Он учился в СССР под чужим именем и нещадно подавлял антикоммунистические митинги. Затем он стал во главе путча, который окрестили «фашистским», а за разработку его «легенды» усиленно взялись в Вашингтоне. Он весь соткан из противоречий — или же столь противоречивой оказалась эпоха, в которую он жил.

Итак, генерал Пиночет, начиная с понедельника, — совершенно свободный человек. Теперь ему есть время заняться внуками (только у старшего сына их пятеро), уделить внимание супруге и, возможно, любимой теме — географии. Жаль, что засесть за мемуары не представляется возможным. Надо соответствовать ярлыку, который навесили на него благодаря стараниям армии адвокатов: слабоумные книг не пишут.

То, что старость не прибавляет человеку достоинства, ярко проявилось в деле диктатора. Сначала его лишили парламент-ской неприкосновенности, которая была ему автоматически предоставлена как пожизненному сенатору. Адвокаты генерала прибегли ко всевозможным уловкам с целью уйти от суда: от внезапных ухудшений здоровья до неожиданных госпитализаций. Относительно умственной неполноценности Пиночета, а именно это выдвигалось в качестве основной причины, по которой его должны освободить от суда, медики смогли засвидетельствовать только наличие атеросклероза, что обычно для человека 85-ти лет...

11 марта 1990 года в Чили произошло событие, ставшее вехой в современной истории страны: Аугусто Пиночет передал президентскую власть Патрисио Элвину — кандидату антидиктаторской оппозиции, одержавшему победу на проведенных впервые после переворота выборах.

Утром Пиночет отправился на мессу в его честь в военное училище. Туда, где вечером 11 сентября 1973 года состоялось первое учредительное собрание военной хунты. Генерал, одетый в белый китель, ехал в открытой белой машине. Маршрут пролегал по богатым кварталам, где у него немало сторонников. Они вышли на улицы поприветствовать благодетеля. Пестрели плакаты: «Спасибо, Пиночет, за то, что ты сделал для Чили!». В Вальпараисо, где он должен был торжественно передавать власть, его ожидал иной прием — возгласы осуждения, крики «Убийца!». На одном из перекрестков в него полетели помидоры, яйца, яблоки и палки. Охранники вынуждены были прикрыть генерала своими телами.

Споры о том, чего добился Пиночет за годы своего правления и какие ошибки совершил, не утихают до сих пор. Его биография полна метаморфоз: в 1971 году, будучи командующим гарнизоном коммунистического Сантьяго, он лично участвовал в разгоне стихийных демонстраций против режима Кастро на Кубе. «Если хоть одна правая крыса поднимет нос, мы заставим ее опустить его навсегда», — вот цитата, достойная человека, который через два года возглавил один из самых кровавых режимов.

Как свидетельствуют различные источники, к «лепке» диктатора активно приложил руку Вашингтон.

Недавно рассекреченные американские документы свидетельствуют, что, менее чем через две недели после своего избрания, президент Ричард Никсон приказал ЦРУ приложить все усилия, чтобы не дать закрепиться в Чили социалистическому правительству. Как пишет Генри Киссинджер, президент отдал распоряжение директору ЦРУ «посмотреть, что можно сделать, чтобы Альенде не пришел к власти. Если есть хотя бы один шанс из десяти от него избавиться, мы должны попробовать. Если Хелмсу нужны 10 миллионов, мы их дадим... Следует прекратить всю помощь Чили. Мы будем давить экономику страны, пока она не запищит». Далее операция развивалась по «классической схеме»: американцы бросили большие деньги на подкуп чилийских законодателей, которые должны были проголосовать против избрания Альенде. Параллельно, через генерала Камило Валензуэло, было передано 150 тыс. долл. для организации военного мятежа. Однако последний с задачей не справился — тогдашний главнокомандующий Рене Шнайдер, слово которого было законом для военных, отказался участвовать в сделке. Как свидетельствуют американские источники, резидент ЦРУ «побеседовал» с Валензуэло, заставив вернуть все до последнего цента. Однако в считанные дни деньги нашли нового хозяина: ЦРУ передало их праворадикальной террористической организации «Патриа и либертад» для организации покушения на Шнайдера. Средь бела дня было организовано нападение на его автомобиль, и генерал был убит. В конце лета 1973 года сменщика Шнайдера, генерала Карлоса Пратта «уговорили» подать в отставку. Уходя, он посоветовал Альенде сделать преемником «абсолютно лояльного» Аугусто Пиночета.

11 сентября 1973 года главком сухопутных войск вывел на улицы Сантьяго танки... По данным американских источников, Штаты были в курсе методов его правления. Это подтверждает, в частности, совсем свежий документ — стенограмма беседы Генри Киссинджера, уже в статусе госсекретаря, и Аугусто Пиночета от 8 июня 1976 года. Киссинджер уверил своего чилийского визави в том, что происходящее в стране — сугубо внутреннее дело, заявив: «Вы наверняка знаете, что в США с пониманием относятся к тому, что вы здесь делаете. Мы желаем вашему правительству успехов. По моим оценкам, вы — жертва мирового левого движения, а ваш самый большой грех — свержение коммунистического правительства». Кстати, после ареста Пиночета в Лондоне, одна из американских журналисток Люси Комисар попробовала опубликовать в ведущих газетах США этот документ, но СМИ это, очевидно, показалось неинтересным.


