Это имя широко известно в кругах кинематографистов не только России, но и всего мира. Кроме того, будучи генеральным директором «НТВ-Кино», Владилен Арсеньев стоял у истоков создания канала НТВ. А встретились мы с ним в киевском рекламном агентстве «Разборн-TV», куда он приехал на переговоры о создании новых, уже совместных российско-украинских проектов. Выдержки из долгой беседы мы вам и предлагаем.

— Так сложилось, что с кино меня связывает многое. После окончания Тбилисского университета, в 1975 году я работал в еженедельнике «Неделя» и в газете «Известия», в которых писал о кино и обо всем, что с ним связано. А сегодня кроме директорства в «НТВ-Кино» я еще и секретарь Союза кинематографистов России.


— Это был 1993 год. В этот момент я был главным редактором телепрограмм «Останкино» — тогда ОРТ еще не было. НТВ в то время набирало команду, чтобы пуститься в некое рискованное плавание. Целью было создать канал, который бы в корне отличался от «старорежимного» ТВ, представителем которого и было «Останкино». Хотелось работать по-западному. По большому счету, мы в 1993 году заложили основы космополитичного, объективного ТВ: все хорошее и плохое, что происходило в России, должно быть в равной мере освещено. Будучи уже известным телеобозревателем, я был неким теоретиком ТВ и кино, философствуя на темы «Что такое хорошо и что такое плохо на телевидении». А вот практики создания канала в России тогда еще не было. Но теория помогла, ведь работая обозревателем, я неоднократно участвовал в программах таких монстров, как NBC, частенько был гостем передачи Good morning, America, которую готовит американская корпорация АВС. Я изучал работу государственного телевидения Франции. То есть видел «кухню» изнутри. Но создавать что-то самому мне до 1993 года еще не доводилось. Как журналист я знал обо всех новациях, но только на НТВ я впервые смог воплотить их в жизнь, действуя уже как организатор и менеджер.


— Уже в начале создания канала мы четко определились, кто и чем будет заниматься. Так, Киселев и Добродеев брали на себя политику, а все неполитическое НТВ было у меня, то есть я выступал в роли программного директора и главного продюсера одновременно. В английском языке есть такое определение Head of Entertainment and Programs. Вот таким «хедом» я и был. То есть кто, что, как и когда нужно сделать — все это лежало на мне.


— Гусинский тогда возглавлял «МОСТ-банк». Интересно, что в то время, а точнее в 1992 году, на него давили: были серии негативных публикаций, к примеру, статьи в «Литературке» Юрия Щекочихина; несколько жестких материалов прошло и по каналам телевидения. А в то время на «Останкино» появились «Итоги», которые предоставили слово Борису Хаиту, вице-президенту банка. Гусинский там не выступал, но Хаит и Сергей Зверев, имиджмейкер, который и поныне занимается этим в кругах, близких к администрации президента, в программе светились. И однажды Зверев спросил Киселева об «Итогах» примерно следующее: «У вас как — «Итоги» как компания зарегистрирована или нет?» Тот ответил, что нет. Тогда Зверев предложил участие в создании компании, и компания «Итоги» в форме ЗАО была организована. Впоследствии ЗАО совместно с «МОСТ-банком» и стали учредителями НТВ. После чего тот же Зверев познакомил Киселева и Добродеева с Гусинским. В ходе встречи Гусинский и предложил ребятам: мол, давайте, рискнем и сделаем канал.


— В этот момент Игорь Малашенко, который на вопрос, начинавшийся со слов: «Вот вы, известный деятель российской культуры...» отвечал: «Пардон? Какой культуры? Я — украинец», был безработным. В то время он по политическим соображениям ушел с поста гендиректора «Останкино», не захотев работать с новым руководителем Брагиным — человеком из старой «райкомовской» номенклатуры. Кстати, Брагин, «порулив» немного на телевидении, вскоре ушел на должность главы департамента строительства Минкульта. Так что человеком на ТВ он был случайным... Уход Малашенко с «Останкино» телевизионный мир воспринял на «ура», ведь это показало, что он обладает мужеством и принципиальностью. Киселев случайно встретил Малашенко в Лондоне. Они разговорились, зашли в ресторанчик «Мандарин», что в районе Сохо, а выйдя, уже знали, что делать с НТВ. То есть с этого ресторанчика телекомпания, можно сказать, и началась.


— Киселев, вернувшись из Лондона, нашел меня и рассказал, что есть идея создать небольшую телекомпанию и если я не против, то можно на этот счет переговорить. Я пришел к ним в офис, небольшую комнатку в здании СЭВ, что на Новом Арбате, и услышал по-большевистски прямолинейное: «Ты будешь с нами работать?» — «Где?» — «В телекомпании» — «Какой?» — «Которую создадим». Я подумал, — чем черт не шутит. Ребята собрались приличные: Киселев, Добродеев, Парфенов, Миткова. Ну и решил — рискну. Если и не получится, то с такими людьми и тонуть интереснее, чем с некоторыми плавать...


— Это глубоко драматичная страница, поскольку дух, царивший в компании со дня основания, был настолько силен, что складывалось впечатление, что он будет вечным. Основы раскола компании были заложены во время выборов президента в 1996 году. Тогда все дружно занимались выборами. Если вы помните, НТВ в то время достаточно сильно критиковало Ельцина. Но тут обратились из администрации президента с предложениями о какой-то совместной работе, о защите общих демократических ценностей и недопущении к власти коммунистов. После этого компания несколько пересмотрела свои планы и приняла очень активное участие в выборах на стороне Ельцина: Зюганов тогда отстал с большим отрывом. Успех компании был большой. Выросла и значимость людей из НТВ. Они стали настолько сильно себя уважать и ценить, что это не могло не повредить отношениям внутри коллектива. Каждый вдруг стал каким-то недосягаемым героем-современником.


