«40 лет назад, в такой же погожий летний день, в сердце Германской Демократической Республики — городе Берлине — был заложен первый камень в строительство Берлинской стены». Так, наверное, начиналась бы передовица «Правды» о первом дне осуществления секретного плана под кодовым названием «Операция Роза», если бы до сих пор существовал «развитой социализм».

Но, как свидетельствует История, сие сооружение давало столь сильную тень, что под ним ничего путного, кроме гроздьев гнева, не росло. В ноябре 1989 года под людским напором она рухнула, похоронив под обломками германскую версию социализма.

Летописцы триумфального шествия коммунизма нередко любили пересчитывать суммы, затраченные Западом на самолеты и пушки (можно подумать, что в СССР пользовались исключительно рогатками), на масло и детские сорочки. Но, по понятным причинам, никому и в голову не пришло перевести в товары народного потребления сотни тысяч кубометров бетона и десятки тонн колючей проволоки, которые в считанные дни разделили друзей, родственников и влюбленных Западного и Восточного Берлина. Зато и строители, и, главное, политическая полиция ГДР на долгие годы были обеспечены работой. В год строительства стены штази направила весь свой бюджет и около пятидесяти тысяч сотрудников на то, чтобы пресечь попытки покинуть ГДР.

Первая очередь «стены» — бетонный девятикилометровый монолит высотой 3,2 метра — был действительно возведен за одну ночь. Всего же в ее формировании было использовано 45 тыс. бетонных фрагментов весом по 2,5 тонны каждый. Строительство проходило в три этапа, и «золотой стык», выражаясь по-социалистически («Стена четвертого поколения»), появился в 1976 году. Это была уже вторая тыловая линия обороны, отличавшаяся от первой тем, что включала в себя «мертвые зоны» — автоматически простреливаемые участки.

История не сохранила имени зодчего объекта. Политическим же вдохновителем стройки века был лидер восточногерманских коммунистов Вальтер Ульбрихт. Еще 15 июня 1961 года он торжественно провозгласил: «У нас нет никаких намерений возводить стену». До того как из Восточного Берлина в Западный прекратили ездить электричка и подземка, оставалось два месяца. А затем ударными темпами началось обустройство берлино-берлинской границы. Единственной станцией метро оставалась Фридрихштрассе, холл которой впоследствии окрестили «залом слез». Здесь со слезами на глазах прощались долгих 28 лет.

Не нужно быть инженером, чтобы представить себе, что происходит, когда на пути потока возводится стена. Резко возросло количество восточных немцев, пытавшихся оказаться «по ту сторону». За двадцать восемь лет существования Берлинской стены более 75 тыс. человек были посажены за решетку в Восточной Германии за попытку бежать на Запад. Для 809 немцев это закончилось трагически.

Первая неудачная попытка была совершена уже 24 августа. Кого только не было среди перебежчиков: как свидетельствуют ранее засекреченные данные гэдээровского аналога КГБ — службы штази, примерно восемь тысяч пограничников не смогли удержаться от соблазна попасть «туда». Значительная часть побегов закончилась неудачно — они получили от одного до двух лет тюремного заключения. Всего за период существования самой зримой границы в мире в среднем семь человек ежедневно осуждались в ГДР за попытку бегства. И это несмотря на массовое выселение «неблагонадежных» из приграничных районов и всяческое (в том числе и материальное) поощрение граждан доносить на соседей при малейшем подозрении в дурных мыслях.

Так уж совпало, что стена, появившаяся после заявления о том, что ее строить не собираются, рухнула после заявления о ее долговечности.

В январе 1989 года сменщик Ульбрихта, Вальтер Хонеккер прогнозировал: «Стена простоит 50, а может, и сто лет». Да, с инженерной точки зрения, он, возможно, был прав. До падения стены оставалось ровно восемь месяцев...

Вот уже 11 лет фрагменты «символа холодной войны» стали туристической достопримечательностью Берлина. И многие, глядя на уцелевший фрагмент, на котором взасос целуются Леонид Брежнев и Эрих Хонеккер, спросят: «А кто это?»

Но образ стены, вероятно, будет преследовать немцев еще долго. Деление на «осси» — жителей бывшей ГДР и «весси» — «коренных» носителей демократических ценностей эксплуатируется и по сей день.

В октябре в Берлине пройдут выборы мэра города. С большой вероятностью можно утверждать, что этот пост получит представитель правопреемника СЕПГ — Партия демократического социализма (ПДС). Наследница тех, кто приказал возвести стену. Естественно, подобная перспектива не всем по нутру.

«Вступившие в коалицию с ПДС исповедуют социализм восточногерманского образца. ПДС возводит стену между свободой и социализмом. Нам следует поименно назвать всех врагов демократии» — вот характерные заявления правых образца августа 2001 года. Это камешек в огород Герхарда Шредера, партия которого в битве за Берлин намеревается вступить в коалицию с экс-коммунистами. Можно списать это на издержки политической борьбы, но как бы не получилось, что дивиденды добавятся лишь тому, что долгие годы разделяло немцев, и укрепят фантом стены, существующий между Западом и Востоком. Похоже, что развалить стену в умах людей — задача куда более сложная, чем разрушить реальную стену.