Среди более чем миллиардного населения Китая тридцать тысяч человек — капля в океане. И тем не менее им удалось сохранить, пронеся через века, самобытность и особые, не существующие у других народностей, традиции.

Еще несколько лет назад этнологи были убеждены, что семья является главным звеном, ячейкой любого человеческого сообщества. Живущие в предгорьях Гималаев моссо не признают веками заложенный у многочисленных народов мира порядок. Это уникальное сообщество. В нем абсолютно неведом институт семьи. Моссы восславляют свободную любовь и женщин, ее дарящих.

Деревни этой этнической группы расположены на не очень щедрых на растительность, но живописных берегах высокогорного озера Луху в провинции Юньнань. Природа здесь дышит спокойствием и степенностью. Когда на небе появляется круглая, как пятак, луна, наступает время любящих сердец. Ночь благословляет влюбленных. Ведь любовь, неукротимая, свободная, прославляется у моссо как само собой разумеющийся образ жизни. Мужчины и женщины встречаются, влюбляются, когда их душе заблагорассудится. Главное — чтобы чувства были взаимными. Если же этого не происходит, женщина — как правило, ей делают предложение — вправе отказать. Так с годами связи возникают и угасают, партнеры меняются — и в этом нет ничего предосудительного. Не допускается лишь кровосмешение. Этим людям неведомы ревность, чувство обладания партнером.

Днем на работе в поле, на рынке мужчины присматривают, с кем бы они хотели встретиться предстоящей ночью. Поиски продолжаются и вечером в ночном клубе — месте, больше напоминающем гараж. Единственный источник света — большой шар — слабо освещает площадку. Девушки, похихикивая, наблюдают, как парни вытанцовывают под поп-музыку восьмидесятых.

К одиннадцати часам музыку выключают. Но вечер не окончен. Ведущий — высокий красивый молодой человек — достает из кармана своих повидавших виды джинсов неожиданный для этого антуража инструмент: флейту. Он задает ритм, и сразу же все парни и девушки собираются в круг и начинают старинный традиционный танец. Высокие женские голоса заводят грустную песню на старинном наречии. Мужчины сопровождают их пение, скандируя громкое «Хо!». Флейтист отбивает ритм ногами. «Величаво и торжественно скользят ночные тени, то, без сомнения, летящие ангелы, потому что виднеется в ночи нечто голубое, похожее на крылья», — поют, танцуя в хороводе, девушки.

Чуть позднее все исчезают в ночи, удаляясь, кто пешком, кто на грузовике, большинство на велосипедах. Обычно дети, рождающиеся после таких встреч, не знают своего отца, но даже если и знают, он для них всего лишь человек, давший жизнь. У моссо отсутствуют понятия отца и матери. По их народной традиции считается, что женщина обладает зерном, мужчина же выступает в роли поливальщика, который просто дает ему жизненную влагу. Старая пословица гласит: «Если дождь не падает с неба, то трава не растет на земле». Так, у моссо может быть до ста партнеров, иногда это случайные связи, некоторые несколько затягиваются. Никто никогда не дает клятву верности, здесь это считается ересью. Чаще влюбленные встречаются дома у женщины, вместе под одной крышей они не живут.

Иначе говоря, семьи в традиционном понимании у моссо нет. В один дом собираются кровные родственники — братья, сестры, дети по материнской линии, которые носят ее фамилию. Здесь можно увидеть сразу четыре поколения. Возглавляет многочисленное семейство самая старшая либо самая отважная женщина, которую здесь называют дабу. Она ведет дом: распределяет хозяйственные поручения, следит за запасами, выдает деньги, на ней — организация питания и проведение религиозных церемоний.

Одна из наиболее важных церемоний посвящена превращению девочки в женщину, этот ритуал имеет огромное значение в жизни девушек племени моссо. Считается, что ребенок в девять лет обретает душу и становится личностью. Называется эта церемония «вручением юбки».

Ее отмечают в Новый год. В этот день маленькой девочке торжественно презентуют юбку, то есть она переходит в ранг женщин своего племени.

На следующий день в 6.30 все уже готовы к встрече Нового года. Собравшиеся в доме гости ждут восхода солнца. Лама тоже наготове: нельзя пропустить момент, когда первые лучи засверкают на вершинах Сычуаньских гор. Ведь эти светлые мгновения предопределяют будущее новоиспеченной женщины. Монах встает рядом с очагом и достает из кармана таблички, написанные на санскрите, и начинает долгую не понятную для многих молитву. Девочку взгромождают на огромный мешок с рисом, расположенный рядом с самым внушительным столбом, призванным олицетворять предков и женственность. Мама девочки снимает с нее спортивный костюм и надевает белую юбку из льна и вышитую золотом кофту из красного шелка, подвязанную разноцветным поясом. Наряд довершает необычный головной убор из шерсти, украшенный цветами камелии и бусами из жемчуга. Лама продолжает свои песнопения, благословляя молодую женщину. Внезапно появляется старец в жилетке из козлиной шкуры — шаман моссо. Он начинает танцевать и, войдя в экстаз, обвивает шею девочки красной шерстяной нитью, затем привязывает ее к палке и обмакивает в сосуде со спиртом. В полном трансе он погружает ладонь в некую жидкость и несколько раз окропляет лица гостей. Молитвы ламы и пение шамана сопровождаются нескончаемым трубным низким звуком, который выдувают из больших раковин родственники-мужчины. После ритуала девочка трижды простирается ниц перед алтарем, затем перед священнослужителями, перед родственниками и друзьями.

В годы культурной революции племя моссо подвергалось преследованиям, людей насильно заставляли вступать в официальный брак, но многие не подчинились властям и в ответ отказывались вообще от всяческих связей с противоположным полом, жертвуя любовью. При Дэн Сяопине преследования прекратились.

Однако в нынешние времена модернизация по-пекински несет гораздо больше угрозы этому племени, чем когда-то культурная революция. Правительство признает только 56 народностей, объединяя моссо с этносом, который имеет совершенно иные нравы и культуру. На уроках в школе, спонсором которой выступает всемирно известная американская компания, дети моссо выводят на доске слово «папа», а на уроках биологии узнают, что история о зерне и поливальщике — всего лишь сказка.

Кроме того, расторопные менеджеры от туризма откровенно представляют в своих рекламных проспектах традиции этих людей как банальную проституцию. Благодаря построенной дороге тысячи тайваньских, гонконгских туристов устремляются на своих джипах к озеру Луху в «женское царство». Здесь исчезли рыбаки. Теперь это настоящий «Моссолэнд». Главное развлечение — прогулка по озеру с разряженной «музой». Потом все участвуют в танце Огня. В этом странном хороводе гораздо больше джинсов, чем национальных костюмов девушек. Сами девушки моссо мечтают о звездной карьере, подобно той, которая состоялась у их соплеменницы, ставшей рок-звездой в Гонконге. А здесь, на берегу озера, немало юных красавиц, приехавших из ближних и дальних краев, которые надеются, что, одевшись в живописные наряды моссо, смогут заработать хотя бы несколько юаней на земле «свободной любви».