Как говаривал Черчилль, в политике нет друзей, есть только интересы. У США таковые имелись — чилийские медные рудники. К 60-м годам американские компании вложили в них немало средств и владели большинством месторождений. Начиная с 1964 года, правительство Чили предприняло попытки национализации всех месторождений. Дело, начатое Эдуардо Фреем, продолжил (и более успешно, чем его предшественник) Сальвадор Альенде. Государству отошли не только медные рудники — вскоре многие западные, в первую очередь американские, компании лишились своей собственности в Чили. Их естественное желание вернуть все на круги своя и вынесло на гребень волны Пиночета. Однако генерал не имел ни малейшего представления о том, как функционирует экономика. Ему на помощь пришли «чикагские мальчики» — группа из 30 чилийцев — учеников «отца либеральной экономики» Милтона Фридмана. Роль диктатора в экономических преобразованиях сводилась лишь к подавлению оппозиции и профсоюзов. Забегая вперед, скажем, что со своей ролью Пиночет справился гораздо лучше, чем экономисты, презентовавшие в марте 1975 года свою программу «шоковой терапии». Первый шаг — сокращение государственных расходов привел к негативным результатам: безработица выросла в два раза, достигнув уровня 18,7 проц., валовой национальный продукт сократился на 12,9 проц. Это отбросило Чили на уровень 30-х годов. Через несколько лет произошло то, что потом назовут «экономическим чудом». С 1978-го по 1981 годы экономика росла на 6,6 проц. в год. При отсутствии ограничений иностранные инвестиции буквально хлынули в страну. Однако главной особенностью чуда было то, что в него все поверили. На самом деле, с учетом депрессии, последующий рост не был таким уж впечатляющим: экономика просто подбиралась к уровню, с которого началось падение. С учетом этого фактора, по темпам роста экономики Чили среди других стран Латинской Америки занимала второе место с конца. Крах «экономического чуда» наступил одновременно с кризисом, поразившим мировую экономику в 1982 году. Иностранные инвестиции испарились в мгновенье ока, оставив Сантьяго один на один с астрономическим внешним долгом. Безработица взлетела до 34,6 проц. — круче, чем в США во времена Великой депрессии. «Чикагские мальчики» оказались бессильны.

Вот как вспоминает эти годы «отец неоэкономики» Милтон Фридман: «Ничего хорошего о политическом режиме Пиночета я сказать не могу. Это были ужасные годы. Настоящее чилийское чудо состояло не в том, какими были экономические успехи страны, а в том, что хунта пошла против своих принципов и поддержала рыночные преобразования».

Итоги пиночетового «чилийского чуда» печальны: с 1972-го по 1987 годы валовой национальный продукт на душу населения сократился на 6,4 проц. Темпы же роста экономики в эти же годы были хуже чилийских показателей 60-х. К 1989 году 41 проц. населения подпадал под категорию «бедные», треть из этого числа — нищие. Самое время задуматься о «переводе стрелок» и заняться подготовкой «пенсионного плана».


Диктатура Пиночета имела довольно своеобразные черты, потому что он пытался сочетать политический тоталитаризм с экономическим либерализмом. Во время торжественной церемонии проводов бывшего диктатора в отставку 10 марта 1998 года Пиночет заявил, оправдывая военный переворот, что тогда армии пришлось вмешаться, поскольку «социально-политический конфликт мог бы привести страну к саморазрушению». Противодействуя ему, Пиночет запретил деятельность всех политических партий, провел наступление на профсоюзы, раздавил оппозицию. По сведениям правозащитной организации «Юман Райтс Уотч», Пиночет ответственен за 11536 случаев нарушения прав человека в своей стране.

Кстати, уместно отметить, что само чилийское общество даже после мирного перехода от диктатуры к демократическому устройству всячески избегает каких-либо дебатов о трагических событиях тех дней. В чилийских школах последние тридцать лет истории страны не преподаются, а официальная биография Пиночета вычищена до неприличия.

В 1990 году диктатор уходит с поста президента Чили, сохранив за собой должность главнокомандующего. Армия подчинялась ему и только ему — и он не мог не воспользоваться этим. Генерал не только добился прекращения преследований своих сторонников, но и смог заблокировать ряд радикальных инициатив новых властей.

10 марта 1998 года Пиночет сложил с себя полномочия главнокомандующего сухопутными войсками, обменяв их на пожизненное сенаторство.


Существует анекдот о том, как предшественник передает полномочия. Его сменщик, молодой и подающий надежды, просит совета. «В сейфе лежат три пронумерованных конверта. Когда будет невмоготу, последовательно вскрывай».

В первом конверте оказалась следующая рекомендация: валить все на предшественника. Во втором говорилось, что надо бы в ошибках винить себя, свою неопытность. И наконец, третий конверт содержал самый лаконичный совет: «Готовь три конверта».

Пиночет, похоже, в полной мере воспользовался правом на «три конверта». Жесткие репрессии («виноваты предшественники, поставившие страну на грань саморазрушения»), появление «чикагских мальчиков» (признание собственной экономической некомпетентности) и, наконец, уход.

В прощальной речи, произнесенной в военной школе в Сантьяго, он сказал: «С полной отдачей и преданностью, терпимостью и аккуратностью служил своей родине... Миссия выполнена».

Нынешний президент Чили Рикардо Лагос призвал граждан страны принять решение судебной коллегии, приостановившей процесс по делу бывшего военного правителя. Формально шанс его возобновления существует, однако им, ввиду возраста и диагноза Аугусто Пиночета, можно пренебречь. По-видимому, некому поставить в Чили «чисто юридический эксперимент», руководствуясь опытом «чистой экономики» чикагских мальчиков.