— Тогда начался первый конфликт Киселева и Малашенко. Малашенко в то время занимался выборами президента и с головой ушел в эту работу. На время он отошел от управления каналом, а когда вернулся к исполнению своих обязанностей, то вдруг увидел, что на совещании у Гусинского его слово стоит столько же, сколько и слово Киселева. Дальнейшее развитие конфликт получил при обсуждении будущей политики канала, когда он получит большой эфир. До выборов президента эфир был с 18.00. А после выборов, как бы за «успехи в производстве», власть наградила компанию эфиром с шести утра. Я помню, как в сентябре 1996 года мы собрались в Лондоне на совещание. Я, Малашенко, финансовый директор компании и глава «Видео Интернешнл» настаивали на том, что нельзя переходить на русский СNN. Киселев же, наоборот, настаивал на этом. Он говорил, что не нужны ни программы, ни фильмы — только новости. Я считаю и по сей день, что это мнение ошибочно, хотя бы из-за того, что все это требует огромных финансовых затрат. Так, минута новостийного прямого эфира, к примеру, с Чечней обходится в 30 тыс. долл.


— Это достаточно шаткая ситуация, когда возможность полного вещания была «дарована» властью, а не выиграна, к примеру, в результате конкурса. И ее еще усугубил тот факт, что в коллективе вдруг пошло разделение руководства. Тогда Киселев и Добродеев оказались с одной стороны, а Малашенко и Арсеньев — с другой. Гусинский же выбрал русский CNN, несмотря на все финансовые трудности и законодательные недоделки. Вот тут и произошел внутренний раскол. О нем мы обычно не говорили, но он был. Уже в 1997 году эта пропасть все увеличивалась и увеличивалась. Малашенко отодвинули от руководства канала. Хотя должности-то остались прежними, прежнего единства уже не существовало. Гусинскому в то время, на мой взгляд, надо было как-то сманеврировать, но он — человек эмоциональный, увлекающийся. Ему как режиссеру было дозволено менять актеров. То есть люди, делающие НТВ, были для Гусинского просто актерами: захотел — поменял состав. Это привело к серьезным кадровым ошибкам. Он слишком часто менял людей, а это обижает. Ведь многие начинали этот бизнес вместе с ним. И Гусинский остался без тех, с кем бы мог посоветоваться и советовался до этих пор.


— Нельзя злоупотреблять именем. А мы этого не учли. Когда НТВ завоевало большой авторитет, власти начали нас бояться. И случаи с нашей стороны типа: «А мы сейчас о вас таких-сяких как скажем...», «Не хочешь помочь с кредитом? Так мы вас выставим в «нужном» свете» значительно участились. Прием, известный в мире СМИ, но все должно иметь меру. Важно чувство пропорции. Тогда пропорция отсутствовала, и последствия этого мы видим сегодня. Зачем же было брать деньги у властных структур, подставляя себя под государственный нож? А уж если взял, то зачем же тогда на эту власть «наезжать» и создавать конфликты? Добавлю еще и о непонятных «шатаниях», когда вокруг НТВ сложилось мнение, что канал помогает Лужкову и Примакову. Так думали и последние, но это не было политикой НТВ. Гусинский же не расставил в этой ситуации все точки над «i», чем поставил всех в неудобное положение. В 1996-м вроде бы сначала поддерживали Лужкова с Примаковым, которых взяли и поменяли вдруг на Ельцина. На выборах 2000 года помогали Явлинскому, но не ставили на «Яблоко». Подобные «шатания» привели канал к своеобразному политическому «банкротству». Гусинский должен был гибко поступать в тех моментах, когда бизнес соприкасается с политикой.


— Довольно давно и долго Украина с ее огромным творческим потенциалом находится как бы в стороне от большого «шляха» теле- и киноиндустрии. Всем известно, сколько было сделано изумительных лент и на киностудии Довженко и на Одесской киностудии. Сегодня для меня как для продюсера и члена Союза кинематографистов России очень интересно наладить контакты с Украиной для развития именно этих отраслей. Ведь на таланты страна не оскудела. Я думаю, что мы вполне способны создавать совместные сильные и интересные для зрителя проекты.


— Юрий Рогоза — это в некотором роде Монблан. Сотрудничеством с ним можно даже хвастаться. Но это единичный случай, а мы хотим, чтобы подобное сотрудничество развивалось, чтобы к проектам подключались и другие творческие люди Украины. Сегодня мы уже обсуждаем продолжение «Дня рождения Буржуя», говорим о возможности запуска проекта под рабочим названием «Лучше не знать», который может стать эдаким славянским прототипом X-Files. Планируем, что первые десять серий будут сняты уже в этом году. Уверены, что, насмотревшись западных лент, люди уже хотят своего героя, и чтобы «Секретные материалы» были тоже ближе к родине. Я думаю, что если мы это будем делать вместе, то и успех нас ожидает как в Украине, так и в России.

P.S. Когда верстался номер, нашим журналистам попала в руки довольно интересная информация. По нашим сведениям, канал НТВ решил купить у компании «Рогоза продакшн» все 40 серий программы «Цвет ночи», которая выходит на телеканале «Интер», и запустить ее в эфир уже с середины сентября. Если это подтвердится, то подобная сделка станет первой в истории взаимоотношений популярного российского телеканала и украинских производителей ТВ-продукции.