказать, личного плана. Если же говорить о возможных политических последствиях, то противники «Нашей Украины» просто-напросто боятся ее удачного выступления. Поэтому их заявления я лично связываю с началом пиар-кампании против блока в целом и Виктора Ющенко в частности.