Увы, только на выдеокассетах можно увидеть новую режиссерскую версию дебютного фильма братьев Коэнов «Просто кровь» (1984 год).

Собственно, новой, с точки зрения режиссуры, эту версию назвать трудно. Для повторного выпуска в американский прокат братья Коэны записали звук в системе Долби Диджитал 5.1, несколько обновили саундтрек ленты и слегка ее перемонтировали. Но предъявление даже видеоверсии этого фильма — событие, безусловно, незаурядное. «Просто кровь» — своего рода манифест американского независимого кино начала 80-х. Из него в значительной мере вырос весь дальнейший кинематограф братьев Коэнов, а также их соратников и последователей. Это черный триллер с печатью глубокого идиотизма. Весь фильм построен на недоразумениях и неспособности каждого из персонажей проникнуть в истинную суть детективной интриги. В результате, каждый подозревает всех остальных в несовершенных преступлениях и с математической предопределенностью движется по траектории своих заблуждений, сея вокруг себя хаос и смерть. Рогоносец Марти (Дэн Хедайа) нанимает частного детектива Викерса (Эм. Эммет Уорш), чтобы тот убил сбежавшую от него жену Эбби (Фрэнсис МакДорманд) и ее любовника Рэя (Джон Гетц). Детектив фальсифицирует фото, подтверждающее, что жена и любовник благополучно отправились на тот свет, и, получив гонорар, пристреливает самого Марти из пистолета, принадлежащего Эбби. Вокруг места преступления начинают хороводом ходить оставшиеся в живых персонажи, запутываясь в своих подозрениях и сходя с ума от страха, жары и запаха крови, преследующего их по пятам. В какой-то момент бессмыслица сгущается до подлинной, леденящей жути — в сцене, где положительный парень Рэй заживо хоронит недостреленного подлеца Марти. А финал, прочерченный лучами света, льющегося сквозь дырки от револьверных пуль, не только жуток, но и откровенно комичен, поскольку Эбби, которую преследует Викерс, уверена, что воюет с Марти. «Марти, я тебя не боюсь!» — гордо кричит она, посылая врагу пулю в живот. «Что ж, мэм, если я с ним увижусь, обязательно это ему передам», — хрипит умирающий Викерс. Рационально выстроенный абсурд, виртуозная игра на нервах и всепроникающий черный юмор при вполне обыденной, бытовой фактуре, полноценных характерах и точных психологических мотивировках создают парадоксальное зрелище, похожее одновременно на явь и на сон. Никакого смысла помимо того, что это кинематографическое упражнение начинающих авторов в жанре черного фильма, тут нет. Но это упражнение придумано столь изящно и выполнено так чисто, что стало учебным пособием для целого поколения кинематографистов, включая Тарантино и Ко.

Именно отсюда выросли все те герметичные целлулоидные миры, полные идиотического насилия и кровавой сентиментальности, которыми мы дружно упивались на протяжении последних 15 лет.